Иван Мак - Голубая Сфера

− Понравилось, Сэм? − Спросила она.

− Да. Вы очень вкусно готовите. − Ответил он.

− Ну а как же еще? − Ответила она. − Я ведь, как никак, буржуйская жена.

− Что? − Удивленно заморгал глазами Сэм.

− А ты не знал, Сэм? А я сразу догадалась кто наговорил Айду всех этих глупостей.

− Я не говорил что он буржуй!

− Ты это не говорил прямо, Сэм. А говорил по другому. Мол, все буржуи, кто владеет заводами. Ведь так, Сэм?

− Так. Вы же не владеете заводами? Отец Айда рабочий. Я это знаю.

− Только ты не знаешь, что завод, на котором он работает ему же и принадлежит.

− Как это? − Удивленно спросил Сэм.

− А так. Это такой вид собственности. Называется коллективной. Есть завод, есть люди, которые на нем работают. И этот завод принадлежит этим людям. Все честно и все по справедливости. Разве не так, Сэм?

− Так, но…

− Что не так? Не правильно, что этот завод принадлежит только тем кто на нем работает? Нужно, что бы им владел еще какой нибудь буржуй-революционер со стороны.

− Среди революционеров нет буржуев!

− Скажи, Сэм, ты друг Айду или нет?

− Я друг.

− Тогда ты должем кое что усвоить. На всю жизнь, Сэм. Не существует бедняков, которые бы вкалывали всю свою жизнь от заката до рассвета и так и оставались бы бедняками. Каждый человек работая зарабатывает для себя и своих детей. Кому-то везет больше, кому-то меньше. Но еще никогда насилие не приводило к добру.

− Насилие? Какое насилие?

− А как ты думаешь революционеры собираются захватывать власть? Придут к Министрам и те скажут, вот ребята наши крела, берите и делайте что хотите? Вспомни хотя бы что было месяц назад. Был убит Министр Юстиции. Кем? Революционерами. Это не насилие, Сэм?

− Его убили за преступления.

− Какие преступления? Быть министром это преступление?

− Вы меня все равно не переубедите.

− А я и не буду. Зачем мне это? У меня есть свой сын. Он меня поймет. Он ведь буржуйский сынок, так что ему положено это понимать. А вот ты, Сэм, съел буржуйский ужин и даже не заметил этого. Кстати, Айд, завтра у нас будет собрание буржуев. Думаю, ты можешь на нем присутствовать. И ты, Сэм, можешь прийти. Разведаешь для революционеров все буржуйские секреты.

− Очень надо! − воскликнул Сэм, вскочил и убежал из квартиры.

Айд смотрел на мать не веря своим глазам. Он впервые видел что бы она так говорила с Сэмом.

− Что скажешь, Айд? − Спросила она.

− Я не знаю что говорить. Я ничего не понимаю.

− Это не беда, Айд. Ты еще молод и ты все поймешь. И, главное, ты не должен обижаться если тебя кто-то назовет буржуем. Обижаться глупо. Это название, конечно обидное, но от этого ничего не меняется.

− Но я не хочу быть буржуем, мама.

− А ты не буржуй, Айд. И отец твой не буржуй. Он рабочий. Самый настоящий. Только он еще и владелец тех станков, на которых работает. Так же как сапожник владеет своим молотком. Только он работает на заводе, где один инструмент стоит столько, что никакой сапожник не сможет его купить. Хочешь узнать сколько стоят акции, принадлежащие нашей семье?

− Сколько?

− Вот придет отец, у него и спросим.

Отец вернулся с работы как всегда поздно. Он долго был чем-то недоволен, пока не разделся и не поужинал.

− Ну что там? − Спросила мать.

− Да опять эти паршивые собаки всю работу испортили. Приперлись со своими идиотскими лозунгами. Долой капиталистов!

− Какое-то сумасшедшее время. − Проговорила мать. − Вот и сын наш пришел из школы и спрашивает кто такие революционеры.

− Айд?! Айд, иди сюда! − Выкрикнуло отец.

− Не ругайся. Он все прекрасно понял. − Сказала мать.

− Точно все понял? − Спросил отец изменив тон.

− Я понял, но я… − Айд замолчал.

− Говори, говори, Айд. Ты должен все сказать мне. Ты уже взрослый и мы должны гооворить как мужчина с мужчиной.

− Я не хочу быть капиталистом. − Сказал Айд.

Отец рассмеялся.

− Никто тебя не заставляет им быть, Айд. Вот только есть одна проблема. Желание не быть капиталистом в наше время это равносильно желанию быть нищим. Вот таким же как отец твоего дружка. Как его там зовут?

− Сэм. − Сказала мать.

− Вот-вот, Айд. Я не хочу ничего плохого сказать о Сэме. Он твой друг и он еще сам мало что понимает. Но его отец… Мы ведь учились с ним в одной школе, Айд. Ты это знаешь?

− Нет.

− Так вот тогда тоже были все эти разговоры о революции, о равенстве и братстве. И что вышло? Мы были равными. И у него ни гроша и у меня ни гроша. Мой отец ко всему еще оставил за собой кучу долгов и мне пришлось два года вкалывать после его смерти, что бы отдать все долги. И я вкалывал, а отец Сэма сидел на лавочке и свистел о коммунизме и равенстве. Он так и продолжает свистеть об этом до сих пор. Потому и нищий. А я работал на заводе как вол. Сначала завод принадлежал хозяину, а потом хозяин обанкротился и мы все чуть не оказались с носом. Нам помог один хороший человек. Кстати, самый настоящий капиталист. Помог обыкновенным советом. Все рабочие завода собрались вместе и выложили по сотне. Тогда это были большущие деньги. Каждый поступал по своему. Кто брал в долг, кто закладывал дом. У нас, нашример, часть денег была накоплена на черный день. Вот тогда он и наступил для нас. И эти деньги нас выручили. Мы собрали почти тридцать тысяч и выкупили свой завод. Выкупили и сами стали им управлять. Сначала было трудновато, но затем научились. Нашлись умные люди, которые сумели сделать то что нужно. И вот теперь завод работает и процветает… Только вот какие-то идиоты сегодня пришли и стали людей от работы отнимать всякими глупостями. До сих пор злость берет из-за этих идиотов. Приперлись как болваны. Завод принадлежит нам, а они кричат долой кашиталистов! Все должно принадлежать рабочим! Встали поперек путей и всю работу затормозили.

− А что было дальше? − Спросил Айд.

− Что дальше? Все, Айд. Мы так и работаем. Завод принадлежит нам и все честно и по справедливости. Теперь он вырос, у нас появились новые рабочие. И им была выделена доля собственности. Каждый кто приходит на завод получает долю собственности. И наш устав таков, что тот кто продает все свои акции, автоматически лишается работы на заводе.

− Ты ему скажи, сколько стоят наши акции. − Сказала мать.

− А-а! Ну, Айд, угадай, сколько они стоят? Скажи, хотя бы приблизительно?

− Тысячу?

− О-о! Нет. Не угадал. Два миллиона семьсот тысяч. Так что мы самые настояшие миллионеры.

− Тогда почему у нас нет машины и почему мы живем в таком доме? − Спросил Айд.

− Потому что наши деньги это не бумажки. Это завод. Здания и машины. Наш большой дом это наш завод, а наши машины это машины, на которых мы работаем там. Ну, а если нам вдруг понадобится машина, мы ее купим. Продадим пару акций завода и купим. Только вот зачем она нам? Ездить на работу? Так мы не больные. Можно и пешком пройти до завода.