Сергей Гжатский - Дыроколы

ки, краски на которых практически выцвели. Они изображали сцены охоты древних пещерных

людей на диковинных животных.

К находке сбежался весь отряд. Поскольку сумерки в пещере заметно сгустились, то мы с Береславой включили свои электрические фонари на шлемах. Я всё ещё не отошёл от тяжёлого разговора с девушкой, поэтому может быть по инерции продолжал тянуться к ней, умом понимая, что делать этого не следует. Лучше выждать, когда минует гроза, когда настро ение у неё улучшится и можно будет потребовать более подробного объяснения случившемуся.

Внезапно Макар, который путём нехитрых манёвров оказался между мной и Бересла вой, поднял руку и громко крикнул:

— Тихо! Никто ничего не слышал?

— Нет! Нет! А что?

— Тише!

— Ой, вроде зовёт кто-то…

— Девушка какая-то…

— Умоляет помочь…

— И совсем рядом…

— Тихо!!!

Все разом смолкли и прислушались. Действительно, из самого дальнего тёмного угла пещеры донёсся слабый призыв о помощи. Голос звучал глухо, прерывался, но это точно крича ла девушка… Её отделяли от нас многие тонны базальта.

Мы не сговариваясь бросились в тёмный угол. Все лезли вперёд, пытаясь первыми оказаться на месте. Хорошо, что Пересвет навёл порядок.

— Всем стоять! — рявкнул он, — Это может быть ловушка!

"Зелёные так и застыли на бегу. Никому не хотелось угодить в западню. Командир отрядил вперёд меня и Береславу. Так что мы с ней первыми окунулись в темноту и высветили угол своими фонарями. Ничего примечательного в нём не оказалось, если не считать вертикальной

трещины, достаточно широкой, что бы в неё могло протиснуться сразу два человека.

Я молча показал Береславе, что пойду первым и проскользнул в трещину. За ней оказал

ся небольшой карман-аппендикс, метра два на три. Луч моего фонаря сразу же высветил на од ной из его стен матово поблёскивающий овал бронированной двери. Крики о помощи и стук

камнем по металлу раздавались именно из-за неё.

Рядом со мной возникли Береслава и Макар с Пересветом. Командир шагнул к двери,

потрогал навесной амбарный замок и обнажил ствол лучемёта.

— А ну все назад! — и выстрелил в замок самым слабым зарядом. Дужка расплавилась, замок упал, дверь со скрипом отошла. Сергеев рванул её на себя, а я прыгнул за порог и в сторону, поводя своим лучемётом по сторонам. В помещении было темно, но я мгновенно обвёл его

лучом фонаря и увидел, что это самая настоящая тюремная камера-одиночка с нарами и пара шей возле двери. У дальней от входа стены стояли грубо сколоченные стол и табурет.

— Эй, кто тут? — негромко позвал я, — Отзовись?

На нарах зашевелился чей-то тёмный силуэт и девичий голосок с радостью воскликнул — Ребята! Русские! Господи, благодарю!

Не успели в камеру войти мои коллеги, как незнакомка подскочила ко мне, заключила в объя тия и…упала в обморок. Я подхватил её на руки и…растерялся.

— Выноси её отсюда! — распорядился Пересвет, мгновенно оценивший обстановку. Действительно, долго находиться в камере с тяжёлым, спёртым воздухом из-за отсутствия вентиляции не было ни какой возможности.

— Подхватил — унёс! — хохотнула Береслава мне в спину.

Девчонки, не помню уже и кто, постелили на песке какие-то тряпки, я уложил на них

незнакомку и отошёл в сторону уступив место Пересвету, который со знанием дела принялся приводить её в чувство. Сначала он сунул ей под нос склянку с какой-то пахучей гадостью, затем, когда та открыла глаза, влил в рот пластиковый стаканчик с голубоватой жидкостью, а

когда взор девушки принял осмысленное выражение, заставил проглатить аж целых три разноцветных и разнокалиберных пилюли. После чего незнакомка ожила, без посторонней помощи встала на ноги и…расплакалась.

— Ребята! — хлюпала она носом, — Родненькие! Как же я рада что вы выпустили меня! Еда закончилась три дня назад, вода кончилась сегодня…Я уж помирать собралась, да вдруг голоса услыхала, думала глюки начались, стала звать, звать, звать…

— Ты вобще-то кто будешь, красавица? — подступилась к незнакомке Береслава.

— Я Зина Фокина… — ответила незнакомка и перестала плакать, — Из Смоленской области!

Все кто услышал незнакомку поразевали рты. В том числе и ваш покорный слуга. Береслава сор

валась с места и ринулась в толпу.

— Где?! Где?! — страшно вопрошала она тряся за грудки то одного, то другого "зелёного",

будь то парень или девушка, — Где наша Зинуля? Кто её видел в последний раз?

Ребята разом загомонили.

— Только что тут была…

— Рядом со мной стояла, когда рисунки рассматривали…

— Она за мной бежала…

Береслава и я кинулись из пещеры в подвал. Дверь наружу была распахнута настежь,

от порога если и вели свежие следы, то их засыпал песком вечерний ветерок. Упавшая на землю мгла тоже здорово осложняла поиск, поэтому мы ни с чем вернулись в пещеру.

— Сбежала! А ведь я подозревала эту стерву! — повернулась ко мне Береслава, — Было в ней что-то… Хотела разобраться с ней, да вот не успела… Но, ничего, никуда она в пустыне от нас не денется. Свидимся ещё…Тогда и поспрашаем, что к чему…

— Ничего не понимаю! Если мы нашли настоящую Зину Фокину, то кто была та? Двойник — шпи он?

— Конечно! И нам не мешеало бы знать, на кого она работала…

— На Титанов, конечно! Теперь я догадываюсь, с чьей подачи нам устроили засаду в зале с

энергетической установкой…

— Да, всё это время она исправно сообщала хозяевам о маршруте нашего движения…

— Теперь это и ежу понятно! Но почему она не навела циклопов на наш подвал?

— Не знаю! Хотя можно предположить, что у неё после купания в водопаде отказало средство

связи…Другого обьяснения я не нахожу…

— Хорошо бы так…

— Но всё равно, дальше оставаться здесь нельзя! Надо сматывать удочки! Эта сука наверняка уже дала знать своим и теперь жди гостей с минуты на минуту.

Мы быстрым шагом подошли к отряду.

Настоящая Зина Фокина уже настолько пришла в себя, что собралась с силами и стала рассказывать свою печальную историю:

"…Я приехала в Смоленск по делам. Меня похитили прямо на выходе из вокзала. Запихнули в машину и надели на голову чёрный мешок. Я и пикнуть не успела. С двух сторон меня зажали крепкие мужики. Тот, что сидел слева, ткнул мне в бок что-то острое и на плохом русском, ко веркая слова, сказал, что заколет как барана, если я подниму крик. Да я и не думала кричать! У

меня язык отнялся и поджилки все до одной тряслись от страха. Мы куда-то поехали. Мои

похитители больше молчали, а если и переговаривались, то на каком-то незнакомом гортанном языке. Я поняла, что они чеченцы…Испугалась, что продадут в рабство. Ехали долго, останови лись, вошли в какой-то дом, стали спускаться в подвал. Запах там такой…спецефический. Меня усадили на стул и ввелели ждать. Потом мы снова пошли. В одном месте меня подхвати ли под руки и перенесли через высокий порог. И сразу пахнуло свежим воздухом, значит мы очутились на улице. Кругом тихо: ни автомобили не шумят, ни прохожие не разговаривают. Мне помогли сесть в машину и мы поехали — тихо так, плавно…Я бы даже сказала, что мы… полетели! Только это был не самолёт и не вертолёт, а что-то другое…Такое чувство, будто качаешься на качелях…Вдруг мои похитители разом закричали, начали стрелять. Меня заста вили склонить голову к коленям, стащили на пол и затолкали под сиденье. Машину здорово тряхнуло, она резко загудела и стала крениться. Потом сильный удар, у меня внутри всё так и подпрыгнуло. Кто-то вытащил меня из моего укрытия, выволок из машины на землю, поставил на ноги и сорвал с головы мешок. Я зажмурилась от яркого света. Мне стало как-то не по себе.