Марина Абина - Грибница

Птенцы часто пользовались этой маскировкой в своих играх с хозяевами. Бывало, зайдёт к ним в загон Арина или Ярослав — а там будто бы никого и нет. Но стоило только заметить хоть один подозрительный холмик и подойти к нему, как все птенцы дружно вскакивали с земли и начинали громко гоготать, словно насмехаясь над тем, кого заметили. А однажды Арину здорово перепугал один эму: не замечая его тайника, девушка подошла очень близко, и вдруг из травы на неё кинулась огромная змея. Так, во всяком случае, Арина подумала в первое мгновение атаки. Широко раскрытая грязно-розовая пасть и зловещее шипение твари, взметнувшейся на высоту её груди, были так реалистичны, что Арина отшатнулась и, запутавшись в собственных ногах, упала на траву. Не сразу она поняла, что змеиная пасть была всего лишь широко открытым ртом эму, а длинное змеиное тело — его шеей. Сердце у неё готово было выпрыгнуть из груди, а маленькие проказники, восторжённые своим успехом, носились вокруг, как угорелые. Такая игра пришлась им по вкусу, и с тех пор и дня не проходило, чтобы негодники не попытались напугать своих воспитателей.

Сейчас они нежились на солнце. Такие беззаботные! Знали бы они, что о них думает Ярослав… Арина, только что умилявшаяся, зрелищем купающихся малышей, снова посуровела. Она не позволит Ярославу убить их ни ради мяса, ни по какой другой причине! Четверка «её» страусят повернули к ней головы. Вид у них был слегка недоумённый или Арине так показалось, но девушка уже прогнала дурные мысли и, закрыв глаза, подставила лицо солнцу. Его лучи ещё не обжигали кожу — они её ласково гладили, словно мягкие тёплые перья. На Арину снизошло успокоение и довольство. «Всё это мелочи, Ярослав просто не в духе. Он беспокоится после вчерашнего вояжа. Но теперь кладовые снова полны и его настроение скоро наладится. Продукты ведь можно брать и в других городах. Руки у Евгении длинные, но не до такой же степени! Но было бы здорово доказать каким-нибудь образом полезность страусят, тогда б все в общине успокоились на их счёт. Вот только чем в действительности они могут быть полезны?»

Арина открыла глаза и посмотрела на птенцов. Те всё ещё принимали солнечные ванны, людские заботы их не волновали. Вдруг один из страусят подпрыгнул на месте и зашипел на воду, опустив к ней голову. Он явно что-то увидел там, и теперь водил клювом из стороны в сторону, почти касаясь им водяной поверхности. И вдруг стремительно боднул воду, выхватывая из неё мелкую рыбёшку! Прежде чем рыбка исчезла у охотника в глотке, остальные птенцы тоже опустили головы к воде стали высматривать свою добычу. «Как быстро они учатся! — поразилась Арина. — Первый раз на воле, а уже сообразили, что еду можно словить!» Тут ей пришла в голову мысль, что птенцы могли охотиться и в своём загоне. Например, на насекомых. Возможно, рыбка показалась страусу похожей на большого жука, вот он и сцапал её. «Нужно сказать Данилу, чтобы не выбрасывал рыбную мелочь. Пусть выпускает в этот прудик на развод. Глядишь, кроме пескарей тут и карасики приживутся. Было бы здорово, если бы птенцы действительно научились ловить рыбу, тогда не понадобилась бы и тушонка!» — размышляла Арина. А страусята уже вовсю увлеклись охотой. То и дело какой-нибудь из них вскидывал голову с серебрящейся на солнце рыбёшкой. Арина улыбнулась: «А ведь они уже научились!»

Ольга услышала, как Арина с Ярославом ушли кормить эму, и поняла, что пора вставать. Она заглянула в кроватку Никиты, убедилась, что он ещё крепко спит, и пошла умываться.

Ванные комнаты располагались в конце коридоров со спальнями. Их было две через перегородку. Это было странно для такого большого и богатого дома. Зачем устраивать рядом две ванные комнаты? Ольге невольно припомнился вчерашний разговор с Ариной. Что там она говорила о бывшем хозяине дома? Что он опасается чего-то? Ольга задумалась: чего мог бы бояться человек, построивший такой странный дом? Дом, как будто предназначенный не для одной семьи, а для целой коммуны. А может быть, он планировал устроить здесь гостиницу домашнего типа? Для этого и двойные ванные комнаты (мужская и женская) и такое множество спален. Ольга вдруг подумала, что так оно и есть: этот дом — это гостиница. Это отлично объясняло также и огромную площадь кладовых, расположенных в подвале точно под спальнями, и наличие там же прачечной (под ванными комнатами). А также общую планировку дома с двумя этажами, — подвальным и надземным — которые были почти полностью идентичны по расположению комнат и коридоров.

Так в подвале под просторным общим залом, расположенным в центре дома и служившим одновременно и прихожей, и гостиной, и столовой, располагалась не менее просторная кухня. Для подачи в зал еды и посуды из кухни был устроен лифт-подъёмник. Кухонный очаг и камин в зале обслуживались одним и тем же центральным дымоходом и размещались строго друг над другом.

Парадные двери дома открывались прямо в общий зал, а уже оттуда можно было попасть в чуть меньшую по размерам библиотеку, где была ещё одна топка камина с выходом в центральный дымоход. Смежные общий и библиотечный залы опоясывались двумя параллельными коридорами, которые протянулись вдоль восточной и западной сторон дома до ванных комнат, примыкающих к северной наружной стене. В эти коридоры открывались двери в залы и двери девяти огромных спален (пяти на восточной стороне и четырёх на западной). Туда же вела лестница из подвала и чёрный ход.

Под библиотекой в подвале находился зал для игр. Тут стоял бильярдный стол и стол для игры в пинг-понг. По углам размещались уютные группы из кресел и небольших диванчиков. Здесь тоже был камин, примыкающий к кухонному очагу своей задней стенкой. Таким образом, центральный дымоход обслуживал сразу четыре топки. Новых жильцов удивляло и радовало такое пристрастие прежнего владельца дома к живому огню. Вон и в смежных спальнях были устроены небольшие камины с параллельными топками. Каждый постоялец (если это всё же была гостиница) мог бы, при желании, любоваться огнём, не выходя из своей комнаты.

Размышляя об этом, Ольга умывалась над фаянсовой раковиной. Вода, сбегающая из крана ей на руки, была жутко холодной и очень вкусной — её поднимал насос из скважины, пробуренной прямо в подвале дома. Использованная вода, как уже знала Ольга, поступала в общую канализационную трубу и стекала по ней до самого берега в некое очистное сооружение, которое Арина с Ярославом называли «биоплато». Туда же попадала и вода из прачечной, и из кухни, и вообще от каждой усадебной постройки.

«Однако просто чудо, как здесь всё продуманно, — размышляла Ольга. — Конечно, в последнее время идея о гармоничном сосуществовании с природой была популярна в обществе, но хозяин этого дома был прямо-таки её фанат. Ума не приложу, как бы мы выкрутились, не будь здесь уже всё устроено!».