Терри Пратчетт - Долгая Земля

В наушнике Джошуа царила тишина. Она заметила его небольшое замешательство.

- Ни слова из штаб-квартиры? Ой, да ладно! Рано или поздно любой, у кого есть талант, и кто заинтересует Дугласа Блэка, заканчивает тем, что работает на него. Так было с моим отцом. Хотя деньги не главная приманка. Поскольку, если ты действительно хорош, твой друг Дуглас даст целый мешок игрушек, чтобы поиграть, вроде этого дирижабля. Я не права?

- Я не сотрудник Блэка.

- А сам контракт является фиговым листком? — сказала она презрительно. — Знаешь, в их штаб-квартире в Нью-Джерси, каждый сотрудник корпорации носит небольшой наушник, точно такой же, как твой, чтобы сам Дуглас мог говорить с ними индивидуально всякий раз, когда ему захочется. Даже его молчание пугает, как они говорят. Но однажды мой отец сказал: «Больше я не собираюсь носить эту штуку». И прямо сейчас, Джошуа, сделай мне одолжение и сними его. Я не возражаю пообщаться с тобой. Я слышала о тебе и том, как ты спас всех тех детей в День Шага, ты очевидно, достойный человек. Но сними этот современный рабский ошейник.

Джошуа выполнил ее просьбу, чувствуя себя виновным. Салли слегка кивнула в знак удовлетворения.

- Теперь мы можем поговорить.

- Мы не представляем угрозы, - нерешительно сказал Джошуа, хотя больше уже не был полностью уверен в этом. — Мы здесь для исследования. Наблюдать, изучать, и нанести на карту Долгую Землю. В общем, это цель нашей экспедиции.

«Или была, — подумал он, — прежде чем все сфокусировалось на проблеме миграции перемещающихся по мирам гуманоидов, и причине тревоги, которую они почувствовали в Долгой Земле».

- Это не твоя цель. Ты кто угодно, только не исследователь, Джошуа Валиенте. Зачем ты здесь?

Он пожал плечами.

- Я подстраховка, если хочешь правду. Наемные мускулы.

- Ха! - Довольно улыбнулась она на это.

- Ты сказала, что твой отец работал на Блэка, — сказал он.

- Да.

- Что конкретно он делал?

- Он изобрел степпер. Хотя это было в свободное время.

- Твой отец Уиллис Линсей? - Джошуа тупо уставился в пустоту, думая о Дне Шага, и том, как его жизнь изменились от того, что сделал Линсей.

Она улыбнулась.

- Хорошо. Ты хочешь полную историю? Я из семьи степперов. Естественных степперов... Ой, закрой рот, Джошуа. Мой дедушка мог перемещаться по мирам, как мать и я. При этом, отец не мог перемещаться, и именно поэтому ему надо было изобрести эту коробку степпера. Что он и сделал. Впервые я шагнула в четыре года. И вскоре я узнала, что папа мог ступить, если держал мою руку. У нас даже осталась фотография с этого дня. У меня никогда не было проблем с этим волшебным перемещением, и все благодаря маме. Она обожала читать, и в детстве прочитала мне Толкиена и Ларри Нивена, Эдит Несбит и многих других. Разумеется, я получила домашнее образование. И я росла в собственной Нарнии! По правде говоря, со Дня Шага меня стала злить необходимость разделять мое секретное место с остальной частью мира. Потом мама объяснила мне, что я никогда не должна никому говорить о своей способности.

Джошуа ошеломленно слушал. Он с трудом представлял, каково это, быть частью целей семьи степперов.

- В те дни было здорово. Я часто болталась с папой в его сарае, потому что он находился в другом мире — хотя, конечно, мне приходилось его самой перемещать туда и обратно из того другого Вайоминга.

- Но папа редко бывал там, потому что постоянно улетал туда, где люди Блэка нуждались в нем, и это могло быть где угодно от Массачусетского технологического института до какой-нибудь научно-исследовательской лаборатории в Скандинавии или Южной Африке. Иногда, поздно вечером, возле дома приземлялся вертолет, и он улетал, а затем возможно час спустя уже возвращался домой. Когда я спрашивала его, чем он занимался, ответом всегда было: «Просто выполняю свою работу, вот и все». Но меня это не особо беспокоило, потому что отец всегда знал, что делал. Он знал все.

- Я ничего не знала о его проектах. Но не была удивлена, когда он смог изобрести степпер. Он был необычным сочетанием блестящего теоретика и практического инженера; я верю, что он подобрался ближе чем кто-либо к выяснению истинного характера Долгой Земли... Но его очень потрясла смерть мамы. Это было единственной проблемой, которую он не мог решить посредством технологий. После этого все стало странным. — Салли замялась. — Я имею в виду более странным, чем прежде.

- Он продолжал работать. Но у меня сложилось впечатление, что он перестал заботиться о том, над чем работает, и для чего это нужно. Он всегда отличался нравственностью, понимаешь? Хиппи от кончиков ушей до пят. А теперь ему было все безразлично.

- Но он жил двойной жизнью. Он никому не раскрывал создание степпера. Папе действительно нравились скрывать вещи. Он сказал, что научился этому в молодости, когда скрывал свою плантацию марихуаны в подвале. Он показал мне его однажды. Там была секретная дверь, которая открывалась только тогда, когда один свободный гвоздь был выдвинут, а одна из банок краски была повернута на девяносто градусов, и затем целая стена скользила в сторону, и открывала огромное пространство, о котором никто не догадывался, и в нос ударял сильный запах растений...

- Ну вот, это и есть моя история. Я всегда перемещалась и росла с этим; День Шага был просто камушком на дороге моей семьи. В то время как тебе пришлось самому открыть способность к перемещению, верно, Джошуа? Я слышала, что тебя воспитали монахини. Это часть твоей легенды.

- Я не хочу быть легендой.

- Монахини? Они били тебя, или пробовали что-либо... забавное?

Джошуа сузил глаза.

- Не было ничего подобного. Ну, разве что сестры Мария Иосиф и Агнес наказывали мальчика, если тот ошибался комнатой. Но, да, это было довольно странное место, если подумать. Странное в хорошем смысли этого слова. У монахинь была большая свобода. Мы читали все от Карла Сагана до Ветхого Завета.

- Свобода. Ну, я могу лишь посочувствовать этому. Именно поэтому мой отец ушел от Дугласа Блэка. Однажды, тот прознал о коробке степпера, заставив отца каким-то образом проговориться. После смерти мамы, я думаю, что папа и так начал ненавидеть людей. Но то, что Блэк сделал, было последней каплей. В один день папа просто исчез. Он получил должность в Принстоне по фальшивым верительным грамотами. Но это слишком привлекало внимание, и когда люди Блэка напали на след, он перебрался в Мэдисон, где начал преподавать в колледже под другим вымышленным именем. Он прихватил с собой заодно технологию степпера. Я последовала за ним и поступила в тот же колледж, но редко его видела. Как бы то ни было, я продолжала присматривать за ним. Кстати, его настоящее имя не Уиллис Линсей.

- Я уже догадался.