Garold Liss - Мироеды

Пролетев три метра, она больно ударилась об пол. Прищурившись от яркого, электрического света, Лена попыталась встать. Острая боль пронзила её левую ногу. Вскрикнув, девушка рухнула, распластавшись на полу. Над головой раздался рев зверя. Перевернувшись на спину, Лена увидела, как из люка показалась вытянутая морда. Глаза-пуговки, расположенные в два продольных ряда, пристально следили за каждым её движением. Показалась длинная, толстая шея. Не сводя глаз с хищника, Лена стала отползать назад. Морда зверя повисла в воздухе, а шея всё тянулась и тянулась из вентиляционного люка. И вот перед Леной уже огромная, восьмиглазая анаконда.

Девушка предприняла отчаянную попытку подняться, но острая боль снова подкосила её. Ахнув, Лена упала. Не сводя с жертвы глаз, анаконда распахнула пасть и угрожающе проревела. Рев резко оборвался. Тварь не естественно дернулась, а из её пасти брызнула кровь.

Сифилис надавил сильнее, вгоняя каратель еще глубже в огромный череп. Так, что его окровавленное остриё вышло наружу из пасти рептилии. Оставив анаконду извиваться в предсмертных конвульсиях, Сифилис подбежал к Лене.

— Ты не ранена? — Взволнованно спросил он, осматривая девушку.

— Я говорила! Я же говорила! — Закричала она и принялась колотить его своими маленькими кулачками. Слезы ручьем текли по ее щекам. — Я же говорила, нужно быть вместе.

— Все, все, все. — Не обнаружив у Лены ранений, Сифилис приблизился к ней и обнял. — Все хорошо, ты в безопасности. — Продолжал он успокаивать девушку. Она прижалась к нему. Её хрупкое тельце дрожало, а сердце было готово вот-вот выскочить из груди. Закрыв глаза, Лена подняла лицо и их губы соприкоснулись.

Проходя мимо ЗУМа, [6] ЗУМ — заместитель управляющего магазином Дарья Сергеевна Зеленина презрительно посмотрела ей прямо в глаза. На что та, даже не обратила внимания.

— Дашка! — Окликнула Зеленину ЗУМ. — Тебя что, здороваться не учили?

— Здрасти. — Не останавливаясь, бросила Дарья Сергеевна и ускорила шаг. Она хотела поскорее добраться до раздевалки. Там мало людей и если она расплачется, будет не так стыдно. Пигалица малолетняя! Она ненавидела ЗУМа Верочку. От части потому что та в двадцать четыре уже заместитель управляющего, а она в свои тридцать шесть простой кассир. Но больше всего Дарья Сергеевна ненавидела её из-за Ириши.

Летом Зеленина развелась. Во второй раз. За три года совместной жизни, второй муж Санечка втоптал её самооценку и гордость в грязь. Причем так глубоко, что ей не хотелось жить. Дарья даже стала задумываться о самоубийстве, но долго не могла сделать выбор между петлей и вскрытием вен. Она наложила бы на себя руки, не попадись ей на глаза объявление в газете: "КУРСЫ САМОСОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ. ПОКОРИ ВЕСЬ МИР". Что-то у неё внутри уцепилось за эти две строчки. Четыре занятия обошлись Зелениной почти в две с половиной зарплаты, но результат был на лицо. Эти курсы вернули ей желание жить и наслаждаться этим миром. Первым делом Дарья Сергеевна подала на развод и выгнала мужа из своей квартиры. Потом, она ушла в отрыв. Ночные клубы, спиртные реки и толпы мужиков.

Однако она довольно быстро поняла, что это все не то. Клубы это конечно, очень весело. Безмерно пить, особенно если учесть, что она за всю жизнь не пила столько, сколько выпила за прошедшие два месяца, надоело. Про мужиков она и думать не хотела. Внутри у нее была не понятная, душевная пустота. Чего-то хотелось, но чего именно Дарья не знала. В таком подвешенном состоянии Зеленина и жила какое-то время.

Пока не наступил август. Четырнадцатое число. В этот вечер она впервые поцеловалась с женщиной. То был день Рождения девочки-продавца из колбасного отдела. Её звали Ириша. Она работала в магазине дольше, чем Дарья, но раньше они особо почему-то не пересекались.

Милая, нежная Ириша. Она, в отличии от всех, не была повернута на пьянках, гулянках, мужиках и их деньгах. Как это произошло, в памяти Зелениной не отложилось. Наверное, всему причиной было выпитое ею ведро алкоголя и стресс. Первое что она отчетливо помнила, это нежное прикосновение бархатных, Иришиных губ. Дарью как будто током ударило. Она вдруг поняла, чего ей не хватало в жизни. Зеленина немного отстранилась, чтобы лучше видеть порозовевшее личико Ириши. Бездонные, голубые глаза. Маленький, немного вздернутый носик. Чувственные, безумно нежные губы. Желая дотронуться до этой красоты, Дарья провела тыльной стороной ладони по Иришиной щеке. Потом, когда все разошлись, они остались одни и занялись любовью.

Таких чувств Зеленина никогда еще не испытывала. Она была по-настоящему счастлива. Искренне любила и всю себя, без остатка отдавала этой любви. Ириша стала для неё воздухом, без которого невозможно жить.

А три недели назад, к ним в магазин назначили нового ЗУМа, Верочку. Всё тут же пошло под откос. Ириша изменилась. Стала холодной и раздражительной. Из-за этого они с Дарьей стали часто ругаться. Зеленина из кожи вон лезла, чтобы сберечь их отношения, но ничего у неё не вышло. Вчера, она застала Иришу и Верочку целующимися в раздевалке. Они сделали вид, что не заметили её. Даже Ириша.

Наконец, изнурительно долгий, рабочий день подошел к концу. Дарья по быстрому свела кассу и захватив вещи из своего шкафчика, не переодеваясь выбежала на улицу. Она хотела как можно быстрее уйти, чтобы не видеть как Ириша и Верочка мило воркуют.

Её предала та, кого она любила всей душой. Женщины оказались не лучше мужиков.

Выйдя на улицу, Дарья зашагала прочь от магазина. Лишь свернув за угол супермаркета, она немного сбавила шаг и дала волю слезам. Так, рыдая Зеленина шла куда глаза глядят. Она шла, шла и шла. Дарья была настолько погружена в свои мысли, что не заметила, как за ней увязался мужчина в грязном, осеннем плаще.

Его лицо скрывал широкий капюшон толстовки. Он шел следом уже несколько кварталов, но Зелениной было не до него. Дарья повернула в темный проулок. Человек в плаще зашагал быстрее. Свернув следом, он поравнялся с женщиной и набросился на нее.

От неожиданности Зеленина ахнула. Напавший с легкостью повалил её на землю. Дарья почувствовала укол в шею и потеряла сознание.

Зеленина находилась в горизонтальном положении и была так крепко связана, что не могла пошевелиться. Первое что Дарья услышала, когда пришла в себя, это был хриплый, мужской голос. Мужчина с кем-то разговаривал. Он был взволнован и довольно часто срывался на крик.

— Почему они умирают? Ты же обещал. Обещал! А в место этого они только и делают, что умирают. Умирают! И Юлька. Как она могла? Почему? Почему она умерла? ПОЧЕМУ?!

— Терпение Ульян, терпение. — Голос второго мужчины звучал абсолютно спокойно и невозмутимо.