Александр Тув - Ходок - 8

Командор мог споткнуться об какого-нибудь героя, решившего вписать свое имя золотыми буквами на скрижали и бросившегося ему под ноги, чтобы помочь товарищам одолеть злого ворога! Конечно же, этот придурок ничего такого не решал, а просто поскользнулся на кишках, причем не исключено, что на собственных, но главкому от этого не легче. Так что наличие боеспособной, или, хотя бы, имеющей возможность передвигаться, хоть и ползком, пехоты в тылу, определенно будет отрицательным моментом при нападении на големов.

Но, легкая пехота это так – семечки. Существовал еще один, и гораздо более серьезный отрицательный фактор, который непременно возникнет в горячке боя, а сражение с шестью големами это вам не гопников гонять при поддержке ОМОНа (или теперь ОПОНа? Ладно… хорошо, что не ТАМПОНА, а то изобретут еще Тактическую Административную Манипулу Полицейского Отряда Особого Назначения, или еще что. Представляю ужас внесистемной оппозиции, собравшейся на несанкционированный митинг, когда из матюгальников раздастся команда: «Пошел ТАМПОН!». Ощущения мужской части митингующих трудно даже вообразить…).

Однако, возвращаемся к оценке сил противника: во время драки с големами, в процессе непрерывных перемещений, а оставаться на месте смерти подобно, в самом прямом смысле этого слова, Шэф, время от времени, неизбежно будет оказываться между магом и големами, а это, с той же неизбежностью, позволит колдуну использовать весь арсенал атакующих плетений, имеющихся у него в арсенале. А это уже не отрицательный момент – это уже просто плохо! Сила мага неизвестна, он может стрельнуть чем-нибудь таким, особо заковыристым, что и шкира не поможет. Рассматривать такой вариант развития событий было неприятно, но нужно, если, конечно же, хочешь остаться в живых. Если не хочешь, можно и не рассматривать.

Итак… что в сухом остатке? В сухом остатке следующее: до мага не добраться… пока; до големов можно добраться, но с ними будет не легкий бой, а тяжелая битва, причем во время боя, в тылу будут попеременно оказываться то маг, то легкая пехота и если с магом пока ничего не сделать, то с пехотой очень даже можно. Следовательно что? Следовательно с нее, родимой, и начнем!

Так, а чем, кстати говоря, занимается эта золотая рота, скопившаяся на баке? А занимается она тем, что готовится к стрельбе. Кто взводит арбалет, кто лук натягивает, а кто и здоровенную стрелу для станкового стреломета поджигает. Отсюда какой вывод? Отсюда такой вывод, что живыми их брать не собираются. Видимо приказ у ребят: найти и уничтожить! Ладно… это их проблемы, а что у нас?

Дэн увернется – не маленький, а если и не увернется, он в шкире, чай не голый, а вот ялик эти ухари повредят, если вообще не утопят, а это не айс, совсем не айс. Ялик, не исключено, что может больше и не понадобиться – вон галера с гребцами есть, но с той же долей вероятности может и понадобиться – иди знай. Короче говоря – ялик нужен для свободы маневра. Следовательно, надо воспрепятствовать агрессивным планам американской военщины насчет ялика! Тем более, что решение насчет легкой пехоты уже принято, да и помощи ей ждать неоткуда.

И действительно, чем мог волшебник, находящийся на юте, помочь своим солдатам, дислоцированным на баке, при бое в тесном пространстве, ограниченном узкой палубой галеры? А практически, ничем! Самое для него неприятное заключалось в том, что линии фронта, где с одной стороны были бы свои, а с другой – противник, не будет. Все будет перемешано, причем коварный враг народа (имеется в виду – враг народа Высокого Престола) будет перемещаться в солдатской гуще совершенно хаотично, что еще более затруднит применение магических спецсредств. Ну, и не надо забывать еще и то обстоятельство, что театр военных действий будет закрывать от мага стальная стена его големов.

Нет, разумеется, колдун мог пулять файерболами, молниями, водяными и воздушными стрелами, да вот только в кого бы он попал? В девяносто девяти случаях из ста – в своих! А это, согласитесь, не самая лучшая тактика. Что еще? Стена огня отпадала сразу – на корабле такие фокусы не проходят – пожар в море страшная штука, да еще на деревянном судне. Ментальное воздействие? – не на того напал, главком сам на кого хочешь воздействует. Некоторая опасность была в случае, если бы маг оказался сильным психокинетиком – в этом случае он мог бы попытаться связать Шэфа всякими ожившими канатами и тросами, но главком был увертлив, как дворовый кот, так что вероятность успеха такого действа была невысока.

Решение было принято, на все про все ушла одна секунда. Таким образом, через три секунды после появления на борту галеры, Мастер войны ш'Эф оценил обстановку, выработал план действий и атаковал легкую пехоту, столпившуюся на носу корабля. Война компаньонов с Высоким Престолом из холодной фазы перешла в горячую.

Кстати говоря, термин «столпившуюся» не совсем адекватно отражал расположение людей на баке. Их построение было в надлежащей мере структурировано за счет специфического устройства палубы на носу галеры, представляющей собой ступенчатую конструкцию, наподобие половины амфитеатра. В самой нижней ее части, на собственно «арене» располагался станковый стреломет, вокруг которого суетились шесть человек. Остальные пятьдесят выстроились за ними пятью вогнутыми линиями, каждый десяток занимал свою ступеньку, никто никому не мешал.

Такое расположение стрелков позволяло проводить залп пятьюдесятью стрелами и болтами, плюс «бревно» из стреломета. Достаточно мощная ударная сила. Скорее всего, количество личного состава легкой пехоты определялось геометрией палубы… или наоборот – «амфитеатр» изначально создавался для полной полусотни. Все эти соображения промелькнули на краю сознания командора, нисколько не мешая выполнению основной задачи – тактическому планированию предстоящей операции.

Шэф вышел из кадата и отключил шкиру. Для предстоящей операции эти опции были излишними – обычные люди, вооруженные луками и арбалетами, причем изначально направленными в другую сторону, не были тем противником ради которого требовалось использовать кадат и активированную шкиру – много чести! У них даже короткие мечи покоились в ножнах, а круглые деревянные щиты, обшитые кожей и усиленные железными бляхами, были закинуты за спину – по походному. Кстати говоря, это обстоятельство – щиты на спине, играло легкой пехоте на руку, поскольку командор собирался атаковать их с тыла.

И хотя верховный главнокомандующий мог пребывать в измененном состоянии сознания гораздо дольше, чем старший помощник, но тоже не бесконечно, а так как он был запаслив и расчетлив, как Матроскин, то никогда не упускал возможности сэкономить. Ресурс кадата и шкиры были слишком ценными, а легкая пехота как раз и была тем материалом, на котором можно было сэкономить. Термин «материал» был употреблен не случайно. Мастер войны ш'Эф к относился ко всем своим противникам одинаково, а именно – бесстрастно.