Айзек Азимов - Дуновение смерти [Сборник]
- Название:Дуновение смерти [Сборник]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:1992
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Айзек Азимов - Дуновение смерти [Сборник] краткое содержание
Роман «Дуновение смерти», повесть и рассказы, вошедшие во второй том избранных произведений Айзека Азимова, продолжают знакомство читателей с детективной стороной его творчества.
Дуновение смерти [Сборник] - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Каюсь, по первом прочтении романа у меня остался на душе какой-то горьковатый осадок, некая внутренняя неудовлетворенность. Хотелось все-таки изменения уклада жизни на самой Земле, а не просто ухода с нее ради создания еще одного Внешнего Мира, населенного принципиально новым по уровню взаимоотношений обществом людей и роботов (впоследствии таковой и возникает — Бейли-мир в «Роботах и Империи»). Все-таки для русского менталитета эмиграция — это прежде всего бегство, по большей части, вынужденное. Это писатель-воевода Андрей Курбский, это Герцен на лондонской колокольне, это три волны советского периода. Само понятие органически связано для нас с трагедией, потерей, ностальгией.
Для американца же эмиграция — в первую очередь, шаг вперед Это миф «Мэйфлауэра» и отцов-пилигримов. Переход из Старого Света в Новый. Умение без страха, отчаяния и сожалений сжигать за собою мосты ради сотворения нового бытия — в отличие от сознания революционеров, без разрушения старого. Причем это отнюдь не имманентное свойство англосаксонского менталитета — ведь на борту «Мэйфлауэpa», когда в 1620 году он бросил якорь у Плимутока, были не только англичане, но и шотландцы, ирландцы, немцы-ганноверцы и даже славяне — поляки-смолокуры. Все они закладывали основы новой нации, осваивали, обустраивали и созидали новый мир, закладывали основы нового — американского — общественного сознания, новой — американской — национальной мифологии. Именно поэтому столь естественной кажется идея ухода на новые планеты и создания объединенной культуры людей и роботов Илайджу Бейли.
Но довольно о нем.
Потому что ведь и Азимов не ограничивался созданием фантастико-детективных романов — он вторгся и в область «чистого» детектива, о чем свидетельствуют романы «Дуновение смерти», «Немезида», «Убийство в Ай-Би-Эй», сборники рассказов «Записные книжки «Черных вдовцов» и «Сказки «Черных вдовцов» (из первого из них и взят рассказ «Человек, который никогда не лгал»).
Даже по одному этому рассказу можно достаточно уверенно судить, что и вся подборка представляет собой классическую детективную новеллистику, испытавшую немалое влияние Гилберта К. Честертона, — камерная обстановка, страсть к парадоксам (как тот, на котором держится концовка «Человека, который никогда не лгал»), даже сама обстановка клуба перенесена на американскую почву из доброй старой Англии (не только в детективе, но и в жизни).
Иное дело романы. В них куда больше проступает личный азимовский опыт. В «Убийстве в Ай-Би-Эй» чувствуется прекрасное — еще бы! — знание писательской среды, отношений между американскими фантастами. А в «Дуновении смерти»..
Фэны прозвали Азимова «Добрым Доктором» — не в айболитовском смысле, естественно — неизменно и беспредельно добрым в каждой своей строке был среди американских фантастов, пожалуй, один лишь Клиффорд Саймак; просто во всем, что говорит или пишет Азимов, неизменно проступает докторская мантия. Иногда — в профессорской, менторской, откровенно дидактической интонации; иногда — в непозволительной, прямо-таки непомерной эрудиции (особенно это относится к научно-популярным книгам); порою же — в доскональной осведомленности о жизни университетского и вообще научного мира. Именно в этом смысле показательно «Дуновение смерти». Чувствуется здесь и профессиональный опыт — вспомните, ведь все три степени, бакалавра, магистра и доктора, Азимов получил, как химик, а до ухода на профессиональную литературную работу не один год отдал преподаванию — точь-в-точь как профессор Брейд. Правда, положение самого Азимова было куда более устойчивым, он принадлежал к числу везунчиков, как считали некоторые, хотя везение свое зарабатывал исключительно собственными извилинами и горбом, как справедливо замечали другие. Но Брейд — его сверстник, человек того же поколения, на чье детство пришлась Великая Депрессия, и чьи родители, этой депрессией потрясенные, передали большинству своих детей чувство разрушительной неуверенности в завтрашнем дне.
И потому «Дуновение смерти» — не просто детектив, но еще (как, впрочем, всякий хороший детектив) и бытописательный роман, и роман психологический; только психологизм ему свойствен тот, своеобразный, пунктирный, о котором мы уже говорили выше.
Однако и двух этих областей — детектива реалистического и фантастического — Азимову было мало. Он жаждал развернуться. И потому отдал немалую дань еще одному детективному поджанру, для которого у нас пока нет даже устоявшегося названия хотя есть написанные в нем произведения — например, цикл повестей Сергея Снегова «Прыжок над бездной»), Впрочем, прочно устоявшегося названия для этого направления детектива (или фантастики?) нет и в западной критике; иногда ее называют «science crime», что с изрядной долей условности можно перевести, как «научный детектив». Примером этого направления может послужить включенная в сборник «Ловушка для простаков». Здесь наличествуют все привычные атрибуты детектива: загадочная гибель обитателей колонии, прибывшая на место следственная комиссия, детектив-любитель (или сыщик поневоле — на ваше усмотрение)… Нет лишь самого преступления. Его заменяет несчастный случай. Трагедия порождена не злым человеческим умыслом, а столкновением человека с непознанными еще стихийными силами. Но вспомните: формулируя свои законы фантастического детектива, Азимов ставил в один ряд «несчастный случай и преступление», не делая между ними принципиального различия. Наверное, он прав: в конце концов, в любом детективе нам прежде всего важен процесс расследования загадки.
И еще — герой.
Собственно, многие черты типического героя детективного произведения мы с вами уже помянули по ходу разговора. О других рассуждать нет нужды — они достаточно общеизвестны. Так что напоследок мне хотелось бы остановиться — да и то ненадолго — лишь на одной.
Дело в том, что всякий детектив, единственное назначение которого заключается в раскрытии загадки, установлении истины, — герой по самой сути своей идеальный. Это не значит, разумеется, что во всех своих проявлениях он должен быть идеальным человеком — такого не скажешь ни об эксцентричном джентльмене Шерлоке Холмсе, ни о тщеславном и фатоватом бельгийце Эркюле Пуаро, ни даже о положительном комиссаре Мегрэ — разве что майор Пронин… Герой-детектив идеален в том же смысле, что и фольклорный. Он — восстанавливающий справедливость Робин Гуд. Отсюда, кстати, и пристрастие писателей и читателей именно к частному сыщику или сыщику-непрофессионалу, сыщику поневоле, вроде профессора Брейда. Впрочем, даже карикатурная в своей типичности фигура инспектора Доэни тоже несет на себе некий отблеск робин-гудства. Ибо это и есть исконное назначение фольклорного героя — восстанавливать справедливость, защищать слабых и сирых, оправдывать облыжно обвиненных и карать виноватых.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: