Стивен Эриксон - Пыль Снов

Женщина грубо хохотнула: — Как скажете. Избегайте овощей, капитан.

Он смотрел ей в спину. «Рыбаки. Тебя, Скенроу, я должен избегать, хотя ты так сладко улыбаешься. Тем хуже. Седогривый, ты вечно твердил, что из нас двоих я удачливее. Неверно. Если дух твой услышал, пусть пошлет мне хоть отзвук смеха».

Он помолчал, но слышен был лишь свист ветра, и ничего веселого не было в этом звуке.

— Пошел, коняга.

Корик выглядел развалиной. Когда он, дрожащий, с дикими глазами, показался на стоянке взвода, Тарр нахмурился: — Солдат, ты мне напоминаешь жалкого любителя д’байанга.

— Трясучий параноик, вот ты кто, — согласился Каракатица. — Садись, Корик. Завтра найдем тебе местечко в фургоне.

— Я просто болел, — слабо зарычал Корик. — Я видел любителей д’байанга в торговых фортах и мне не нравится, что меня с ними равняют. Я давно дал обет, что не буду таким глупым. Я просто болел. Дайте несколько дней — я выправлюсь и вгоню кулак в лицо первому сказавшему про д’байанг.

— Это уже лучше звучит, — сказала Улыба. — Добро пожаловать назад.

Корабб вылез из палатки, неся оружейный пояс Корика. — Наточил и намазал маслом меч, Корик. Но похоже, что поясу понадобится новая дырочка. Нужно нарастить мясо на костях.

— Спасибо, мамочка. Только титьку не суй, ладно? — Он сел на пустой ящик из-под морантских припасов и уставился в огонь. Тарр решил, что Корика утомил путь из госпиталя. Со всеми солдатами то же самое. Кислая водичка помогает, но все жертвы лихорадки стали какими-то пустыми, в глазах одержимый блеск.

— Где Скрип? — спросил Корик.

Бутыл пошевелился, подняв голову над матрацем и стянув тряпку с глаз. Поморгал, щурясь на ярком свете. — Скрип записывает все наши прегрешения. Он на одной из тайных сходок сержантов.

Тарр хмыкнул: — Рад, что это до сих пор тайна.

— У нас нет прегрешений, — сказала Улыба. — Разве что ты, капрал… Эй, Бутыл, о чем они там болтают?

— Ни о чем.

Слова его привлекли всеобщее внимание. Даже Корабб оторвался от проделывания новой дырки в толстом кожаном ремне (шило впилось в ладонь, а он даже не обратил внимания).

— Видит Худ, ты худший из всех лжецов, — сказал Каракатица.

— Скрип ожидает стычки, причем скоро. Он намерен подтянуть взводы. Ясно? Вот вам. Пережевывайте.

— И насколько сильно подтянуть? — спросил сапер. Глаза его стали щелками.

Бутыл, казалось, хочет выплюнуть нечто горькое. — Очень сильно.

— Дерьмо, — бросил Корик. — Поглядите на меня. Дерьмо.

— Полежишь на дне фургона весь следующий день, а может, и еще, — сказал Тарр. — А потом знай шепчи заклинания охранные. Мы войдем на территорию возможного врага не очень скоро. Ешь, Корик. Много ешь.

— Ой, — сказал Корабб, поднимая руку с торчащим шилом.

— Вытащи и погляди, течет ли кровь, — посоветовала Улыба. — Если не течет, спеши к целителю. — Видя, что все смотрят на нее, Улыба оскалилась: — Рыболовные крючки. Мы, э… рыбаки, что работали на мою семью, они считали, что это самое плохое. То есть раны, которые не кровят. Ох, да ладно ссать, еще рано.

— Пойду пройдусь, — сказал Бутыл.

Тарр поглядел в спину уходящему магу, потом заметил, что Каракатица с тревогой смотрит на него. «Да, плохо всё выглядит».

Корабб вытащил шило и пытался теперь выдавить хоть каплю крови. Преуспев, послал Улыбе торжествующую улыбку и снова занялся поясом.

Бутыл бродил по лагерю, избегая плохо организованных очередей около штаба, арсенала, мастерских по починке доспехов и амуниции, так же как и прочих мест, где сидели несчастные, перегруженные работой ремесленники. Даже около шатров со шлюхами образовались толпы. «Боги, где все офицеры? Нам нужна военная полиция. Вот что бывает, когда нет имперского смотрителя, Когтей, адъютантов и комиссаров.

Адъюнкт, почему вы не позаботились? Стой, Бутыл — не твоя это проблема. У тебя своих проблем полно». Он вдруг понял, что стоит на середине проезда, схватившись рукой за волосы. Буря образов бушевала в голое — крысы все расставлены в стратегически важных местах — но та, что в шатре Таворы, сражается со складками джутовой ткани — кто-то поймал ее в мешок! Он заставил остальных уйти из головы. «Ты! Дитятко Корик! Внимание! Грызи, как будто жизнь спасаешь — наверное, так и есть. Вон из мешка!»

— Ты. Ты из взвода Скрипача, так?

Моргая, Бутыл сосредоточил взгляд на возникшем рядом человеке. — Еж. Чего тебе нужно?

Тот усмехнулся. Учитывая безумный блеск в грязно-серых глазках, усмешка вышла довольно устрашающей. — Меня послал Быстрый Бен.

— Неужели? Зачем? Чего он хочет?

— Никогда не знал ответа на этот вопрос. А вот ты, Бутыл, знаешь. Да?

— Слушай, я занят…

Еж потряс мешком: — Это тебе.

— Ублюдок! — Бутыл схватил мешок. Торопливо заглянул внутрь. «Ох, кончай грызть, Корик. Расслабься».

— Он шевелился.

— Кто?

— Мешок. Там кто-то живой? Он так и скакал в руке… — Еж поперхнулся, потому что кто-то набежал на него.

Мужлан в доспехах, громадный словно медведь.

— Смотри куда лезешь, клятый олух!

Мужчина развернулся, заслышав ругательства Ежа. Широкое плоское лицо стало пунцовым как свекла. Он пошел назад, кривя губы.

Видя, как большущие руки сжимаются в кулаки, Бутыл испуганно попятился.

Еж только улыбнулся.

Свекла была готова взорваться.

Когда кулак вылетел вперед, Еж поднырнул, подскакивая к громиле. Руки сапера устремились к солдатской развилке, ухватили, потянули, закрутили…

Солдат сложился вдвое с визгливым криком.

Еж добавил ему коленом в челюсть, заставляя голову откинуться. Вогнал локоть в скулу, отчего раздался треск.

Громила сжался на земле. Еж встал над телом. — Ты просто наскочил на последнего живого Сжигателя Мостов. Догадываюсь — больше ты так делать не будешь? — Еж повернулся к Бутылу, улыбнувшись во второй раз:- Быстрый Бен хочет поговорить. Иди за мной.

Через несколько шагов Бутыл сказал: — Ты же не… Сам знаешь.

— Не что?

— Не последний живой Сжигатель. Есть Скрипач и Быстрый Бен. Еще я слышал о выживших под Черным Кораллом, они скрываются в Даруджистане…

— Все в отставке или переведены. Скрип советовал мне сделать то же самое. Я раздумывал. Серьезно. Новое начало, всё такое. — Он стянул кожаную шапку. — Но потом подумал: зачем? Разве хорошо начинать сначала? Столько всего прошел, теперь иди опять? Нет, — он постучал по значку Сжигателей Мостов, вышитому на выцветшем плаще, — я вот кто, и это кое-что значит.

— Думаю, тот рядовой с тобой согласится.

— Да, хорошее начало. Что еще лучше, я потолковал с лейтенантом Прыщом и он дал мне взвод новобранцев. Значит, Сжигатели еще не мертвы. Еще я подцепил летерийского алхимика — поглядим, нельзя ли найти замену морантским гостинцам. У него есть замечательный порошок, я его назвал Синькой. Смешиваешь его, засыпаешь в глиняный шар и запечатываешь. Полдня — и смесь готова, созрела.