Софья Липатова - Призванный [СИ]

Прохладная Исида дружелюбно приняла меня, успокаивая уставшее тело и даря покой. Показавшись над поверхностью, я набрала побольше воздуха и нырнула снова, плывя к самому дну. Правда мелко. Песчаное дно с разноцветными камушками, едва заметно двигалось от подводных потоков. Сегодня Исида благосклонна. Коснувшись блестящего песка, я оттолкнулась, снова показываясь на поверхности.

Черная фигура, сгорбившееся рядом с оставленной одеждой, перекидывала из руки в руку мою Книгу. Лазутчик? Не похож. Сердце стучало у горла, но сглотнув слюну, я сделала два гребка к берегу. Он же не нападает.

Пока.

Вот этим моментом и надо пользоваться. Все мое оружие было около незваного гостя, а преобразователь вообще в его руках. Не теряя времени, я внимательно разглядывала мужчину в поисках того, что может о нем рассказать.

Простая одежда, которую можно увидеть у каждого Рабоса в Доме. Черная, тонкая, не стесняющая движений. Майка и штаны, подобные моим, Такие же тяжелые ботинки и портупея, усыпанная клинками. Смуглая кожа и черные длинные волосы, убранные в высокий тугой хвост, подсказывали, что передо мной или Ра, или Рабос. Можно было вздохнуть с облегчением, если бы не одно но. Сильные накаченные руки и шея гостя были покрыты письменами Безмолвной. Некромант. Тонкие нити шрамов белели на лице, местами прерывая сеть татуировок.

— Не бойся, — гость повернулся ко мне, открывая свое лицо полностью, — я не причиню тебе вреда.

Он улыбался. Склонив голову на бок, мужчина прищурился, разглядывая меня. А я не могла вымолвить и слова. Позвоночник будто пронзили стальным прутом, не давай и шанса пошевелиться. Конечно, все Рабосы несколько похожи друг на друга. Но… Бездонные синие глаза, с черными крапинками, любопытно скользящие взглядом по моему лицу.

Такая же нить тонких губ, словно разрезающая кожу.

Горбинка на носу.

Острый подбородок. Ухо одно чуть выше другого.

Слишком высоко изогнутая правая бровь.

Сглотнув слюну, я коснулась ногами дна, делая шаг.

— Я, конечно, знал, что ты будешь похожа на меня. Но на столько, — незнакомец развел руками, все еще сжимая мою Книгу, — это даже удивительно, — усмехнувшись, гость прикрыл глаза, — а меня уже мало что может удивить, Вел.

Стараясь дышать ровно, я кинула взгляд на зажатый в его пальцах преобразователь. Он засмеялся, подкидывая Книгу в руках.

— Валери, серьезно? Эта пустышка не нужна тебе, дорогая. Все, что необходимо для того, чтобы быть собой, у тебя уже есть, — он швырнул Книгу в сторону, — или моя дочка еще не наигралась в Его игры? — гость поднял глаза к небу, но быстро вернул обратно.

Проводив взглядом Книгу, я снова посмотрела на незнакомца. Тянуть время и подходить ближе.

Портупея недалеко от него. Сделав еще один осторожный шаг, я заговорила.

— Я даже не знаю, как тебя зовут, — не отрывая от него взгляда сказала я.

Гость засмеялся, обнажив белые зубы. Стараясь не дернуться от ужаса, я сохраняла спокойствие. Это потом мой разум попробует все это осознать. Не сейчас. Сию секунду важно просто выжить.

— О, Безмолвная, Всевышний, вы это слышите? Этот ребенок нагло врет мне в глаза, — зацокав языком о небо, он прищурился, — не то стало воспитание в Доме. Ой не то.

Приподняв бровь я поняла, что невольно отзеркалила его выражение лица. Разве можно быть настолько похожей? Копией. Практически неотличимой его версией.

— И все же, папа, — выплюнув последнее слово, постаралась не подавиться, — Я же могу знать твое имя?

— Оливер, детка, — он улыбнулся, кинув взгляд на мою портупею, — но все вы предпочитаете называть меня Чудовищем.

Пожав плечами, я постаралась унять дрожь в руках. После, Валери. Сейчас надо выбраться. Ты подумаешь об этой реальности позже.

— Видимо у нас есть повод, Оливер, — сказала я, кивнув на лес.

— «Папа» мне понравилось больше, — сморщив нос, Чудовище поднялся с земли, — какие-то странные родительские инстинкты, не находишь? Одних детей любят, других бросают.

— Как ты меня например? — по блеснувшим глазам гостя я поняла, что попала.

— Не говори о том, о чем не знаешь, — скрипнув зубами от злости, прошипело Чудовище.

— Мне восемнадцать, Оливер. А я вижу тебя в первый раз. Зато твоих созданий регулярно. Это родительская забота? — засмеявшись, я ударила по воде руками, — Они чуть не убили меня, Оливер. Несколько раз. Это родительская любовь?

Кулаки Чудовища сжались. По лицу заходили желваки, выдавая его бешенство. Он закрыл глаза, чтобы не видеть меня. А мне только это и было нужно. Одним движением выскочив на берег, я подхватила портупею и перекатилась у самых ног Оливера. Рука, схватившая меня за волосы, безжалостно тянула наверх. Закричав от боли, я попыталась вырваться, но ничего не могла сделать.

— Да, вы вырастаете в настоящих зверей, Валери, — злые слова полетели мне в ухо.

— Зато ты прямо таки приближенный Всевышнего, — знакомый голос Осириса раздался совсем близко.

Чудовищной силы удар выбил меня из рук Оливера. Он засмеялся, отводя руку в сторону. Секунда. Вытащив первый попавшийся нож я загнала его под лопатку Оливера. Чудовище засмеялось еще сильнее, поворачиваясь ко мне.

— А вот это было очень хорошо, девочка. Ни секунды колебания. Браво, — не успела я проделать этот трюк второй раз, как Оливер просто исчез, растворившись в пространстве.

Повалившись на землю, я растянулась на траве, широко раскинув руки в стороны, и глядя в чистое голубое небо. Ничего не изменилось. Я все та же Валери. Воин Бесконечной войны, ребенок Дома. Сглотнув слюну, я подняла руку. Очере вовремя, так как в этот момент мне в лицо прилетела моя одежда. Заспанный Крейн упал рядом, протянув мою Книгу.

— Ребенок, наши родители не определяют, кем мы будем, — голос Эрика звучал успокаивающе, даже с какой-то ленью, — не думай об этом.

Кивнув, я повернулась к Осирису. Эрик жмурился на солнце, прикрыв глаза рукой. Выглядит вполне здоровым. Даже несмотря на то, что его отец тот еще урод. А он с ним вырос. Так что самое лучшее — просто забыть об этом, как о страшном сне.

— И вообще, Вел, — Крейн смешно нахмурился, обидчиво надув губы, — я тут тяжело раненый кушать хочу, а ты валяешься, пока твой единственный и неповторимый напарник умирает от голода, — засмеявшись, я легонько пнула Осириса по ноге.

— Как, Эрик, скажи мне, как тебя вообще выносит хоть кто-то больше десяти минут? — закатив глаза, я пнула Осириса еще раз, — Ты будешь самым противным старикашкой в Мире. Лет через сто. Это же просто невыносимо, твое нытье от царапины! — закатив глаза, я повалилась на землю обратно.

— Да, да, и я тебя люблю, Вел. Ну правда, давай поедим, а? — приподнявшись на локте, Крейн смотрел на меня своими утягивающими куда-то в глубь серыми глазами.