noslnosl - Дедушка П

Снейп постебался, задав эссе про оборотней длиной в два свитка. Видимо это в отместку за занятия с боггартами в начале учебного года. Поговаривают, что у Невила Лонгботтома боггарт превратился в Снейпа, а Люпин порекомендовал одеть «боггарта» в одежду бабушки Невила. Глупый мальчик так и поступил, все посмеялись, а Снейп затаил злобу и на Люпина, и на Лонгботтома.

Обращая внимание на стол Гриффиндора, я с удивлением заметил, что Гарри Поттер и Рон Уизли вновь общаются друг с другом, как друзья, словно не было никаких подозрений Поттера в нападении на Джинни Уизли. Странно это…

В конце октября я вновь встретился с Джинни Уизли. Девочка передала мне мешок с отреставрированными вещами.

— Тут пятьдесят комплектов одежды, — с гордым видом произнесла девочка. — С тебя тринадцать галеонов и три кната.

— Конечно, держи, — отсчитываю девочке озвученную сумму. Подкрепляю естественную радость от получения денег ментальным приказом по магической связи: «испытай счастье, радость, эйфорию».

Девочка от удовольствия разомлела и стала широко улыбаться, словно кошка, объевшаяся сметаны.

Рассмотрев первую попавшуюся мантию, оценил качество работы на довольно неплохом уровне, мантия выглядела почти как новая.

— Умница, Джинни, всё сделала отлично.

— Спасибо, — смущаясь, сказала девочка.

— Как у тебя дела, что нового? — решаю спросить для поддержания разговора.

— У меня всё хорошо, — ответила Джинни. — Гарри Поттер слышал о том, что Сириус Блэк предал его семью и возненавидел этого волшебника. Помнишь, когда Ежедневный Пророк написал о смерти Блэка?

— Конечно, это же была горячая новость, о которой не говорил только немой.

— Гарри был так рад, что Блэк умер, — сказала Джинни. — А Рон до сих пор не общается с Гермионой. Мой брат такой глупый. А зачем тебе нужна была его крыса? Может быть, тебе надо раздобыть ещё крыс?

— Его крыса была волшебной, что крайне необычно. Её для опытов мне заказал один волшебник. Обычные грызуны никому не интересны.

— Жаль, — печально произнесла Джинни. — А ты слышал о том, что Малфой старший подал в суд на гиппогрифа, который напал на Драко Малфоя? Говорят, он хочет его казнить.

— Странно, что он судится с гиппогрифом, а не с Хагридом или тем более, не с директором школы, которые должны нести ответственность за подобное.

— Но Хагрид хороший, — сказала девочка.

— Возможно, как личность — это так, но насколько слышал отзывы студентов, преподаватель из него вышел не очень удачный. К сожалению, мне пришлось отказаться от этого предмета, поскольку он идёт одновременно с Нумерологией.

— А Гермиона Грейнджер ходит на все дополнительные предметы! — с гордостью заявила Джинни.

— Как так? Она что, умеет раздваиваться? Она ходит со мной на Нумерологию и Древние руны, так что никак не могла бы успеть, например, на УЗМС и Прорицания, которые идут в это же время.

— Рон говорил, что она ходит вместе с ним и Гарри Поттером на Прорицания и УЗМС, а ещё она взяла Магловедение, — сказала Джинни.

— Не может быть. Какой-то бред. Слушай, я лично видел, что твой брат Рон поссорился с Поттером в прошлом году, а теперь словно и не было никакой ссоры.

— Мама поговорила с Роном, и он одумался, а потом летом Поттер даже гостил у нас дома, — ответила Джинни.

Джинни заставила меня задуматься. Тут одно из нескольких: либо Грейнджер умеет клонироваться и находится в двух местах одновременно, либо кто-то посещает занятия под Оборотным зельем под личиной Гермионы, либо девочка ходит на занятия по очереди. Но последнее отпадает, ведь я не заметил, чтобы она пропустила хотя бы одно занятие по рунам и нумерологии. Но если она умеет раздваиваться, значит должна существовать магия, позволяющая провернуть подобный трюк, причём магия простая, доступная волшебнице-третьекурснице.

Время до Рождественских каникул пролетело незаметно. За пару дней до них погода улучшилась, наконец, пропали вечно висящие над головами тучи, выглянуло солнышко.

Я выкинул из головы странности, происходящие с Грейнджер, как-то было не до того, своих дел хватает. Хотя самому раздвоиться не помешало бы.

Джинни Уизли вошла во вкус и до Рождества отреставрировала всю одежду, найденную в доме Блэков. Я расплатился с девочкой и теперь ломал голову о том, как, где и за сколько её продать.

В воскресенье утром я на Хогвартс-экспрессе уехал вместе с прочими учениками в Лондон. С собой увозил примерно треть библиотеки Хогвартса — 10 000 экземпляров книг, то есть использовал все присланные Сириусом пустые книги-заготовки. Естественно, дублирующиеся и бесполезные книги не затрагивал, старался отобрать полезные книги. Уверен, не каждый чистокровный род может похвастать такой обширной библиотекой книг по магии всевозможных направлений, в том числе, многие из которых официально запрещены Министерством магии. Обычную литературу, вроде любовных романов, исторических хроник и описаний приключений волшебников, которая составляла большую часть библиотеки, я не трогал, поскольку этого добра в достатке продаётся в Косом переулке, и не вижу смысла тратить на подобную макулатуру время. Если захочу почитать что-то из художественного творчества магов, то куплю в магазине.

Конечно, в Хогвартской библиотеке гораздо больше книг, чем тридцать тысяч, но, во-первых, они почти все в нескольких экземплярах, во-вторых, многие книги — это более поздние переиздания, и таких очень много. Плюс много места занимает периодика, вроде подшивок журналов и газет, свитков с различными исследовательскими работами студентов старших курсов. В-третьих, как упоминал раньше, не все из них были книгами по магии.

О такой функции Выручай комнаты я ни с кем не делился, те, кто имеет голову на плечах и знают об этом помещении, сами догадаются, а если не догадались — это их проблемы.

Дома в гараже меня ждали три ящика с патронами к автоматам, в каждом ящике было по два цинка. На ящиках лежали маглооталкивающие чары, так что сразу было понятно, что это обещанный Сириусом подарок.

Надо было как-то сообщить родителям о подаренном Блэком доме, ведь я недвижимость ещё даже не видел. Поэтому за ужином решил вывалить на предков ошеломляющую новость.

— Мам, пап, я должен вам кое-что сказать.

— Что-то случилось, сынок? — волнуясь, спросил отец.

— Случилось, но ничего плохого. Я помог одному волшебнику советом, тот был мне настолько благодарен, что подарил свой старый дом в Лондоне, которым он давно не пользовался.

— Господи! — воскликнула мама. — Что он с тобой делал?

— Мама, не придумывай ерунды, никто ничего со мной не делал. Ты же знаешь, у меня хорошо подвешенный язык. Волшебники совершенно не ориентируются в ценах обычного мира, так что расплатиться за какую-то ерунду чем-то дорогим для них норма.