Array Array - Мастер сновидений

Барабанный ритм усиливается, за огненным кругом пританцовывают пустынники. Ритм какой–то до раздражения знакомый, эльфийская молодежь еще начинает хлопать в ладоши и что–то поет, что–то несложное, вроде куплетов и припевов. Один парень покрупнее и побасовитее запевает, три девицы ему вроде отвечают. Ух! Да неужели, ну так и, кажется, что сейчас польется: «РА! РА! Распутин! " Бони–М пустынный, тоже мне. Ну а старуха–то какова, она оказывается этим всем еще и дирижирует, и все подчиняются одному движению ее пальца. Одельви соединяет руки над головой, по идее должен быть хлопок. Хлопка нет, из ее ладоней вылетает белый светящийся шар и зависает у меня над головой. Она выбрасывает пальцы из сжатых кистей резко вверх и стена огня так же резко поднимается и замыкается на висящем надо мной шаре. Вот тут уже раздается хлопок, да такой что отрубает все звуки. Я лежу в огненном куполе в полнейшей тишине.

Что такое? Мне это не кажется? Сестры начинают шевелиться, они скользят по мне как змеи, опутывая блестящей лентой. Снуют все быстрее и быстрее, и я покрываюсь жидким металлом. Он проникает внутрь меня, он во мне… Мне то холодно от обжигающего холода металла, то жарко как от раскаленных капель, вылетающих из домны. Хочу закричать, то ли от боли, то ли от восторга, не знаю чего больше. Но мой рот уже залеплен, я ощущаю металлический привкус на языке, вот и глаза заливает этот расплав. Все… Кто–то берет меня за руку, и за другую тоже, я осмеливаюсь открыть глаза…

Темнота…Самая густая темнота какая только может быть, но через секунду вспыхивает искорка, за ней другая, далее они вспыхивают лавиной. Искорки складывают очертания двух девушек держащих меня за руки. Мое тело тоже из искорок, из мириадов крошечных искорок. Мы можем пересекаться, проникать друг в друга, и это не больно, это забавно. Мне нравится, девушкам тоже. Больше всего нам нравится быть одним целым это так приятно, как многократный оргазм, даже еще круче. Неохотно разделяемся, девушки показывают куда–то вниз; мы висим в пространстве, а под нами крутится шарик, в котором я узнаю Лари. Ну да, совсем как на глобусе в библиотеке. Рядом со мной что–то возникает. Я поднимаю глаза, передо мной застывший лоскут света, это Андао приблизил свой лик. Гордый, даже надменный взгляд, профиль безоговорочного победителя, критично сложенная линия рта, ни дать, не взять — Цезарь. Мне даже хочется выкрикнуть: «Аве, Цезарь! ", но рта не могу раскрыть. И смотрит на меня оценивающе, ну дела!

Наконец–то царственный лик расслабляется, выражает что–то вроде довольства.

— Ну что ж, девочки мои, погуляйте. У вас должно получиться, я послежу за вами. Но помните: равновесие. РАВНОВЕСИЕ!

Он исчезает со скоростью света, как ему и подобает. А мы падаем, падаем на ночную сторону Лари, и снова темнота.

Кто–то брызгает на меня водой, машет чем–то, постепенно возвращаются земные звуки. Открываю глаза, это ведьма обмахивает меня своим платком. Лежу, смотрю вверх на звездное небо, сестры скрещены у меня на груди и они теплые.

Сижу у костра на каком–то обрубке, кое–как одетая, накрытая белой шкурой. Ведьма видимо, больше довольна собой, чем мной. Но больше всего довольны сестры, и я это чувствую, я не знаю как, то ли спинным мозгом, то ли мозжечком, но чувствую. Ведьма подает мне воды, да, это сейчас совсем не лишнее.

— Я должна тебе поведать еще кое–что, — заговаривает амма Одо, — у них старые счеты с Танис. И поэтому, если задумаешь справедливое возмездие, то в дни Танис оно совершится удачнее всего, сестры сами тебя приведут и все сделают. НО! Возмездие должно быть действительно справедливым, иначе они просто откажутся. И есть одно, против чего они бессильны, и не пытайся даже: любящее женское сердце, впрочем, такая сила превосходит не только сестер. И еще возьми кусок шкуры, несколько костей, что были под ней и деревяшку, из–под головы. Сестры сами выберут мастера, чтобы он сделал для них новую одежду. Мастер должен быть не магом и человеком, чтобы не испортить ножны. И никаких металлов, ни меди, ни железа, ни золота, можно немножко серебра, но совсем чуть–чуть. Через недельку, может и пораньше, смотри по самочувствию, начинай заниматься с сестрами, только помни, что им нужна борьба и бой. И помни, ты должна быть главной, всегда быть главной.

Мы еще долго сидели и молчали под звездным Ларийским небом, пока костер не прогорел дотла, а с востока из пустыни не стала подниматься заря.

Проклятые уехали через три дня, ночью тихо собрали шатры и растворились в пустыне, словно и не было их. Мара еще два дня приводила им белых гварричей, сама я к кострам, после ритуала больше приходила… И чувствовала я себя после всего этого не очень, и уж очень занятные оказались книжки из потайной комнатки, а, поскольку, асса Зита не вылезала из своей лаборатории, а другой учитель–мучитель отсутствовал, то у меня получились настоящие каникулы. Пробежки по утрам я не пропускала, а в остальное время я валялась на кровати и читала, читала, читала… И еще плела, и плела …

За обедом асса Зита сообщила, что завтра продолжим занятия. Печальная новость… Вернулась в комнату, огляделась и пришла в ужас от количества книг, заполонивших стол и почти все свободное пространство, надо отнести не нужные и уже прочитанные в библиотеку.

Книги придется разобрать, даже если бы Зита была в библиотеке все равно разобрать надо. Когда разбирала залежи, среди книг нашла все ту же книгу о ритуалах, где я почерпнула сведения о ритуале принятия в род и прочих. Надо сказать, что прежде чем относить книгу на место на полке в библиотеке я всегда ее пролистываю, чтобы, так сказать освежить в памяти содержание и подумать, а вдруг этой книге рано на полку. Вот так пролистывая книгу о ритуалах, я обнаружила, что пропустили целый раздел — «Не магические ритуалы». Маленький, пяток страниц, решила, что нужно прочитать, прежде чем сдавать. Хорошая у меня оказалась привычка, а то так и не знала бы, почему мерзкие гномы со мной не общаются — мы не представлены друг другу. А я все ломала голову, чего это гномы не хотят со мной разговаривать, совсем не хотят, делают вид, что меня совсем нет. С ассой и эльфом пожалуйста, а со мной не хотят и все. А табак у них замечательный…

Вечером в первую очередь заставлю ассу представить меня истопникам, чтоб им бороды спалить. Подслушивать и подглядывать за гномами оказалось не интересно. Занимаются исключительно отоплением, или спят, разговаривают исключительно о печах и качестве присылаемого топлива, или молча курят трубки. Хоть бы о чем другом поговорили… А табачку то как хочется … до дрожи.

Стопка книг росла, в комнате намечался порядок. Много скопилось, придется раза три ходить.