Райдо Витич - Дети бездны

— Я дочь графа Артего, — пояснила на всякий случай. Может это умерит его пыл и он поймет, что несмотря на плачевный вид девушки, она все же не безродная нищенка, беззащитная перед ним — за нее есть кому постоять, и она не рабыня — ровня ему. Значит, и относиться он должен подобающим образом. Представиться, в конце концов.

Однако мужчина молчал, только левый глаз чуть прищурился, обретя недоверчивость. Взгляд со значением уперся в изорванный подол платья.

Нет, ну каков! Лежит крепко схваченный в капкан, истрепан не хуже Дианы, а изображает короля на троне!

— Не смотрите на мой вид — я стала жертвой ночного леса как и вы, только и всего.

— Поэтому вы одна?

Голос мужчины был глух и слишком мягок, что никак не вязалось ни с его комплекцией, ни с видом, ни с взглядом.

Диана вздохнула, решив что самое лучшее ей помолчать. Склонилась над ногой.

— Вы ранены.

— Я зажат.

— Я помогу.

— Чем? Перекусите железо своими зубками?

Наглец! Отвесить бы ему пощечину! — вскинула взгляд девушка и тут же отвела: возможно, мужчина говорит так из-за раны, что причиняет ему серьезные страдания. Больные не ведают, что говорят и творят — не стоит обижаться на них и обращать внимание на слова.

Девушка огляделась и приметила крепкую корягу:

— Я сработаю палкой, как рычагом. Вдвоем у нас хватит сил. Потом я вас перевяжу и помогу добраться до замка. Он тут не далеко.

И вновь вздохнула, понимая, что тем лишается шанса увидеть Уилла, бежать с ним.

— Рок какой-то.

Их с Адель свадьба становиться неизбежной, как ее свадьба с ненавистным Монтрей. Откуда он взялся?! Впрочем, стоит ли злиться на него? Возможно лорд как появился в ее жизни, так и исчезнет. Исчез же ретивый Жан-Клей? Господу виднее кого, когда и как прибрать.

— Да уж. Что за идиот ваш егерь? Навесить пудовую цепь на капкан для волков.

— Их развелось слишком много в округе.

— Поэтому он ловит их как медведей?

— Извините, милорд, я не знаю. Это мужские дела.

— Охота?

— Да.

— Вы не любите охоту?

— Не люблю. К чему убивать животных? Не достаточно ли того, что человек убивает человека?

— А если на вас нападут?

Диана пожала плечами — забавная шутка, лучшей не слышала. И подтащила корягу к капкану.

Мужчина с сомнение посмотрел на "рычаг" потом на девушку:

— Вы всерьез думаете?

— Лучше помогите. Нужно придержать и тянуть.

Девушка вставила палку в зубья капкана рядом с ногой и налегла на нее. Мужчина помог, заскрипев и оскалившись. Это умилило девушку:

— Уж не вы ли здесь выли милорд?

В ответ раздалось протяжное "аа" и нога, наконец, выскользнула из капкана. Мужчина и вправду почти взвыл, схватившись за голень:

— Черт бы побрал всех лесников, егерей и прочий сброд!

— Тише, милорд, не так все страшно, — присела перед ним девушка, пытаясь осмотреть рану. Крови много, но судя по тому, как шустро мужчина двигает ногой — кость цела. — До свадьбы заживет.

— Не уверен, — процедил нахал.

— А вы будьте уверены. И перестаньте крутиться! Мне трудно понять, насколько серьезно вы ранены. А нужно еще перевязать.

— Не нужно.

— Как же вы пойдете?

— Как пришел!

— Может, мне вовсе не стоило вам помогать? — оскорбилась девушка.

— Может, — буркнул, усаживаясь под дерево.

— Это ваша благодарность?

— Я вас не звал, потому не вижу повода благодарить.

— Вы редкостный грубиян, — обиделась Диана и отошла, но совсем уйти побоялась. Возможно сейчас мужчине станет легче, он придет в себя и поймет, что без ее помощи ему бы пришлось туго. И скажет "спасибо"?

Судя по виду мужчины о слове "благодарность" он не знал вовсе.

— Вам давно надлежало быть в постели, миледи, а вы в одиночестве бродите по лесу. О какой благодарности идет речь? Может мне поблагодарить ваших родителей, за то, что они так хорошо смотрят за дочерью? Не премину. Вот чуть отдохну и обязательно нанесу визит вашему батюшке с нижайшей благодарностью за отвратительное воспитание дочери.

— Вы непереносимы. Невоспитанны, грубы и наглы! — выпалила в ярости. Помолчала, и догадавшись, спросила тише, спокойнее. — Вы специально злите меня? Гоните? Не старайтесь, я вас все равно не оставлю, это было бы не по-христиански.

Мужчина поморщился, словно жук ему в рот попал:

— Вы еще и христианка.

Видно этот факт вызывал в нем неприязнь.

— А вы язычник? Тогда вас ждет гиена огненная.

— Будьте любезны оставить при себе всю эту религиозную чушь, — вовсе перекосился мужчина. — Нашли время и место для проповедей.

— Вопросы веры в любом месте и в любое время…

— Помолчите!

Диана растеряно смолкла, во все глаза рассматривая человека, что откровенно кощунствует и будто не чувствует за то ни вины, ни страха.

— Вы повредились рассудком, — поняла.

Мужчина вздохнул. Склонился над ногой, осматривая рану, попытался перетянуть лохмотьями брючины. Диане пришлось забыть обиду и помочь ему, пожертвовав кусочком ткани от подола своего платья.

Конечно, увидь ее в таком виде отец или сестра, подумают черт знает что. Придется возвращаться стороной, так же тихо и незаметно, как ушла. С другой стороны, вряд ли это получиться — мужчина слишком заметен, а оставить его здесь невозможно. Придется рисковать и идти прямо, через стражу, ворота.

От отца достанется, стражи потом наставит — вовсе не уйти. Что ж теперь? Выбора нет, да и смысла бегать уже тоже — заря скоро, светает уже. День которого она так боялась, который так старательно отодвигала — наступил. Поварята уже наверняка носятся от стола к кухне и обратно. Немного — встанет челядь, Магда разбудит Тьерри, подаст ему кувшин и тазик для умывания, одежду. Поторопит, чтобы тот успел привести себя в порядок, позавтракать, прежде чем встречать гостей. А тот побежит пыхтя наверх, в покои дочери, проверяя, встала ли, готова ли к венчанию…

— О чем задумались?

Незнакомец, о котором она забыла, улетев мыслями домой, стоял перед ней, рассматривая в упор.

— Ни о чем. Вы абсолютно невоспитанны, сударь. Нам лучше расстаться, тем более, как вижу, ваша рана не особо вас беспокоит.

— Пустяк, — заверил, не спуская с девушки пытливого взгляда.

— В таком случае, счастливого пути. И примите мой совет, впредь не путешествуйте в одиночестве и пешим. В следующий раз это может плохо кончиться, — развернулась и пошла прочь, в сторону замка.

К Уиллу она уже не успеет. Она везде опоздала.

— Кстати, мы так и не познакомились, — донеслось в спину. Девушка повернулась к наглецу — в конце концов есть предел любому терпению!

— Я как раз представилась, а вот вы…

— Сантьяго, граф Ферна. Провидец.

— Вот как? Как же вы не увидели западню, не смогли предсказать себе, что вас ждет в этом лесу?