Валентин Никора - За гранью игры

И волна противоречивых чувств захлестнула губернатора. С одной стороны, нужно было использовать шанс и попытать эту стерву, эту журналистку, выбить из нее любую информацию, касающуюся возможности побега, но с другой – воспользоваться знаниями евреев?! Фи, как это мерзко, противно и грязно! Фридрих в бешенстве схватил кружку и разбил её об стену.

– Ты, компьютер, как там тебя?

– Геррег.

– Аспирину мне. Немедленно!

– Ас-пи-рину? – переспросил Геррег.

– Да, тупая жестянка, аспирину! У меня башка трещит от утренних неумеренных возлияний! Понял, кретин?

Компьютер тактично молчал, но Фридрих вдруг понял, что его сейчас вежливо спросят: куда он и что возливал.

– Я выпил много вина и теперь мне нужно антивино. – Майор Бундесвера тщательно взвешивал каждое слово. – Теперь понял?

Из стены мгновенно выехал поднос с бокалом. Фон Шлиссенбург подозрительно оглядел прозрачную жидкость и выпил. Мир тут же взорвался в голове феерией красок, и похмелье как корова языком слизнула. Фридрих вдруг подумал, что инопланетяне не такие уж и плохие, если к ним слегка присмотреться.

Способность мыслить логически и отдавать приказы вернулась:

– Срочно созвать весь высший военный офицерский состав Морддрома ко мне в кабинет! – рявкнул фон Шлиссенбург.

Комната сразу расширилась до размеров огромной приемной залы с круглым столом в центре и двумя десятками кресел. «Видимо, это моя губернаторская резиденция, – понял майор. – Ладно, поглядим на оперативность этих вояк».

Люки в стенах открылись разом в четырех местах, и в дверных проемах показались люди в черной одежде. Ничего сверхъестественного: обычная военная униформа, похожая на ту, в которой щеголяли и Шеллеш с Пиррием. Никаких плащей. Штаны, мундир, высокие ботинки на заклепках, символы отличия на рукавах, груди и воротниках. Прямо как в Бундесвере. Очень похоже. Только вместо кобуры какие-то болванки, вроде кастетов, да откинутые капюшоны. И волосы слишком уж длинные для солдат.

Офицеры, похоже, не имели ни малейшего представления об этикете. Они молча входили и рассаживались, не ожидая приглашений. Они даже не здоровались и не представлялись. И это военная элита?

Всего офицеров набежало двадцать восемь. Все молодые, подтянутые. На вид никому нет и тридцати. Это у них, видимо, генералы такие. Хм, посмотрим, на что они годятся...

– Поступила информация о посадке на нашу планету летательной капсулы с журналисткой и телохранителем на борту! – взревел губернатор, справедливо полагая, что низшие чины должны были разбираться в создавшейся ситуации лучше. Так и произошло.

– Мой властелин. – Офицер даже не приподнялся в кресле, ну что за манеры! – Действительно, летающая капсула с дипломатическими функциями уровня АИ-6 повышенной комфортности по техническим причинам произвела посадку в горах Урххру. У гражданки Алланы проколоты шины энергодоступа, сбита обоюдная радио– и видеосвязь как с Империей, так и с планетарными датчиками малого радиуса. Наши послания Аллана принять может. Кроме того, капсула имеет серьезные повреждения. Первое предварительное зондирование показало, что компьютер капсулы не в состоянии больше поднять АИ-6 в воздух. Однако известно, что Аллана всегда находится под неусыпным контролем министра Внутренней Разведки Империи. Исходя из этого, может быть, стоит придти журналистке на помощь?

– Нам следует ее захватить! – мрачно отрезал губернатор. – И доставить лично ко мне.

– У нее слишком много полномочий имперского характера, – вдруг вмешался в разговор худощавый мужчина с бесцветными рыбьими глазами и ничего не выражающим лицом. Подобный арест может привести к преждевременному военному конфликту. Нам сейчас не нужна открытая конфронтация.

«Тайный советник, – с грустью понял Фридрих. – Носитель той самой высокой политики, следуя которой Германия вот уже полвека стоит на коленях. Похоже, трусость, рядясь в бархат красивых слов, давно уже безраздельно правит всеми без исключения мирами! Но кто здесь в конце концов губернатор?!»

– Это приказ барона Шеллеша. – Фон Шлиссенбург злорадно ухмыльнулся: что, получил по соплям, умник?

Но человек с рыбьими глазами не вскочил, не потребовал немедленной голографической связи с бароном, а просто склонил голову и сказал:

– Конечно.

И все. Ни слова больше. Политик хренов!

– Флайеры уже вылетели на место посадки, – сказал третий офицер, тыкая кнопки какого-то калькулятора, встроенного в левую перчатку.

Фридрих сначала растерялся, а потом опомнился: ну да, высокие технологии.

Еще один офицер принялся щелкать кнопками в своей перчатке:

– Мой властелин, прикажете транслировать показания зонда?

– Их пеленгуют прямо сейчас?

Никто не переспросил, кого «их». Понятливые были эти военные.

– Врубай.

И посередине зала возникло четкое изображение верхушки скалы с какой-то летающей чашкой без ручки. На тарелку это не походило вовсе. Скорее уж на параллелепипед без единого острого угла. В общем, огромная галька, которой так интересно было в детстве пускать по Рейну водные блинчики. Глазу зацепиться не за что: блестящая ровная поверхность, действительно капсула и ничего больше. И как она летела в космосе? А где же баки с горючим, узлы двигателя? Да, честно говоря, полеты в космосе Фридрих представлял себе как-то иначе. Межзвездные корабли, что «Союзы», что «шаттлы» никогда не были размером с однокомнатную квартиру. Никогда! По крайней мере на Земле-матушке. Ну да, если эти чертовы журналистки шастают в таких вот посудинах, точно пацаны на мопедах, то что уже у них, у граждан Империи, перевозится на летающих тарелках?

Из капсулы вышел человек с собакой на руках. «Ага, – Фридрих обрадовался, – ну, не все так плохо! Животные нормальные, а не кактусы человекоядные. Приятно. Телохранитель, значит, сентиментальный. Это хорошо». Следом за мужчиной показалась и девушка. Красивая, вовсе не похожая на еврейку. Хотя все цыганки и еврейки – колдуньи! Что им стоит подправить себе личико?

– А где звук? – полюбопытствовал фон Шлиссенбург. – У вас здесь что, эпоха немого кино?

Никто не оценил бравого солдатского юмора. Майору взгрустнулось. Педантичность, она, знаете ли, тоже хороша в меру.

– У Алланы установлен имперский глушитель.

– А где наши ученые, черт возьми? – Фридриху все меньше и меньше нравилось положение дел на вверенной ему планете. – Почему мы не можем вывести из строя какой-то глушитель, а?

– Аррах сейчас занят более важными делами, да и к чему тратить энергию на установку драйверов и воспроизводящих моноустройств на зондах слежения, если их цель просто выявить место дислокации противника?