Джон Толкин - Неоконченные предания
- Название:Неоконченные предания
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:ТТТ
- Год:2002
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Джон Толкин - Неоконченные предания краткое содержание
«Что сильнее в сердце нуменорского принца: любовь к морю или верность жене? Чего желает гордая Галадриэль: править в Средиземье или вернуться на запад? Каким образом Торин и Компания ввязались в авантюрное путешествие к Одинокой Горе? Почему дикари остались только в Друаданском лесу? В этой книге вы не найдёте чётких ответов, зато воистину проникнитесь духом созданного Толкином Легендариума Средиземья, а также узнаете о таких сторонах истории этого мира, о которых и не подозревали. Выбор Сарумана, клятва Юного Эорла, трагедия детей Хурина, поиски Кольца назгулами, военные кампании Рохана и Гондора, устройство и использование палантиров, морские путешествия нуменорцев… обо всём этом умудрился рассказать Кристофер Толкин, разобравший черновики своего отца и соединивший их в одну более–менее слитную композицию.
Неоконченные предания - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
323
На Совете Эльронда Гэндальф упомянул о том, что Саруман долго изучал свитки и книги, хранящиеся в архивах Минас–Тирита.
324
С точки зрения «практической» политики и военной стратегии Изенгард был расположен идеально: он являлся ключом к Вратам Рохана. Они всегда были слабым местом в обороне Запада, особенно с тех пор, как Гондор пришел в упадок. Через них могли тайно проникать вражеские разведчики и шпионы, а иногда, как во Вторую эпоху, и целые армии. В течение многих лет Изенгард хорошо охранялся, и Совет, по–видимому, не обращал внимания на то, что происходит в его стенах. Саруману удавалось хранить в тайне то, что он использовал орков и, вероятно, специально разводил их. К тому же, скорее всего, это не могло начаться намного раньше 2990 года. Он, кажется, ни разу не использовал свои орочьи армии за пределами Изенгарда до нападения на Рохан. Если бы в Совете узнали об этом прежде, они бы, конечно, сразу поняли, что Саруман обратился ко злу. — (прим. авт.)
325
Денетор явно догадывался о подозрениях Гэндальфа. Его это и раздражало, и забавляло. При первой встрече в Минас–Тирите он сказал Гэндальфу: «Я уже знаю обо всем этом — знаю достаточно, столько, сколько надо, дабы по–прежнему противостоять угрозе с Востока», и насмешливо добавил: «Да–да, хотя Камней, говорят, больше нет на свете, однако властителям Гондора зоркости по–прежнему не занимать, и многими путями доходят до них вести». («Возвращение Короля», V, 1). Денетор и без палантиров обладал могучим духом и умел читать в сердцах и мыслях людей, но не исключено, что он действительно видел с помощью анорского Камня все, что произошло в Рохане и Изенгарде. — (прим. авт.) — См. стр. 411.
326
Ср. то место в «Двух твердынях», IV, 5, где Фарамир (родившийся в 2983 году) вспоминает, что в первый раз видел Гэндальфа в Минас–Тирите, еще будучи ребенком, и еще два или три раза с тех пор, и говорит, что Гэндальф приходил туда, чтобы изучать архивы. В последний раз Гэндальф, по–видимому, был там в 3017 году, когда нашел свиток Исильдура. — (прим. авт.)
327
Ссылка на слова Гэндальфа Перегрину по дороге в Минас–Тирит («Две твердыни», III, 11): «Кто знает, куда подевались пропавшие арнорские и гондорские Камни? В земле они схоронены или зарылись в ил на речном дне?»
328
Ссылка на слова Гэндальфа после гибели Денетора («Возвращение короля», V, 7, конец главы). Основываясь на данном рассуждении, отец добавил во фразу «У Денетора хватало мудрости не трогать палантир» слово «наверно», но это изменение (вероятно, по чистой случайности) не было включено в исправленное издание. См. введение.
329
«Торонгиль» («Звездный орел») — прозвище, которое дали Арагорну в Гондоре, когда он инкогнито находился на службе у Эктелиона II; см. ВК, приложение A (I, iv, «Наместники»).
330
Управление палантирами требовало большого напряжения воли, особенно от людей поздних времен, не приученных к подобным упражнениям, и, несомненно, это напряжение, помимо всех прочих забот и тревог, было одной из причин «мрачности» Денетора. Возможно, его жена почувствовала это раньше других, и это усилило тоску, которая свела ее в могилу. — (прим. авт.)
331
В примечании на полях говорится, что «личность Сарумана разъедали гордыня и жажда самоутверждения. Причиной тому было его изучение свойств Колец, ибо он в своей гордыне счел, что мог бы воспользоваться ими, или Им, вопреки чьей бы то ни было воле. Решив не служить никому и ничему, кроме себя самого, он оказался беззащитен перед чужой, более могучей волей, перед ее угрозами или демонстрацией силы». И, кроме того, он не имел права владеть Камнем Ортанка.
332
1998 — год смерти Пелендура, наместника Гондора. «После Пелендура наместничество стало наследственным, как и королевская власть; оно так же передавалось от отца к сыну или ближайшему родственнику». ВК, приложение A, (I, iv, «Наместники»)
333
В Арноре было по–другому. Король (который обычно пользовался Камнем Аннуминаса) являлся законным владельцем всех Камней, но государство распалось, и правители разных королевств оспаривали верховную власть друг у друга. Короли Артедайна, чьи претензии были наиболее законными, назначали хранителя Камня Амон–Сула, главного из северных палантиров. Он был самым большим и самым мощным, и связь с Гондором осуществлялась в основном через него. Когда Ангмар в 1409 году разрушил башню на Амон–Суле, оба Камня перенесли в Форност, резиденцию королей Артедайна. Эти Камни погибли вместе с королем Арведуи во время кораблекрушения, и не осталось никого, кто имел бы прямое или наследственное право владеть Камнями. На севере остался только Камень Элендиля на Эмин–Берайде, но он был не таким, как другие, и для связи не годился. Наследственное право владения им принадлежало «наследнику Исильдура», признанному вождю дунедайн и потомку Арведуи. Но заглядывал ли кто–нибудь из них, включая Арагорна, в этот Камень, чтобы увидеть утраченный Запад, — неизвестно. Этот Камень и башню, в которой он находился, берегли и охраняли Кирдан и эльфы Линдона. — (прим. авт.) В приложении A (I, iii) к ВК сказано, что палантир Эмин–Берайда «не был похож на другие и с ними не сообщался, он смотрел только на Море. Элендиль расположил его так, что он смотрел назад «прямым зрением“, и в него был виден Эрессеа на исчезнувшем Западе; но Нуменор навеки сокрылся под изогнувшимися водами Моря». О том, что Элендиль видел Эрессеа в палантире Эмин–Берайда, говорится также в «О Кольцах Власти» («Сильмариллион», стр. 323): «Многие верят, что иногда мог он даже узреть вдали Башню Аваллоне, что на Эрессеа — там обитал и обитает ныне Верховный Камень». Примечательно, что в данном отрывке Верховный Камень не упоминается.
334
В более поздней отдельной записи отрицается, что палантиры имели полюса или были как–то ориентированы; но никаких пояснений не дается.
335
Позднейшая запись, о которой говорится в прим. 17, рассказывает об этих свойствах палантиров немного по–другому; в частности, под «затемнением» там понимается не это. В этой записи, очень торопливой и местами непонятной, сказано следующее: «Они хранили в себе увиденные образы, так что в каждом накапливалось много сцен и картин, иногда из отдаленных эпох. Они не «видели“ в темноте, т.е. того, что не было освещено, они не запоминали. Их обычно хранили в темноте, потому что так легче было видеть то, что они показывают, и с ходом лет они меньше «перегружались“ всякими посторонними изображениями. Каким образом удавалось их так «затемнять“ — это хранилось в тайне, и ныне неизвестно. Физические препятствия, стена, гора или лес, не мешали им, лишь бы то, что находится за препятствием, было освещено. Позднейшие комментаторы предполагают, что Камни хранились на своих местах под замком в круглых футлярах, чтобы преградить доступ к ним непосвященным; но эти футляры также затемняли их и сохраняли в неподвижности. Видимо, эти футляры были сделаны из какого–то металла или неизвестного ныне вещества». Часть заметок не поддается прочтению, но из того, что можно разобрать, следует, что образы прошедшего были тем отчетливее, чем древнее, а что касается наблюдений за отдаленными объектами, то у каждого Камня имелось свое «идеальное расстояние», на котором видимость была наилучшей. Большие палантиры видели дальше малых; для малых «идеальное расстояние» составляло около пятисот миль (это приблизительное расстояние между Ортанком и Минас–Анором). «Минас–Итиль был слишком близко, но его Камень употреблялся в основном для (неразборчиво), а не для связи с Минас–Анором».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: