Олег Дивов - FANтастика
- Название:FANтастика
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издательская Группа Азбука-классика
- Год:2009
- Город:СПб
- ISBN:978-5-9985-0450-1
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Олег Дивов - FANтастика краткое содержание
Далекий космос и страна эльфов, мрачное постапокалиптическое будущее и прошлое, знакомое нам по голливудским вестернам о Диком Западе, звездные войны и погружение в глубины кошмара — фантазия участников антологии «FANтастика» не знает границ! Олег Дивов, Елена Хаецкая, Павел Шумил… Их имена давно и хорошо знакомы российским любителям фантастики. Повести и рассказы этих и многих других авторов вошли в состав антологии, включающей лучшие литературные произведения, публиковавшиеся на страницах «FANтастики» — лучшего фантастического журнала Европы по версии Европейского общества научной фантастики. Парадоксальные миры, яркие и запоминающиеся герои, динамичный сюжет ждут вас под обложкой этой книги!
Все рассказы впервые публикуются в книжном формате.
FANтастика - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Надо мной склонилось лицо Антонины. Сейчас «юная принцесса» выглядела на хорошие тридцать.
— Молодец, — сказала она добрым голосом. — У тебя получилось с первого прогона. Это значит, ты очень пластичный.
Я счастливо кивал, не очень понимая, что она говорит.
— Савешникову с тобой повезло. И тебе с ним…
Она вгляделась в мое лицо и, видимо, догадалась, что я сейчас маловменяем.
— Ладно, до завтра… — хмыкнула она. — Коллега…
— Ну что ж, вы приняты, — сказал Савешников. — Экземпляр контракта вот, ознакомьтесь, завтра принесете заполненным. Репетиции ежедневно с двенадцати. В утренних спектаклях мы вас задействовать не будем. В «Сказке для сына» вы пойдете в запасном составе, но присутствие на репетициях обязательно. Нашего режиссера зовут Владимир Павлович Поных, начиная со следующей недели он будет заниматься с вами дополнительно один час каждые два дня. Оплата за эти занятия будет вычитаться с вас. Дома не репетируйте. Упражнения, которые можно делать самостоятельно, вам распишут на днях. Вопросы у вас есть?
Сейчас Савешников выглядел гораздо более усталым, чем днем, когда я робко протиснулся в его кабинет и назвал себя. Тогда он с каким-то радостным изумлением задрал вверх брови, переспросил фамилию и очень быстро отволок меня в гримерку, а потом в зал. Теперь же под глазами легли темные круги, а черты лица заострились. На столе стоял стакан с желтоватой жидкостью, и Савешников, морщась, периодически отпивал из него.
Я, улыбаясь до ушей, помотал головой:
— Нет у меня вопросов, Андрей Витальич. Спасибо вам огромное!..
Это странное и восхитительное ощущение: когда уходит страх. До этого дня я непрерывно боялся. Что не смогу, не вытяну, не сумею… Стану математиком, экономистом, ассенизатором — и буду смотреть на сцену только из зрительного зала.
Теперь я не боялся ничего.
Денег даже хватало, впрочем, плевать мне было на деньги. Каждый день к полудню я мчался в старый корпус ДК энергетиков на репетицию. Мама знала, что я устроился работать, а в подробности не вникала: ей достаточно было того, что я пообещал на следующий год поступать в универ. «Похороны шута» уже прошли, я смотрел его из комнаты осветителей. На моменте, когда Мэр-Смерть во фраке и цилиндре сблизил-таки ладони в аплодисменте, зал взорвался овацией. А в финале, когда могильщики нашли приготовленное ими чучело выброшенным за ограду кладбища, некоторые в зале плакали. Теперь шла «Сказка для сына». Ее зрители принимали заметно прохладнее, но все-таки пустых мест почти не было. Роланда там играл Миша Тяглов, играл замечательно. Его Роланд, ломающий собственные принципы, чтобы совершить правильный, по его мнению, поступок, вызывал одновременно и ненависть, и горячее сочувствие. А я уже репетировал роль дворового пса в новой постановке Поныха «Пьяница и волкодав».
— Но как, как, как ты мог променять свободу на эту тюрьму?! Это же так отвратительно — быть домашним псом!
— Понимаешь, старик… Если я не буду с ним, пусть даже как его домашний пес, он останется один…
Каждый день режиссер Владимир Палыч Поных, мрачный и вислоносый, раз по десять дрессировал нас в «черновых прогонах», не обращая внимания на качество игры и добиваясь только, чтобы мы заучили всю последовательность движений и реплик. А потом к нему присоединялся Савешников и начинался «чистовой прогон». Тогда я взмывал ввысь в совершенно невероятном приливе вдохновения, речь лилась сильно и верно, движения выходили точными, а выражение лица словно и в самом деле принадлежало моим героям. После таких удач хотелось летать.
«Чистовой прогон» делали один раз в день. Только перед генеральной репетицией «Пьяницы и волкодава» его решили провести дважды. Поных и Савешников почему-то очень волновались за спектакль. Но закончить не получилось. На середине второго прогона Поных вскочил и закричал, чтобы мы немедленно звонили «ноль-три»…
В общем, Савешникова увезли в больницу. Прямо с репетиции.
Назавтра мы собрались, как обычно, к полудню. Владимир Палыч, грустный и невыспавшийся, сказал, что врачи поставили Савешникову диагноз «крайнее нервное истощение» и уложили в стационар.
— Что будем делать, друзья мои?
Пожилой худой Малькин, игравший в «Похоронах шута» Мэра-Смерть, раздумчиво сказал:
— Ну что… Спектакль отменим, конечно… Утренники запустим в две смены, спрос есть, пока каникулы… А так — декорации подновим, ремонт по мелочи сделаем… Поворотный круг давно пора проверить… Я займусь, а молодежь наша мне поможет… Смету к завтрему составлю…
До того как прийти в театр, Малькин был прорабом.
Все согласно закивали, а я, как самый младший, не стал показывать своего изумления. Что за ерунда? Режиссер, что ли, заболел? Или ведущий актер с дублером вместе?
— Обрадовались, лентяи, — хрипло прозвучало от двери. Там, держась за косяк двумя руками, стоял, покачиваясь, Савешников. Выглядел он очень маленьким и хрупким.
— Андрей Витальич! — вскрикнула Антонина, — Вам же…
— По местам, — оборвал ее Савешников. — Поехали «черновые прогоны». В семь премьера.
2
«Новый спектакль… кажется, говорит о принципиальной невозможности согласия в стане так называемых „певцов свободы“… В большинстве своем это инфантильные маргиналы, чьих устремлений хватает лишь… В довольно сложной роли пса Жоры, который был другом главного героя, но так и не сумел оценить и простить его самопожертвования… счел такой шаг предательством идеалов свободы… очень хорошо выступил молодой актер Дмитрий П., новое поколение знаменитой театральной династии… К сожалению, в связи с болезнью художественного руководителя театра, время следующей постановки „Пьяницы и волкодава“ пока не объявляется…»
О скандале, который мне закатила мама, я рассказывать не хочу и не буду. Она потрясала «Театральным критиком» и орала хорошо поставленным голосом так, что дребезжал хрусталь в шкафу. Почему-то больше всего ее задевало, что я пошел именно в Театр имени Сулержицкого. Этим я якобы опозорил ее перед всей театральной общественностью. «Твой Савешников — шарлатан!» — кричала она мне. Я уже знал, что Андрей Витальич не только кадровик, но и худрук, так что, имея в виду Театр имени Сулержицкого, знатоки частенько говорили «театр Савешникова». Какие у них там были счеты в прошлом поколении, мне было совершенно не интересно. Савешников выпустил меня на сцену — и я был перед ним в неоплатном долгу.
Андрей Витальич лежал на больничной кровати, совершенно теряясь головой в огромной подушке. Среди персонала больницы оказались театралы, поэтому ухаживали за ним хорошо. Посещения разрешили всего несколько дней назад, и теперь рядом почти постоянно был кто-нибудь из наших. Сейчас где-то на этаже бегала Антонина, добывая у администрации разрешение перевести его на домашнее лечение, я примостился на табуретке у двери, а у изголовья больного сидел наш режиссер. Он в три слоя обложился бумагами и непрерывно гудел:
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: