Оксана Демченко - Демченко Оксана
- Название:Демченко Оксана
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Альфа-книга
- Год:2012
- ISBN:978-5-9922-1315-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Оксана Демченко - Демченко Оксана краткое содержание
Ты сын вождя, наследник славы великого деда, получивший право стать воином огня. Вот бледные, и они враги,— все просто. Бери по праву победителя что пожелаешь, бери и не сомневайся! Пусть гудит гневом пламя, дарующее силу. Ты уверенно владеешь им… однако не владеешь собой. Стоит ли победа в бою такой жертвы? И какие еще принесешь ты, стремясь к величию? И от чего откажешься, чтобы, повзрослев, остаться собой в большом мире, где нет простых путей и однозначных ответов?
Демченко Оксана - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Мы оберегаем их. Мы взращиваем их. Есть ли грех в том, что мы же их стрижем? Полагаю, это вполне естественно и неизбежно. Как и то, что с нашего ведома и при нашей помощи избирается вожак для стада. Умно и то, что псы принадлежат нам и исполняют нашу волю, отгоняя волков, но не служат тому барану, который идет первым и орет громче прочих...'
Прементор Дарио. Размышления, доверенные сперва бумаге, а затем - огню
Море тяжело ворочалось, нехотя и без спешки унимая высоту валов после большого шторма. Асари, вечно пребывающий в движении начинатель перемен, славно разогнался над просторами серой сумеречной воды. Он вылепил из ровной, как степная трава, глади грохочущие валы, ростом своим способные удивить лиственный лес. И погнал их, смешивая небо и море, наполняя воздух соленой пеной и с хрустом разрывая путы парусов, норовящие удержать ветер... Ичивари лежал, слушал море, прикрыв глаза и не двигаясь. С некоторых пор ему нравилось спать на полу. Койка - так моряки именуют кровать - узкая и неудобная. Куда приятнее доски пола, их гладишь - и ощущаешь тепло своего берега. Нет сомнений: сосну добыли там. Может статься, прежний пол сгнил, времени было много, оптио ждали и ждали, заодно подновляя немолодой корабль.
С некоторых пор Ичивари полагал корабль живым и потому прощал использование свежей древесины его бестолковым морякам. Людям, искренне не понимающим мира зеленого берега, но зато родным морю, а это уже немало. Он теперь тоже родной морю, он ощущает своими ладонями-волнами хрупкое тело корабля и бережно передает окрыленную парусами ношу от одного вала иному, украшая борта росписью узорной пены. Есть еще одна запасная мачта. Ставить мачты - весело. Жаль, что он слышит море и принимает, как часть себя - но не смеет лишний раз просить о помощи. Нельзя из-за мелочей обращаться к асхи, и так просителю дано более, чем мечталось. Право и способ сохранить себя и остаться махигом. Трудно поверить, что так много важного уместило в себе хрупкое крошечное перышко, принявшее тепло дыхания Шеулы.
- У-учи, Чар, - едва слышно шепнул себе Ичивари. - Ты еще не выиграл. Ты надеялся, что сможешь просить море о помощи в побеге. Но ты уже истратил свою просьбу. Теперь думай головой. Или чем там думают? По науке бледных - головой...
На столе, как всегда, стояла в кольце крепления, спасающего от качки, толстостенная бутыль с 'Живой водой'. В чистом виде её более не переводили на пьяницу-дикаря. Слишком дорого. Отраву разбавляли простой водой, поддерживая не опьянение даже, а саму тягу к напитку. Ичивари знал это, видел в настороженном и изучающем взгляде оптио. И старался соответствовать. Одной попытки испугать Алонзо ему вполне хватило, чтобы поумнеть и более не вынуждать хитроумного служителя к самым крайним и непредсказуемо опасным шагам.
- Впятеро развели, - задумался Ичивари, поглаживая бутыль и сосредоточенно хмурясь. - Это я не пьяный должен быть, а злой и, как говорят моряки, не похмелившийся. Руки дрожат умеренно, и только от жажды припасть к напитку, но никак не от слабости или утраты контроля. Речь внятная, но со следами раздражения. Гордиться нет сил, сговорчивость высокая. Вроде, так?
Еще раз поболтав жидкость в бутыли, Ичивари проверил свои умозаключения и счел их надежными. Затем снова погладил бутыль, наклонил над кружкой, зажимая горлышко пальцем. Чуть приотпустил 'пробку', уговаривая воду вытолкнуть чуждое и легкое. Сцедил ядовитую гадость, увлажнил ею волосы и руки. Выпил воду, задумчиво проверяя по ощущениям, все ли в порядке. Первые дни после бессознательного состояния, наполненного огнем и бредом, были воистину ужасны. Он исступленно звал асхи - и получил ответ и помощь. Но отказаться от 'Живой воды', однажды досыта попробовав её, едва хватило сил. Если бы он не испытывал бесконечного отвращения к себе самому, возвращающемуся в мерзкое состояние потворства безумию, испытанное весной - он бы все же отпил эту воду еще хоть раз. Ощущение праздника, наполняющее все существо ликованием вопреки плену и боли, отчаянию и даже стыду - оно было ярким и желанным.
- Некоторые едят красные грибы, - утешил себя Ичивари. - Им тоже хочется праздника. Ничего нового этот бледный не придумал. Надо с отцом поговорить. Может, и грибы - под запрет? Хотя зачем, и так употребляющих презирают... Запрет сделает их интересными. Так сказал дед, дед мудр.
Ичивари улыбнулся, выплеснул остатки гадкого пойла на койку, снова лег, прикрыл глаза. И стал слушать море. Где-то там, очень далеко пока что, иные волны, невысокие и ласковые, баюкали в ладонях маленький кораблик, упрямо повторяющий путь каравеллы оптио. Это было замечательно, это давало надежду... и наполняло тревогой. Люди моря хитры и коварны. Как бы они не обманули даже мудрого деда.
Замок шевельнулся в проушинах, звякнул ключ. Тощий нескладный провожатый постучал по стенке каюты и жалостливо уставился на махига, шевельнувшегося на полу, невнятно застонавшего. Эту особенность бледных Ичивари тоже отметил и счел отвратительной: они охотно сочувствуют свысока тем, кого полагают 'конченными людьми'. Сочувствуют, но не помогают. Просто наблюдают, как хороши и чисты сами на столь грязном и мерзком фоне. Или, как этот парнишка, боятся вмешаться и покорно принимают несправедливость, адресованную и себе, и окружающим. Они даже не трусы, они просто не умеют бороться, словно от борьбы можно отучить еще до рождения.
Ичивари закончил вздыхать и возиться на полу, поднялся на ноги, чуть пошатываясь и опираясь на широкую доску стола, поболтал пустую бутыль, убеждаясь - ни капли... Зло зыркнул на провожатого и, чувствуя себя хуже некуда, указал тому взглядом на ядро. Мол - тащи, мне сегодня плохо, меня колотит.
Оптио ждал за тем же ненавистным столом в той же опротивевшей каюте - Ичивари усердно грел свое раздражение и проявлял его, даже с некоторым избытком. Сел, придвинул пищу, понюхал и оттолкнул.
- Сегодня мы поговорим о том, как надо приветствовать сэнну, - негромко начал оптио.
- Было, - хмуро бросил Ичивари.
- Да, было, и мы повторим то, что уже изучено, ибо это важно, чадо, - настойчиво указал Алонзо.
- Ставь бутыль. Полную, неразбавленную.
- Тебе принесут в каюту. Сперва урок, затем награда. Видишь, ты снова путаешься в самом простом. Как следует именовать сэнну?
- Хотя бы кружку.
- Еще одно слово, не относящееся к уроку, и ты проведешь пять дней в трюме. Без 'Живой воды'. Как следует именовать сэнну?
- Ваша благость, радетель благодати, исполненный света, премилостивый... Хлаф, промочить бы горло, слова такие длинные, язык нерхски заплетается.
- Кто именно из моряков сообщил тебе грязные слова, чадо?
- Какого абыра я могу знать? Они на палубе орали, мать их, отродья арповы.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: