Наталия Яковенко - Обречённые

Эдди вымыл посуду. Потом мы вместе направились в соседнюю комнату. Рик ничего не хотел говорить. Он взял в руки книгу, лежащую на столе. Перелистывая страницу за страницей, он нарочно пытался не отвлекаться на нас. Эдди переглянулся между нами. После тихо сказал слова, которые раньше старался не произносить вслух.

— Помни. Оуэн, помни, что не одинок. Мы всегда будем с тобой. — Уголки моих губ поднялись вверх. Мне было трудно изобразить счастье. Словно десятки игл вонзили в моё лицо. Оттянутая глупая улыбка сразу же упала, как только Эдди замолчал. Он посмотрел на меня грустными глазами. Далее последовал его долгий монолог о том, каким должен был быть этот мир и эта жизнь. Бесшумные адские стоны проносились мимо моих ушей. Глухая стена кошмара встала между мной и теми, кто мне не безразличен. Упоминание о прошедших днях безжалостно втыкали в меня ножи. Один за другим. Словно я был мишенью в игре. Месть. Агрессия. Истребление. Чума. Что было для меня потерей? Я уже не мог чувствовать или понять это. Потому что чаще терял, чем обретал. Закалённый в рядах чужих беспрекословных роботов, я ощущал себя пустым сосудом. Меня уже нельзя было вытащить из этого состояния. Старый домик, которого вскоре не станет, укутывался вспышками утреннего солнца. Вот-вот и он не увидит больше нового дня. Словно вой раненного животного стены жалостно скрипели, навивая дурное предчувствие. Украдкой бросая взгляд в сторону отца, Рик пытался найти паузу, чтобы вставить слова, которые в последний раз желал сказать мне. Он знал, что я не могу долго держать на него злобу и обиду. Или может мне просто хотелось в это верить.

— Ты к нам больше никогда не приедешь? — возникший миг молчания заполнил голос Рика. Мы посмотрели на него. Одинокий ребенок, не имеющий настоящего и, вероятнее, всего будущего. Мелькающий в глазах страх оказаться не тем, кем хотелось. Ужас увидеть мир вокруг себя совершенно другим не тем, который ты рисуешь в своей мечте. Приклонённый, я стою на коленях и прошу милости у самой отвратительной части всего существующего. Лживая, изменчивая фортуна. Она ещё могла, если постарается, спасти одну человеческую жизнь, которую я и Эдди отчаянно пытаемся вытащить со дна ямы, в которой сами находимся.

— Нет, — сухо ответил я. Эдди взглянул на меня осуждающе. Я отвернулся, поймав на себе потерянный взгляд Рика.

— И что всё?! — он был не доволен моим ответом. — Вот так! Вот так вот всё и закончится?! — ещё раз повторил он, заметив отсутствие реакции на моём лице. — Ты вообще что-нибудь чувствуешь?! — прокричал он. Я ничего не сказал.

Эдди выдохнул и ответил за меня:

— Если однажды нам понадобиться помощь, Оуэн обязательно придет нам на выручку. — Он обратился ко мне. — Ведь так? — Я стиснул зубы и кивнул головой. Я был не в состоянии вымолвить ни слово. Ведь если Эдди поймёт, что я сам нахожусь в ужасе потерять их, то никуда не уедет. А это был плохой вариант окончания. Ведь Ричард мог воспользоваться моей слабостью и отыскать рычаги давления на меня. Я был не готов к тому, чтобы подчиниться этому старику. Поэтому проще было не иметь ничего и никого рядом, кто бы вызывал во мне человеческие чувства. Чтобы казаться жестоким и бесчувственным, я встал и направился к двери.

— Ты бессердечный и бездушный! — Рик прокричал мне вслед. На секунду я притормозил. После открыл двери и вышел на улицу. Присел на ступеньки. Задумался. Взглянув на небо, встретился с тёплыми солнечными лучами. Порывы весеннего ветра хлыстали ветки деревьев. Мечтами было наполнено это прекрасное утро. Только мне, почему то не было хорошо. Стук двери позади меня. За спиной я почувствовал присутствие Эдди. Немного погодя он присел рядом.

— Он в порядке, — произнёс друг, понимая, что мне не безразлично мнение Рика. Я промолчал. Уязвимость, вот чего я боялся больше всего на свете. Слабым и беспомощным становился я, как только начинал испытывать эмоции по отношению к людям. Не впускать. Главное не впускать в себя чувства. Ничего не чувствовать. Просил я сам себя, глядя в дорогие мне глаза. Будь то Джейн, Эдди или Рик. — Ты ведь найдёшь нас, когда Ричарда не станет? — задал он странный вопрос.

— Думаешь, он покончит жизнь самоубийством? — решил пошутить я.

— Нет, — ответил он. — Ричард сам найдёт свою смерть. Я в этом уверен. — Спустя мгновение он добавил. — Ты боишься?

— Чего? — спросил я.

— Что он заберёт у тебя её? — Я вопросительно на него взглянул. — Я говорю о надежде, — уточнил он.

— У меня её уже нет. — Я поднял лежащий неподалёку камень. Замахнулся. Со злостью кинул его далеко в сторону.

— У любого она есть, пока он дышит.

— Но я уже не дышу, — сказал я, вставая на ноги.

— Брось. — Эдди соскочил вслед за мной. — Никто не может быть настолько бесчувственным как ты. Признайся, что тебе страшно оставаться одному? — просил он.

— Что ты пытаешься доказать? — возмутился я. Эдди приблизился ко мне.

— То, что ты такой же как любой из нас. Тебе тоже бывает страшно. Но ты никогда не показываешь этого, чтобы никто не смел, подумать о том, что ты слаб. Тебе ведь будет плохо без меня и Рика. Ведь это так? Признайся, тебе станет легче.

— Нет, — уверенным тоном возразил я. Эдди притих.

Ложь ядовитая как укус чёрной гадюки. Беспощадно и резко набрасываясь на тебя, она вонзает в твою плоть свои острые клыки. Впервые секунды ничего не ощущаешь, но после начинается лёгкое головокружение. Жар разливается по твоим венам. Яд остается внутри, поражая каждую клеточку тела. И уже нельзя обратить действие. Ты начинаешь лгать снова и снова. Словно зависящий от её сладко дурманящего вкуса. Поначалу, кажется, что это здорово и так всем будет лучше. Но после идёт неосознанное раскаяние, с которым ты остаёшься наедине в опустевшем сердце. Нефункционирующая истина. Отключаются прожектора. Гаснет свет. Опускается занавес. Ты оглядываешься. Понимаешь, что рядом никого. Паутина лжи окутала всю мою жизнь. Не веря даже самому себе, мне было необходимо найти пусть малейший повод, который мог бы меня оправдать. Я не желал. Не думал. Не предполагал. Как такое могло случиться? О чём я думал, когда творил зло в собственном сердце? Мне было трудно, но я должен был отпустить их…. как и всё то, что мне было дорого когда-то.

Купив билеты, мы все вместе вышли на улицу. Немного поговорив о предстоящем плане, мы замолчали. Воскресенье, как и суббота, выдалось солнечным и тёплым. Приятный лёгкий ветер. Синяя высь. Несколько разбросанных по небу белых облаков. Казалось, что природа радовалась и улыбалась нам. Но никому из нас не было весело. Каждый думал о своём. Погруженные в мучительные терзания, мы боялись своих поступков. К чему всё это могло привести? И правда ли у них был реальный шанс начать всё с чистого листа? Рик не верил в это. Если бы я был уверен, то не сомневался, что поступаю правильно. Но я опасался ошибиться, не поверив ему.