Игорь Ковальчук - Бессмертные

Впрочем, ликвидатору ведь тоже не легче, что на его стороне кодекс. Мертвому все равно, отправят ли его убийц на Звездные Каторги. Самый справедливый приговор суда его к жизни не вернет. А вступать в конфликт с любым кланом бессмертных – дело вдвойне опасное. Среди клановых множество сильных противников, но что самое главное – род сплочен, род един, род преследует врага неумолимо и страшно, всей мощью группы раздавливая одиночку, и никакое заступничество Мортимеров Мэлокайну не поможет. Самое большее – конфликт Таронтов и Мортимеров может закончиться войной. Мэлу от этого не легче.

А значит, надо по старинке удирать. И лучше куда-нибудь подальше. И лучше с пользой. У Мэлокайна Мортимера была прекрасная память, и, просматривая свои записи, он уже вспомнил все, что ему было нужно, и решил, что именно сделает. Не так давно из астрала пришло сообщение, не имеющее подписи и обратного адреса, гласящее, что: «Правитель мира под названием „Провал" (Черная сторона) нуждается в ликвидации, поскольку явственны при знаки вырождения…».

Вообще-то центристский ликвидатор не обслуживал Черную сторону и мог бы не обращать внимания на это сообщение. Опасное это было дело – соваться туда чужаку, да еще в потенциале – белому магу. Втройне опасней там гоняться за вырожденцами. Концепцию вырождения на Черной стороне поддерживают не все, законодательство и вовсе не признает ее… Да что там говорить о законодательстве, если Черная сторона поделена на много крупных и мелких регионов, и в каждом властвуют свои законы. Закон и власть Асгердана не защищают Мортимера на Черной стороне.

Но Мэл работал не столько за деньги, сколько потому, что считал эту работу своим долгом. Сначала было по-другому. Что уж там греха таить, в самом начале ему приходили в голову мысли плюнуть на свои обязанности. Да с какой стати? Очень ему нужно гоняться за кем-то с ножом, а потом еще и бегать от кого-то. Пусть какой-нибудь другой болван этим занимается.

Но потом он встретил своего первого вырожденца. Ликвидировал. Сам не понял, почему стал искать второго, третьего. А потом в его душе что-то надломилось, и он понял, что находится во власти силы, создающей ликвидатора, и собственной судьбы.

И тогда решил, раз он ликвидатор, то таковым и останется, несмотря ни на что. За жителей Черной стороны ему не платят, ну и ладно. А он все равно должен выполнить свой долг, ведь там, по ту сторону границы, живут такие же люди, как и здесь. Все те же мерзости, которые творят вырожденцы в Асгердане, они учиняют над беззащитными и там. Даже более того, поскольку слабые у Черных ничем не защищены.

И уж тем более, раз речь зашла о правителе. Правитель-вырожденец – это означает такие ужасы, какие большинство обывателей Центра даже представить себе не могут. И очень кстати можно запутать следы, ненадолго слетать на Черную сторону, где его никто не отыщет. А вернувшись оттуда, можно затихариться в одной из настоящих ухоронок, скальном убежище в безлюдных областях Асгердана, доставшемся Мэлу от Роало-ликвидатора.

Подготовка не требовала много времени – взять оружие да рабочий артефакт, и в путь. Мэл отправился в Провал, как всегда и всюду – налегке. По базе данных он узнал код мира и с грехом пополам построил телепортационное заклинание. Маг он был аховый, несколько лет его учили магии в Сером ордене, потом он за пять лет на заочном отделении Магической Академии факультета пространственно-временных энергий кое-как освоил необходимые азы, без которых в Центре неуютно, сдал на второй магический уровень и мог, пользуясь нужными формулами и артефактом, выданным Блюстителями Закона, открывать порталы и врата.

Он знал, что времени в Провале у него будет не много. У правителя, само собой, и стража, и маги, и что угодно. А ликвидатор один. Появляться надо было сразу на месте, не выискивая и не присматриваясь, браться за вырожденца одним махом и тут же удирать. Вырожденцы ведь чувствуют ликвидатора, нутром угадывают. Они не хотят умирать (а кто, собственно говоря, хочет). Так что приходится спешить.

Он рассчитал так, чтоб появиться в Провале ночью. Врата открылись во дворец, в широкий полутемный коридор с каменными стенами и полом. Ноздреватый, грубо обработанный камень освещали только три факела. Что ж, подумал Мэлокайн, полутьма – это ему на руку. Он прижался к стене и прислушался, потом стал медленно пробираться вперед. Из-под ног с писком кинулись несколько гремлинов. Из каменного коридора сперва открылся один проход в комнату, потом и второй, но не встретилось ни одного окна, значит, коридор проходит по самой середине дворца. Оно и лучше, вряд ли спальня правителя находится где-нибудь на отшибе.

Несколько раз Мэлу пришлось прятаться от солдат, обходивших дворец, два раза – самому обходить часовых. Помогали навыки, полученные в Ордене Серых Братьев. В принципе артефакт мог создавать не только порталы, но и кое-какие вспомогательные заклинания, вроде незаметности или поиска направления. Но если на Черной стороне применить белую магию, пусть даже и с артефакта, о том, что чужак здесь, узнают не только местные маги, но и обычные гвардейцы, не имеющие о магии даже смутного представления. Дело в отдаче, которая непременно после дует – она взбаламутит весь дворец.

Он тоже чувствовал вырожденца. Да, тот, кто от правил анонимное сообщение, не солгал – во дворце находился вырожденец, которого необходимо ликвидировать, причем срочно. Должно быть, послание отправил кто-то из придворных, измученных выходками правителя. Странно только, откуда местные знают о ликвидаторе, да еще и посылают вызовы. На Черной стороне его не признают. Кажется. Вот она, нужная дверь. Перед ней дежурят два гвардейца, но в течение многих лет, стоя на часах у спальни правителя, они успели привыкнуть, что здесь никогда ничего не происходит. Потому они… нет, не дремали, но были рассеянны настолько, что, когда Мэлокайн непринужденно скользнул из-за угла и умело ударил одного из них по плечу возле шеи – он знал, куда именно, – второй солдат посмотрел на чужака с изумлением. Губы его округлились, но выражение лица осталось скорее недоумевающим, чем встревоженным. Казалось, он готов поинтересоваться у незнакомца, какого черта он тут делает, и велеть ему не шуметь под дверью правителя.

С чем и отправился в нокаут. Мэл, не мудрствуя лукаво, справился с ним так же, как с первым.

А потом открыл дверь.

Правитель – щуплый мужчина с тонкими пальцами и узенькой бородкой, похожей на клинышек – сидел у камина, где пылал огонь. Он кутался в огромный плед. Эту черту – все вырожденцы становятся мерзляками – Мэл отметил краем сознания. Он уж больше не был Мэлокайном Мортимером, неведомая сила, направляющая руку ликвидатора, погрузила его в глубины подсознания. Он смотрел на правителя, а тот, вскочив и уронив плед, смотрел на пришельца. А потом вскрикнул, закрыл глаза руками и бросился в угол.