Сергей Иванов - Иное королевство

– Во-вторых?

– Может, замужество не такая плохая вещь? Ты не спеши, дочка. Сперва сделайся любимицей короля, а после сможешь вертеть им как захочешь – понятно, в пределах разумного.

– Но я не хочу в мужья никого, – заявила девушка. – Мне никто не подходит, понимаете? А Луи такого не примет – для него это как раз за пределами.

– И чем тебе не угодили мужчины? – удивился Светлан. – Только не говори, что тебя тянет к своему полу.

– Боже мой, разумеется, нет! Просто хочу дождаться того, кто устроит меня полностью.

– Довольно странно для принцессы, а? – не поверил он. – Ой не темни, девочка… или найди себе иного духовника. А то не знаю, что тебя гложет!..

– Если знаете, к чему вопросы? Ведь из таких ситуаций не бывает выхода… Господи, – вскричала Изабель вдруг, – как я ненавижу его!

Ну, это и мы проходили. Шаг вправо, шаг влево… главное, что один.

– А за что? – мягко спросил монах.

– Ведь всю жизнь искорёжил!..

– Или повернул? Вот представь, где б ты была сейчас, если бы не Гийом… чем бы занималась, кто бы тебя окружал… Скучища! И как славно ехать по дороге в тёплой компании и не ведать, что ждёт за следующим изгибом… Впрочем, это лирика, – оборвал он себя. – Но я не помню случая, чтобы не находился выход. Как правило, их даже несколько. Другое дело, что разглядеть решение бывает непросто. И даже разглядев, часто недостаёт духа воспользоваться.

– Что вы предлагаете? – спросила девушка. – Вернуться к Гийому?

– А почему ты уверена, что к нему не вернёт Луи? Это не так фантастично, как тебе мнится.

– Да, если живёшь в сказке. Но это чудо даже вам, отец, вряд ли по силам.

– Иной раз жизнь отчебучивает такое, что кудесники отдыхают, – молвил Светлан. – Не исключено, король сам возжелает вашего брака.

– А если я позволю себе усомниться в этом?

– Ну, если ты такая глупышка, что не принимаешь добрых советов…

– Вы хотели сказать «дура»? – показала она зубки.

– Что хотел, то и сказал. Зачем усугублять?

– Но ведь я сама выбрала вас в свои наставники, – напомнила Изабель.

– Мало найти колодец, надо суметь из него напиться, – разродился монах очередной сентенцией.

– Хочу блистать при дворе, – неожиданно сказала она. – По-вашему, это глупо?

– По-моему, женщины вообще редко поступают разумно.

– Об этом и мой отец толковал, – откликнулась дева, потупив глазища.

Лестное сравнение, ага…

– Видишь ли, сестрёнка, – вмешалась Лора, не утерпев, – у святого папеньки, похоже, обида на прекрасных нас. То есть нашу прелесть он признаёт всеми конечностями, но в уме отказывает.

– Могу утешить: умные мужчины тоже наперечёт, – сказал Светлан. – Хотя за нашу глупость платить приходится как раз женщинам.

Около полуночи наконец сделали привал – к радости измученной Агры. Да и прекрасная Изабель уже притомилась. Ночка выдалась тихой, так что подыскивать радушный дом не пришлось – хватило елового шалаша. Возвели его невдалеке от дороги, на песчаном пляжике симпатичной реки, прикрывшись от чужаков деревьями. Перед входом разложили уютный костёр, с другой стороны заслонив огонь старым баркасом, найденным в ближних кустах. Расседлав мулов, пустили их пастись вдоль реки, на всякий случай стреножив.

Отужинали рыбацкой ухой, для которой Светлан надёргал лещей из прозрачной воды, а Лора собрала подходящих кореньев и душистых трав, произраставших вокруг в обилии. Супец вышел классный, но Агру больше устроила сырая рыба. А наевшись, кошка тотчас завалилась спать, навёрстывая упущенное.

Потом неугомонная силачка увлекла Изабель купаться – при том, что вода вовсе не была тёплой. И даже подбила аристократку на наготу, мотивируя, что монахов, как и врачей, можно не стыдиться. Картинка получилась редкостной – хоть сейчас на полотно. (Или, ещё лучше, на плёнку… если б удалось её доставить сюда.) Две эти красотки, словно подобранные по контрасту, даже мёртвого могли поднять с одра.

Пока девицы сохли, завернувшись в просторные юбки, Светлан тоже окунулся, заодно простирнув рясу. Затем примкнул к подружкам, улёгшись на еловое ложе рядом с костром. Сухие ветви тихо потрескивали, превращаясь в головешки, над пламенем вился бледный дым, возносясь к звёздам, – хорошо!.. И две прекрасные девы, лопатками привалившиеся к Агре, разлёгшейся прямо на песке, а ступни гревшие о мужчину, точно о второго зверя.

– Настало время вечерней проповеди, дщери мои, – заговорил монах умиротворённо. – Ибо обращаться к Господу лучше, когда не отвлекает ни голод, ни заботы, а спешить некуда.

– Тогда уж ночной, – поправила Лора, щурясь на огонь. – Что, поп, ещё не натрепался за день?

– Нет пророка в отечестве своём, – усмехнулся он. – Имею в виду близких.

– Да потому что знают как облупленного!

– И оттого не боятся, – заключил Светлан. – Ибо поклонения не бывает без страха. Но перед чужими из образа лучше не выходить.

– А к кому вы относите меня? – спросила Изабель.

– Ну, если судить по тому, что ты доселе адресуешься ко мне на «вы»… С другой стороны, моя куколка, тебе не стыдно раскрываться предо мной… э-э… душой, а это признак доверия. Доверие же рождает отклик – посему мне тоже не хочется строить перед тобой невесть кого. Прими уж, какой есть.

– Да она готова показать тебе не только душу, – хмыкнула Лора. – Вот если б ты ещё был настоящим самцом…

– Хочешь сказать: если б я был только самцом? – поправил он. – Милая, делай поправку на свою силу, когда учишь дразнить мужчин. Что годится тебе, для нормальной девушки может обернуться насилием. Пока не научится оценивать ситуацию…

– Риск должен быть оправдан, да?

– Именно. И лучше готовить отход загодя. А то, бывает, вспоминают о нём слишком поздно.

– Всё это, возможно, верно, – сказала Лора. – В теории. Но где ты видел предусмотрительных девиц? Понятно, я не говорю о расчётливых суках, торгующих своим мясом.

– Что ж, тогда лучше смириться с неизбежностью эксцессов…

– Или научиться драться!

– А много ты знаешь девиц, достаточно упорных для этого? Не-ет, без смирения тут не обойтись.

– Ещё можно молиться, – фыркнула она. – Верно, святой отец? И лучше – тебе. Потому как на бога надеяться… Кстати, твоя новая жертва уже в отключке.

– «Ученица» – хотела ты сказать? – улыбнулся Светлан.

Изабель и впрямь заснула, уткнувшись щекой в шелковистый мех кобрис. Из-под пышной юбки, вполне заменившей одеяло, виднелись лишь нежные плечи да изысканные ступни, трогательно скрещённые… то есть, если не считать головы, утонувшей в смоляных локонах. Похоже, под защитой такой троицы принцессе отлично спалось даже на открытом воздухе. А для кого тогда строили шалаш?

– Думаешь, из неё что-то выйдет? – спросила Лора.