Александр Кулькин - Когда наша не попадала
- Название:Когда наша не попадала
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:КПУП «Колор»
- Год:2013
- Город:Мозырь
- ISBN:978-5-699-0000
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Александр Кулькин - Когда наша не попадала краткое содержание
Это сказка, дорогие читатели. Это сказка, рассказанная бабушкой Клио своей непоседливой внучке – Альтернативной Истории. Это былина про те времена, когда по Океану, еще не окутанному Морским Кодексом и страховыми компаниями, скитался вихрь времени, отправляя путешественников навстречу испытаниям и подвигам. Придётся и нашим героям не раз ставить на кон и свои жизни, и свою удачу. Ведь столько дел надо переделать на всех континентах и во всех временах, чтобы наконец-то расступились стены и открылась Атлантида… А что по дороге, придётся встретить Алладина и Одиссея, спасти кенгуру и кицунэ, поспорить с богом и поругаться с инопланетянами, так, то же дорога… и единственной наградой героям будет простое «Спасибо», и чувство удовлетворения, что человеку помогли найти Родину. А впереди снова путь. Дорога, она самая требовательная из женского рода, она никогда не может ждать.
Когда наша не попадала - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Знаю, – просто ответил кормчий, смотря мимо парнишки, куда-то вдаль. – Только ты у нас новенький и про сусаниных ещё не слышал.
– Нет, про таких ещё ничего не учил. Волхв-то наш больно строг. «Всему своё время, и есть каждой вещи своё место под солнцем».
– Мудр, ох и мудр муж сей. Но пришла пора узнать тебе, отрок, про древних людей, кои сусанины зовутся. Прадед мой был Сусанин, и не просто так, а с большой буквы! Каждую тропку знал во всем мире, в море-акияне с любой волной здоровкался. А вот я уже обмельчал… По Реке пройду, глаз не открывая, а в море уже пригляд нужен. Эх, мельчаем мы, брат, умения теряем, знания… Князь старается, конечно, но как резами записать то, что с молоком матери впитывать надо? Думай, паря, думай. На младых только и надеемся, что не растеряете вы наших умений, не променяете их на цацки блестящие. Не смотри на греков, отдали они всё за знания сухие, и путь этот ведёт к потере радости и любви. Эх-х-х, пойду ещё подремлю, скоро море.
Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Прошёл ещё день, и вот наконец-то в лицо Ивашки ударил ветер, незнакомый волнующий. Шаловливая волна плеснула в лицо влагой, и, облизнув губы, юноша изумленно прошептал:
– Горькая…
Стоящий рядом атаман только усмехнулся, а Геллер недовольно пробасил:
– Не горькая… Соленая она. И в крови у нас такая же плещется, вот поэтому и не сидится у печки.
– Сидится, – вздохнул Спесь. – Только недолго…
Неожиданно с правой стороны донесся какой-то звук. Кудаглядов прислушался, и Ивашка с изумлением увидел, что атаман перепуган.
– Все под палубу!!! – грозный рык перекрыл плеск волн, и ватажники привычно посыпались в открытый люк.
– Эт правильно, – пророкотал с кормы Гриць – Совсем с глузды [5] С ума сошли (белор.)
сошли, звезды блудячие… [6] Кометы, блуждающие звезды (старорус.)
А атаман распоряжался дальше:
– Эйрик! Глаза завяжи, а то, как в прошлый раз, рот раззявишь и петь забудешь! На тебя только и надежда…
Спускаясь в трюм, волхв всё-таки спросил у своего наставника:
– А чо? Ворог так страшен, что и биться нельзя?
Геллер недовольно проворчал, закрывая люк и прочно усаживаясь на лесенке:
– Да какой там враг? Попрошайки прибрежные, русалками зовутся. «Ай, коханый, дай погадаю. И ждёт тебя земля близкая, на глубине три сажени, прямо здеся, коли не позолотишь ручку…» А визжат так, что сам за борт прыгнешь, лишь бы не слышать. А сами без одежды, в одних ракушках, тьфу, смотреть противно.
Впрочем, последние слова, звучали неубедительно, поэтому Володимир сделал грозное лицо и прикрикнул:
– Вона вервь лежит, в уши воткни, а то услышишь, как Эйрик петь будет.
Эта угроза была реальна, так что парень охотно подчинился. И как ни хотелось ему увидеть таинственную нежить, но пришлось всё приключение просидеть под палубой. Лодья раскачивалась, и даже сквозь затычки доносился разноголосый писклявый крик. Потом заныли зубы, это взял верхнюю ноту скальд, и всё успокоилось. Геллер передернул плечами, будто стряхивая кошмар, и, приподнявшись, открыл люк:
– Выходь братия. Эйрик уже спел.
На палубу первым выскочил любопытный волхв, но, к его разочарованию, на палубе были только атаман и скальд, сидевшие у открытого бочонка. Ну и, конечно, Гриць-сусанин, казалось, вросший в лодью. Увидев Ивашку, Спесь обрадовался и поманил его к себе:
– Вот ты грамоту разумеешь, отрок!
– Конечно, разумею, – удивился волхв, украдкой оглядываясь. Ничего не было видно, только вдалеке белел клок пены, впрочем, стремительно удаляющийся.
– Вот и хорошо! Будешь писать свиток о наших скитаниях. И чтоб писал только то, что видел! «Что наблюдаю, то и пишу», – закон у нас такой! Например, увидел пьяного морского змея, так и запиши, что, мол, «змеюга отвратная смрадом дышала и закусь требовала»!
– Атаман, – шепотом поинтересовался юноша, – А коли змей трезвый, что писать-то?
– Где-е-е?! – Спесь мгновенно обернулся и несколько мигов рассматривал высунувшеюся из воды огромную голову на длинной шее. – А-а-а, это… Вот и запиши: «видели морскую змею, мужика своего шукающую. Проплыли мимо, проявив вежество».
– Спесь Федорович, а как ты их различаешь? – вежливо спросил самописец, разыскивая стило.
– Просто, – отмахнулся атаман, поворачиваясь к бочонку. – Раз трезвая – значит, баба!
Вскоре вокруг юноши, устроившегося возле мачты с письменными принадлежностями, собралась почти вся ватага. И слушали все, затаив дыхание, как пишется История! Не та, что греческая вертихвостка, а самая настоящая.
«В лето тридцатое, что от восшествия князя-батюшки на престол славных предков, с позволения его, и по наказу его же, Атаман Спесь Федорович со товарищами вышел в море-Акиян великое, чтоб славу попытать, и земли новые под руку князя привести…»
– А зачем нашему князюшке земли новые? – искренне удивился Лисовин. – Со своими бы справиться.
– Так положено писать, – смутился Ивашка. – Сие – традиция!
– А-а-а, – уважительно протянул дружинник. – Это да.
«И были на ладье тридцать и ещё три воина великих, мужа сильномогучих, что ни в сече, ни в гульбе никому спуску не дадут, и не помрачат славы земли нашей пред народами чужими, и землями ненашенскими».
– А что, земель тоже надо стесняться? – удивился незаметно подошедший невысокий человек с выбритой головой, на которой змеился длинный черный чуб.
– А как же, – степенно отозвался Лисовин. – Она хоть и не наша пока, но все-таки матушка. Ты, хлопец, читай дальше.
«И пошли ватажники по Реке Великой, что несла свои воды из ниоткуда в море-Акиян…»
– Так уж и «из ниоткуда»? – усомнился кто-то из собравшейся вокруг команды.
– Михайло! – возмущенно повысил голос Геллер. – Ты же с нами ходил к истоку, чего же спрашиваешь, сам должен помнить.
– Вот и спрашиваю, – замялся вытолкнутый вперёд человек, – Поэтому и спрашиваю, что ничего не помню.
– Не помнишь? – удивился Спесь Федорович. – Ты что? А как тебя хотели у тех людей оставить, потому что на священного зверя медведя похож, тоже не помнишь?
– Так поэтому и не помню, наливали-то мне поболе, чем всей дружине, – совсем смутился Михайло, который и по комплекции и по шерстистости действительно напоминал добродушного сытого медведя.
– Да ты не расстраивайся, – похлопал его по плечу казак. – Никто ничего не помнит.
«И попались на пути богатырям нурги нечистые, и громко лаялися они, вызывая на бой неправедный. Ибо не может быть бой праведный, коли кличут на него ради грабежу и разорения. И крепко разгневались воины наши на задир сих, и с помощью слова увещающего да рук крепких, разъяснили заблуждающимся путь их дальнейший, а заодно и познакомили с богиней греческой земли, что Гигиеной зовется. Прониклись нурги сии почтением к чуждой им богине и, смиренные, продолжили свой путь неведомый. А дружина наша продолжила путь свой славный, и в Акиян седой вышла, врагам на унижение, друзьям на помощь. Хоть и радеяло племя нечестливое заборонить нам дорогу, но рассеялись вороги те, лишь заслышав голос скальда громкоголосого. Ибо нет преграды ватажникам нашим, что поспешают волю пославшего их исполнить».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: