Сергей Кротов - Чаганов: Москва-37 [СИ]
- Название:Чаганов: Москва-37 [СИ]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:СИ
- Год:2019
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Кротов - Чаганов: Москва-37 [СИ] краткое содержание
Чаганов: Москва-37 [СИ] - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Действительно, отсюда до работы совсем близко, не больше километра.
«Гадство, через пятнадцать минут придёт Оля, а я ещё ни о чём не договорился».
Мой план трещит по швам: сначала Фриновский задержал на собрании начальников отделов ГУГБ (обсуждались меры по майскому «усилению» и график дежурств по управлению), затем продинамил Кольцов, обещавший подхватить меня, чтобы вместе поехать к Ильфу, но в последнюю минуту, видимо, струхнувший идти на квартиру к больному туберкулёзом. Пришлось дожидаться свою, на что тоже ушло время. Я должен был предложить жене Ильфа испытать на муже новое сильное лекарство от туберкулёза – тубазид, которое ещё мало известно, так как создано молодой учёной и ещё недостаточно испытано. По идее жена должна ухватиться обеими руками за такую возможность, видя как на её глазах гибнет супруг.
«Хотя кто её знает, чужая душа – потёмки».
Для того чтобы в лекарство поверили простые люди и не могли присвоить маститые учёные, нужна была яркая история выздоровления известного в стране человека. Слава «Ильфаипетрова» после выхода «Двенадцати стульев» и «Золотого телёнка» была безмерной, поэтому я и предложил Оле это решительное испытание, синтезированного ею лекарства. Понятно, что сам тубазид испытывать было не надо, его эффективность испытали на себе миллионы больных туберкулёзом, риск состоял в том, что у нас не было уверенности, является ли олино лекарство тубазидом. Оля в итоге приняла его сама и заключила, что ядом оно точно не является и особого вреда умирающему точно не принесёт.
Другой проблемой было как свести Олю и Ильфа, так как лично представить её я не мог: она была в бегах, я – под непрерывным наблюдением. Решили, что представление будет заочным, к моменту её прихода я с «топтунами» должен буду убраться со двора. Ну и, конечно, я должен буду принять клятву Ильфов о неразглашении деталей «чудесного выздоровления» до особого моего распоряжения.
«Умели наши предки строить»!
Поворачиваюсь спиной к Третьяковской галерее и подхожу к гигантскому из чёрного мрамора центральному подъезду, поднимаю глаза вверх: высокий каменный восмиэтажный дом (семь регулярных этажей с эркерами и балконами и верхний восьмой – совершенно раскошный пентхаус) застил небо.
«Чёрт, забыл у Кольцова номер квартиры спросить»…
– Поберегись, – на меня, растопырив руки, прижимающие к бокам серые резиновые подушки, наступает высокий поджарый мужчина в элегантном костюме с лицом актёра Олялина. – Алексей, ты как здесь оказался?
– Женя! Петров! – Стучу его по спине. – Да вот, иду Илью навестить.
– Здорово, давай за мной, – заходим в лифт. – седьмой этаж.
Дверь (над звонком приклеен тетрадный лист: «Не звонить»!) открывает молодая элегантная женщина лет тридцати пяти в светлом платье, на большом белом красивом лице которой чёрные круги обрамляли красные белки широко раскрытых глаз.
– Как он? – Петров с кислородными подушками протискивается в прихожую.
– Спит.
– … знакомьтесь, это – Маруся… Мария Николаевна Тарасенко, Илина жена.
– Алексей Чаганов.
– А к нам сегодня залетел жук, – в свете дверного проёма, ведущего из прихожей в гостиную, появилась худенькая фигурка девочки и тут же ухватилась за подол материнского платья. – я так кричала, так кричала, как будто бы меня режут.
– Сашенька, ты почему встала? – Захлопотала мать. – Пойдём, милая в кроватку. (И нам с Петровым.) Проходите на кухню.
«Большая… с газовой плитой. „А из нашего окна площадь Красная видна“… Ну если не площадь, то Кремлёвские башни очень даже хорошо. Сколько тут до них? С километр»?
– Побегу раз он спит, – Петров поворачивается ко мне. – я тут по соседству живу, на пятом этаже, прямо под Илей. Спасибо тебе, Алексей, что не забываешь его.
«Не забываю, вот оно как выглядит со стороны. Двенадцать… (украдкой бпросаю взгляд на часы) скоро Оля будет здесь».
Закрываю дверь и возвращаюсь на кухню.
– Женя ушёл?
– Мария Николаевна, у меня мало времени, – решаюсь я. – сейчас у нас в стране испытывается лекарство, которое может помочь Илье. Лекарство это новое, его создатель молодая девушка, студентка-медичка, моя знакомая. Спросите мужа, захочет ли он испытать его на себе. Если нет…
– Да, да, да, да… – Исступлённый безумный взгляд, прижатые к груди руки. – просите всё что угодно.
– Если лекарство поможет, то… нет, в любом случае, вы должны молчать о нём и о девушке до тех пор, пока я не скажу.
– Клянусь… – Маруся переходит на шопот. – ни одна душа не узнает… я знала, знала бог не оставит нас.
От входной двери доносится негромкий стук.
– Она? – Маруся срывается с места.
«Не успел уйти, плохо… да, Оля»…
– Заходите, заходите… – Маруся помогает Оле снять пальто и не выпускает её руку из своей, пока подруга испепеляет меня своим взглядом. – сюда, в спальню.
«Блин, наэлектризованная здесь атмосфера. Как бы молнией ненароком не пришибло. Уйти сейчас? Нет, подожду её, спрошу есть ли во дворе хвост, что посоветует, как уходить. Засада»!
Захожу в огромную гостиную, выглядываю на балкон… в трёхкомнатной квартире два балкона (выход на второй – из спальни). Кольцов не без досады рассказывал (сам он из Испании явился к шапочному разбору), что дом кооперативный и что квартира Ильфа стоит двадцать тысяч рублей.
«Хорошо то как: центр города, а тишина как в деревне, ничто не отвлечёт советских писателей от создания шедевров по методу социалистического реализма. А может им не тишина, а свобода нужна для того, чтобы создавать по настоящему великие произведения? Сомневаюсь, опыт постсоветских писателей и режиссёров неумолимо доказывает: художественный уровень их творений необратимо падает и они скатываются либо к порнографии, либо к магии с драконами и змеями, а наиболее продвинутые совмещают первое и второе».
Внимательно изучаю стены, признаков телефонной проводки не наблюдаю. Вдруг из прихожей раздаётся громкий звук дверного звонка, который почти сразу быстро обрывается. Бегу со всех ног открывать.
– Наш пострел везде поспел! – Вместо приветствия выдаёт Евгения Хаютина, эффектная жена невзрачного карлика, которую я не встречал уже более года, с того новогоднего бала 36 гола, где я был с Олей, а она с Шолоховым.
Несмотря на столь ранний час она в чёрном вечернем платье, лакированных туфлях и, кажется, уже навеселе.
– А что это вы тут, Евгения Соломоновна, делаете?
«Труба, как отсюда теперь выбираться? Сейчас внизу во дворе собрались, наверное, все филёры города Москвы».
– Я-то понятно что, зарплату Марусе принесла. – Поворачивается ко мне спиной и, не глядя, сбрасывает с плеч мне на руки свой плащ. – Работает она у меня в журнале, да я их по Одессе пятнадцать лет как знаю, а ты то как здесь оказался?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: