Станислав Лабунский - Зима стальных метелей
- Название:Зима стальных метелей
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Станислав Лабунский - Зима стальных метелей краткое содержание
Зима стальных метелей - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Все повеселели, даже Снегирев.
— Надо сразу договориться. Никто в плену не был. Все выходили к Синьозеру самостоятельно, объединились в отряд, и стали к своим пробиваться. А то затаскают. И их, и нас. Люди будут с врагом воевать, а мы объяснительные писать — как, блин, дошли до жизни такой….
— Командование обманывать? — возмутился сержант.
— Так ведь не для себя, — перебил я его. — Для пользы дела. Мы будем неделю сидеть на пустой баланде, без мяса и компота, следователи будут бумаги писать, конвойные тебя бить, ты в ответ сдачи дашь, тут и загремишь за сопротивление органам. И будешь до самой победы лес пилить…
Дал я им время подумать, увериться в точности нарисованной картинки, и добавил:
— Тут надо общее партийное собрание провести. Все должны дать слово молчать. Хоть один сын Иуды найдется, вложит нас — все сгорим синим пламенем. Как в старой песне — я форму важную и сапоги «со скрипом» да вдруг на лагерную робу поменял. За эти годы я немало горя видел, и не один на мне волосик полинял, — пропел дурашливо.
— А кто будет «против»? — Снегирев напрягся.
— Ты же, ****ь, старший офицер, что ты тут институткой прикидываешься? Значит, он до Ладоги не дойдет. Тут, как везде — наши жизни, нормальные жизни, с командирским пайком, наградами, девками и водочкой, против жизни одного идиота, который думает, что с ним будут по справедливости разбираться. У члена ГКО товарища Молотова жена сидит, так неужели их, бывших в плену, на свободе оставят? Сталин лично сказал: «У Советского Союза нет пленных, у нас есть только предатели». Правда, он тогда еще не знал, наверное, что и его сынок Яша уже в плен попал, — разозлился я.
Отвыкли наследники чекистов самостоятельно думать, вся жизнь по приказу, шаг влево, шаг вправо считаются побегом. Молчат наши рядовые, ждут командирского решения.
— Обо мне не беспокойся. Я шаг в сторону сделаю — и нет меня, как не было никогда. Не создам вам лишних проблем, — успокоил Снегирева.
— Нет, пограничники своих не бросают, — неожиданно высказался сержант, и протянул мне руку.
— Капкан, — представился он, и сразу стало ясно почему…
Это было простое дружеское рукопожатие, но было понятно — он может не особо напрягаясь, расплющить мне кисть всмятку. Или оторвать руку по локоть.
— Мне тоже на побывке туго пришлось, влез в драку — милиционера покалечил. Повезло, пошли Львов освобождать, в часть отправили, а документы в военный трибунал не стали посылать. Придумаем что-нибудь. Пока с нами будешь — никто к тебе и близко не подойдет. А подойдет — пожалеет. А отряду ты пригодишься…
Посмотрели мы друг на друга со Снегиревым, улыбками обменялись. Друга держи на виду, а врага еще ближе.… Будем следить за ближним своим, чтобы знать, какой гадости ждать от него. Кивнул я головой — согласен.
— Ладожская флотилия — одно название. Поставили по паре пулеметов на грунтовозные шаланды Спецгидростроя и буксиры. Но нам воевать не с кем и не надо, а перевозить они могут что угодно. Хоть людей, хоть грузы. Наша задача — удержать Ладогу…
Рассказал им оперативную обстановку. У меня в телефоне вся справочная литература, в том числе и финская история второй мировой войны. У наших-то историков и генералов точных цифр и анализа действий и в помине нет, одни лозунги и призывы. Макулатура вместо истории, и президент со своей левреткой и дворцовым карликовым медвежонком стоит на ее страже. Как бы кто туда цифры карандашиком не вписал…
— Парни, если меня убьют, докладывать Донскому будете вы. Слушайте и запоминайте. Второй корпус выходит на рубеж Вуокси, с целью захода с тыла Выборгской группировки. Седьмая пехотная дивизия полковника Свенсона идет на Сортавалу. Такие дела. Прижмут нас к берегу, подтянут артиллерию и расстреляют с закрытых позиций. И умрем мы со страшной бесполезностью. Надо удирать на старую границу.
Пригорюнился народ, а Снегирев что-то оживился, сделал какие-то выводы, и принялся командовать.
— Сержант Михеев, построить отряд!
Капкан бодро-весело метнулся к освобожденным.
— В две шеренги становись!
Все зашевелились, затолкались, но быстро с местами определились. Капкан их по стойке смирно поставил, о числе старлею доложил. Семьдесят три человека нас стало, включая шестерых раненых.
— Сводный отряд бойцов НКВД! Слушай приказ! Считать, что пребывания в плену не было. В связи с краткосрочностью контакта с противником. О данном факте докладывать запрещаю. Четыре часа отдыха. Затем выдвигаемся на Видлицу. Там и суда Ладожской флотилии и железная дорога. Разойтись!
Кто-то у костра стал бурчать, что таких приказов не бывает. Раздался глухой удар. Упало тело.
— Если кто хочет на гауптвахте посидеть, с нашими следователями особых отделов поговорить, и остальных за собой утащить, пусть такой говорун сразу в озере топится, другим жизнь не портя, — прокомментировал свои действия Михеев.
А звали его, как и меня Олегом. Тезки, значит.
С рассветом, прикончив на завтрак весь припас, от печенья и сухарей, до сахара и последней банки тушенки, вышли в путь. С двадцать первым веком меня связывали телефон, кроссовки и пара носков в рюкзаке. Аста ла виста.
Весь мусор, в том числе и бинты, обертки и другие отходы тщательно в костре сожгли. Не надо погоне лишних данных давать. У нас было одиннадцать винтовок, ручной пулемет, два пистолета и пять гранат на всех. Свой трофейный «Лахти» я скрыл, поэтому командир отдал мне обратно винтовку. Штык был отстегнут, и вручен побитому Капканом комсоргу. Чтоб хоть как-то его утешить. Ухо у него опухло, и стало красивого сине-зеленого цвета. Так ему, дураку и надо, тоже мне, приказы обсуждать во время войны….
Ходить здесь все умели, людей было много, у носилок с ранеными подменялись через каждые десять минут, прямо на марше. Головной дозор согласно уставу, арьергард с пулеметом, так и шли до самого озера, что на всех европейских картах обозначено Ладожским морем.
В поселковой временной комендатуре нас поджидали неожиданности с неприятностями. Этакая сладкая парочка. Они приняли облик майора НКВД и какого-то типа из замполитов. Батальонный комиссар или дивизионный, я мимо ушей пропустил. Майор сразу меня из нашей тройки выделил, и начал взглядом сверлить. Мать твою, я в налоговой инспекции не дрожал, так неужели здесь дрогну. Посмотрел я на него, оценивая, куда ему пулю вогнать — прямо в лоб, или в переносицу, и скис наследник ЧК, потупил взор.
А Снегирева в это время замполит в оборот взял, ставил нам задачу.
— Необходимо вывезти из отдельного лагерного пункта заключенных. Их там одна тысяча четыреста семьдесят шесть. Роты охраны вполне достаточно для поддержания порядка в условиях стационарного содержания, но для конвоирования охраны недостаточно. Я приказываю — принять участие в этапировании вашему сводному отряду, — распорядился комиссар.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: