Андрей Дашков - «Жилец»
- Название:«Жилец»
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:ЛитагентГ.Л. Олди8488af72-967f-102a-94d5-07de47c81719
- Год:2003
- ISBN:5-17-008553-2
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Дашков - «Жилец» краткое содержание
«Жилец» - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Проклятие! Славик облизал губы. Хорошо хоть спирт еще остался. Он приготовил себе сорокаградусную смесь в стерильной пробирке для забора крови… Выпил. Слегка отпустило. Беспричинная тревога улетучилась. Но пустота вползала в голову через ноздри, рот, глаза, уши и проделывала все новые и новые дыры в веществе мозга, превращая его в пористую губку, лишенную объема. Эта губка впитывала информацию, однако в ней не рождалось никаких мыслей…
Каждый звук гулко отдавался в коридоре. Славик даже слышал, как Соня шумно сопит над клубком шерсти. Вот звякнули спицы – она отложила их в сторону. Листает журнал дежурства…
– Покогми «свинку»! – заорала Гринберг так, что Рыбкин поморщился. Зато человеческий голос вернул его к действительности. Он бросил взгляд на свои великолепные часы.
Все правильно. 22.30. Ох уж эта еврейская щепетильность! «Ты ждешь еще меня, прелестный друг?..»
– Да знаю! – огрызнулся Славик и достал из шкафа одноразовый шприц. Потом открыл сейф, извлек картонную коробку и машинально пересчитал ампулы с глюкозой. Возникло некоторое несоответствие между тем, что он видел, и тем, что ожидал увидеть. Он не сразу понял, что это несоответствие означает. А когда понял, то захихикал – но тихонько, чтобы Гринберг не услышала.
– Ну, Колян, ты даешь, мать твою! – прошептал он, восхищаясь своим сменщиком. Тот изобрел простейший способ облегчить себе жизнь. Он попросту игнорировал «свинку» в течение всего дежурства. Рыбкин готов был поставить свой месячный заработок на то, что пациентку из двенадцатой палаты никто не кормил и перорально по крайней мере трое суток…
Значит, у него сегодня будет меньше работы. Гораздо меньше.
Но Колян все-таки придурок. Это делается немного не так.
Рыбкин взял две ампулы, положил их в карман халата и вышел в коридор. Здесь он подмигнул Соне, уставившейся на него из-за стекла, будто аквариумная рыбка «телескоп пестрый», и, весело насвистывая мелодию песни под названием «Я дам тебе все, что ты хочешь», открыл дверь двенадцатой палаты.
Его встретили устоявшиеся запахи мочи и пота, заглушить которые был не в силах даже дезинфектор. Рыбкин не стал включать свет (выключатель находился на панели центрального поста). Тусклого луча, падавшего из коридора, оказалось вполне достаточно. В конце концов, он НЕ СОБИРАЛСЯ делать укол. Славик подошел к «свинке» и похлопал ее по бритой голове, на которой только начали отрастать волосы. И не волосы даже, а пух – настолько мягкими они были…
В этот момент что-то хлюпнуло у него под ногами. Он посмотрел вниз – на носки своих идеально белых туфель. Они уже не были ИДЕАЛЬНО белыми. На правом расползалось желто-коричневое пятно.
– Это что такое? – тупо спросил Рыбкин у сидящего перед ним манекена (за годы работы санитаром он привык задавать риторические вопросы). – Я спрашиваю, что это такое, твою мать?!.
Славик был ошеломлен. Подобное случалось десятки, если не сотни раз, но сегодня он нервничал, как никогда в жизни. Он был, что называется, на взводе. Спусти курок – и ба-бах!
Пока бабахнуло тихо. Рыбкин всего лишь ударил «свинку» по щеке.
Ее голова дернулась и свесилась набок, безучастные глаза уставились в пол.
Рот приоткрылся – между зубами стал виден абсолютно СУХОЙ язык.
Рыбкин не осознал, что это означает. Злоба зашкалила. В мозгу стучали противные молоточки. Ему хотелось задушить эту тварь, увидеть, как ее глазные яблоки выползают наружу…
Он медленно поднял правую ногу и вытер подошву об упругое покрытие стены. Потом попытался унять дрожь в руках и возбужденное дыхание. Гринберг редко заглядывала в палаты. («Блядские чистоплюи!» – подумал Славик обо ВСЕХ, кто не был санитаром.) Это давало ему отсрочку.
Он вышел в коридор и аккуратно закрыл дверь палаты. Мускулы его лица были сведены судорогой – на нем застыла пугающая улыбка. Но пугаться было некому. Соня сидела за перегородкой из небьющегося стекла, склонившись над спицами.
По пути в сортир Рыбкин почувствовал боль в пальцах. Оказалось, что он незаметно для себя раздавил ими одну из ампул. На халате образовалось влажное пятно. «Похоже, кое-кто сегодня описался», – сказал подленький внутренний голос, интонации которого, несомненно, принадлежали Соне Гринберг. Рыбкин ощутил, как дергается левое веко. Он поднес ко рту окровавленные пальцы и начал их посасывать…
Затем он постоял в сортире, прислушиваясь к успокаивающему журчанию воды. Бросил в сливное отверстие унитаза остатки ампулы, целую ампулу и нераспечатанную упаковку со шприцем. Правда, во всем этом было мало смысла. Его никто не контролировал.
Он спустил воду. Постоял еще немного. Сплюнул. Слюна была вязкой и тянулась, тянулась изо рта, будто стеклянная нить. Или леска, привязанная к проглоченному крючку. Рыбкину показалось, что кто-то вот-вот начнет вытаскивать наружу его внутренности…
Он выпрямился. Голова раскалывалась от внезапно нахлынувшей боли.
Что-то было не так. Плохая работа. Плохие запахи. Плохие люди. Они плохо с ним обращались.
Настолько плохо, что впору было разрыдаться.
В пять часов семь минут утра Соня обнаружила Рыбкина спящим на топчане в мужской раздевалке. Почему бы нет? – она и сама вздремнула с полуночи до четырех. Славик проснулся от одного лишь ее присутствия. Сел. Его тут же бросило в пот.
– Пойди посмотри на Бобо, – приказала Гринберг. – Что-то он дергается. Перевяжи его на всякий случай.
У Рыбкина отлегло от сердца. Почему-то он ожидал совсем другого известия. Какого именно? Этого он еще не осознавал.
Он поднялся, чувствуя необъяснимую слабость во всем теле. Кое-что он соображал, поэтому прихватил с собой резиновую дубинку.
– Свет! – буркнул он, выходя в коридор.
Соня вернулась на пост и щелкнула тумблером на панели. Рыбкин глянул в глазок, вмонтированный в дверь третьей палаты, которая теперь была ярко освещена. Бобо до сих пор не проснулся, но ворочался, словно больной в тяжелом бреду. Когда Рыбкин приоткрыл дверь, стало слышно, что пациент повизгивает по-собачьи. Славик был опытным санитаром – на своем веку он видел и слышал и не такое.
Вдруг Бобо дико завизжал и сделал попытку вскочить – с ЗАКРЫТЫМИ глазами. Рыбкин отреагировал мгновенно. Он двинул психа дубинкой в живот, а когда тот сложился пополам, швырнул его на кровать. Самое удивительное, что Бобо при этом так и не пришел в себя. Он свернулся калачиком, умиротворенно урча. Как только Рыбкин повернулся к нему спиной, снова раздался дикий, безумный визг, от которого закладывало уши.
– Что ты возишься?
Славик вздрогнул и обернулся.
Соня стояла на пороге палаты.
«Какого черта тебя сюда принесло, корова любознательная?» Рыбкин послал ее – про себя. Потом распрямил Бобо, постукивая его дубинкой по суставам, и пристегнул к кровати кожаными ремнями.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: