Катерина Викторова - Конченая

Врач был достаточно серьезным и немного сердитым. Знаю, поступила неправильно, но я нисколько не раскаивалась в своем поступке. Александра заслужила такое отношение к себе.

– Как себя чувствуешь, Мия? – спросил Вадим Алексеевич и присел рядом.

Тут я осознала, придется врать и выкручиваться, чтобы меня не заперли в карцере.

– Мне стыдно за то, что я сделала с Александрой. С ней все в порядке?

Я старалась выглядеть достаточно убедительной. Попыталась пустить слезу. Но психиатры сразу все видели, их тяжело было обмануть.

– Да, она в порядке. Расскажешь, что произошло?

– Александра начала меня задевать. Я не выдержала, а дальше вы и сами знаете, что произошло. Я немного искупала Александру в еде.

– Искупала. Сильно сказано. У нее остался синяк под левой бровью. Ты понимаешь, что это могло закончиться более серьезной травмой.

– Да, – кивнула я. – Это все Валерия.

– Мия, ты сейчас проходишь лечение. Не имеешь право при каждом удобном случае ссылаться на другие личности. Ты должна руководить, но ни как не наоборот. Я понимаю, объединение еще не произошло, но попытайся быть выше всего этого. Взвешивай свои поступки, осознай ответственность за них. Я вижу, ты начала рушить стену вокруг себя. Но твоя беспечность может навредить всем успехам, которые были сделаны ранее. Я не хочу усомниться в своем выборе. Но такими действиями ты заставляешь меня задуматься о том, правильно ли я поступил.

– Простите, мне стыдно. Этого больше не повториться. Я буду работать над собой, чтобы возвратить себя настоящую. Эмоционально я на данный момент еще не стабильна. Но буду стараться.

– Хорошо, – врач немного смягчился. – Завтра мы начнем наши занятия. Подготовься к этому. Предстоит долгая работа.

В кабинет психиатра меня привели около десяти утра. Вадим Алексеевич сидел за своим столом. Было заметно, он подготовился к моему приходу. Все мелкие и тяжелые предметы были убраны на высокие полки. Видимо, случай с Александрой заставил его пересмотреть методы лечения.

Когда санитары отпустили меня, я села на диван и с неуважением посмотрела на медперсонал. Хотела, чтобы они быстрее покинули кабинет. Их присутствие нервировало меня.

Вадим Алексеевич предложил мне чашку чая, но я отказалась.

– Ты слишком напряжена, Мия. Постарайся расслабиться. Я могу включить музыку для релаксации.

– Я не люблю такую музыку. Лучше включите рок.

– Боюсь, он тебя только разозлит.

– Тогда посидим в тишине.

– Начнем. Закрой глаза и представь место, где чувствуешь спокойствие и умиротворение. Где не существует проблем, а только внутренняя гармония. Когда будешь готова, расскажи, что видишь.

– Я сижу на песчаном пляже. Слышу тихий шум моря. Вдалеке виднеется голубое небо.

– Ты ощущаешь спокойствие?

– Да. Здесь меня ничего не тревожит.

– Кого бы ты хотела там увидеть?

– Никого. Мне хорошо одной.

– Тогда насладись этим спокойствием, а затем возвращайся.

На минуту я забыла о том, где сейчас нахожусь. Клиники больше не существовало. Я была далеко от реальной жизни. От ее суетности. Я не хотела возвращаться к людям. Не желала, чтобы кто-то врывался в мой мир. Но приходилось смириться с тем фактом, что где-то далеко сидит лечащий врач и ждет, когда я снова с ним заговорю. Я была обязана вернуться назад. Поэтому пришлось открыть глаза.

– Мия, в том месте, которое ты мне описала, находится сейчас твоя базовая личность. Ты никого к себе не подпускаешь, так как боишься, что причинят боль. Но сейчас ты покинула берег моря, чтобы поговорить со мной. Я рад этому. Скажи, что ты чувствуешь в данный момент?

– Одиночество и пустоту.

– Мы попытаемся это изменить. На пляж никто не зайдет без твоего ведома. Ты вместе со мной будешь работать над каждой личностью в том месте, которое выберешь. Но не спеши.

– Опушка леса. Вокруг густые деревья. Ярко светит солнце, а неподалеку журчит ручей.

– Представь все это, а после впусти туда Кристину. Это первая личность, с которой мы будем работать.

Я сидела на опушке леса, а напротив меня расположилась маленькая девочка лет пяти. Ее золотистые волосы были убраны в конский хвост. Только одна прядь выбилась. Я осторожно убрала ее за ухо.

Как ни странно узнала себя в этой девочке. Грустный и озлобленный ребенок на весь этот ч***** мир. Было видно – ее никто не любит. Все бросили эту девочку.

Она резко взглянула на меня, а я заплакала. Не понимаю, почему я так разрыдалась на глазах у малышки.

Через некоторое время рядом с нами появился врач. Я понимала, что это лишь часть воображения. Все происходит только в моей голове. Эти образы создала сама. Но я хотела верить в то, что в жизни появится человек, который меня спасет.

– Сегодня Мия ты впервые встретилась с Кристиной. Ожидала, что она именно так будет выглядеть?

– Да, это маленькая я. Точная копия.

– Что ты хотела бы изменить?

– У нее должны быть нормальные игрушки, а не то что осталось после братьев. Одежда для девочки, а не мальчишечьи костюмы.

– Сделай это.

Я закрыла глаза. Представила Кристину совершенно в другом образе, после чего еще раз на нее посмотрела. Теперь девочка начала походить на обычного ребенка. Она улыбалась. Не боялась столкнуться с реальностью и со всего размаха разбиться об асфальт, стремясь исполнить свою мечту. Эта девочка еще не раз будет плакать, спотыкаться, ненавидеть мир, но сейчас она счастлива. Мне этого достаточно.

Я ожидала, что на такой позитивной ноте сеанс психотерапии закончится, но не все так просто. Меня ждало продолжение.

– Кристина, ты написала три события. Сейчас мы вернемся в одно из них. Вам придется еще раз все пережить. А далее мы это обсудим. Я рад, что ты начала немного возвращать Мие тяжелые воспоминания.

***

– Мия, ты где? – рявкнул отец.

Маленькая пятилетняя девочка сидела в углу под столом, закрыв рот руками. Она понимала, если сейчас отец найдет ее, то ей сильно влетит. Девочке повезет, если останется лишь пара синяков, а не серьезные травмы, как например, сотрясение мозга или сломанная ключица.

Мия всегда огребала за своих братьев. За то, что отец мог что-нибудь в пьяном бреду разбить, а после во всем обвинить маленького ребенка, так как ничего не помнил после недельных запоев. Поэтому Мия старалась как можно реже попадаться на глаза отцу. От него можно было ожидать очередного подзатыльника. Отцовской любви она не знала.

Этот мужчина никогда не обнимал девочку. Не говорил, как любит ее, всегда будет защищать. Мия носила одежду, которая оставалась от старших братьев. Органы опеки забрали младшую сестру дочь. Девочка мечтала, чтобы и ее изъяли из этой неблагополучной семьи, но в жизни не все получается так, как запланировано.