Андрей Дашков - Отступник

– Нет, – сказал Сенор, швыряя ему на колени медальон. – Теперь уже нет. Когда умер ребенок?

– Сразу, при рождении. Он родился мертвым! Боги сделали мне единственный в жизни подарок!

Сильнейшие любовь и ненависть до сих пор бушевали в сердце этого человека, подобно всепожирающему пламени. Меррадль дрожал от возбуждения, жадно глотая ртом воздух. Сенор разочарованно размышлял о том, что будет делать дальше. Он по-прежнему оставался существом без явных и тайных родителей, существом с неизвестным прошлым, непонятными источниками существования и неопределенным будущим. Было неясно, как в таком случае он вообще стал Придворным и чья невидимая рука вела его по жизни и подкармливала в Кобаре, делая тем, чем он стал, пока мозг его был погружен во тьму. Окажись он незаконнорожденным сыном Рейты, все стало бы на свои места. Сенор подозрительно посмотрел на Меррадля. Он мог бы дать голову на отсечение, что Смотритель Часов сейчас не способен на обман.

Сенор протянул руку и взял лежавший на коленях Меррадля медальон. Потом открыл его и поднес к самым глазам старика.

– В таком случае, кто же это? – спросил он шепотом в наступившей зловещей тишине.

Выпучив глаза, Меррадль взглянул на него, как на чудовище, пришедшее с того света, а потом без чувств повалился на пол.

Сенор подтащил обмякшее и невероятно тяжелое тело Меррадля к стене и огляделся вокруг. Часы в этой комнате шли с разной скоростью. Он видел, как перемещается часовая стрелка на одних часах, и как неестественно медленно пересыпается песок в других, в которых песчинки, падая, словно тонули в воде. Маятник первых часов превратился в сверкающее размытое пятно.

Сенор посмотрел в единственное окно, но то ли стекла были невероятно грязными, то ли стена дождя слишком плотной и непроницаемой... – он ничего за ним не увидел.

Он услышал, как Смотритель Часов пошевелился, приходя в себя. Сенор в это время осматривал потемневшее от времени оружие, сваленное в углу, которое уже много лет никто не чистил. А когда обернулся, Меррадля в комнате уже не было.

Сенор готов был поклясться, что тот не мог проскользнуть мимо него незамеченным. Он поднял глаза и увидел, что стрелки огромных часов, висящих на стене прямо над тем местом, где он оставил бесчувственное тело Меррадля, стоят, а маятник замер в крайнем отклоненном положении.

Сенор сел на ближайший стул из костей и стал смотреть на стену, используя магическое зрение, но увидел лишь огромную тень, которая могла быть тенью Смотрителя Часов.

Спустя долгое время у стены возник и сам Меррадль.

– Где ты был? – настороженно спросил Сенор.

– Кое-где, кое-где, – посмеиваясь, ответил Меррадль и потер руки. – Пора мне проводить тебя в обратный путь, безродная трупная птица. За мной должок, ты не забыл?

– Ты решил отомстить мне?

– Во-первых, ты убил моих слуг. Во-вторых, никто до сих пор не осмеливался нарушить мой покой! Я так долго имел дело со Временем, что знаю о нем больше Хозяев Башни. А ты посмел напомнить мне о прошлом. Более того, ты заставил меня вновь его пережить...

– И что же ты будешь делать дальше, Меррадль? – с насмешкой сказал Сенор. – Кривляться, как прежде? Чем тебе поможет твоя месть?

– Иные времена, иные замки... – загадочно ухмыляясь, пробормотал себе под нос Смотритель Часов. Он, видимо, уже совершенно оправился от потрясения и вошел в новую роль. Но отражения его были по-прежнему надежно скрыты от Сенора.

– Может тогда мне попросту убить тебя? – сказал Сенор, размышляя вслух. – Чтобы избежать участи любовника твоей жены...

– Боюсь, для тебя это уже ничего не изменит, – произнес Меррадль. – А мне бы ты, конечно, преподнес бесценный подарок. Зачем мне теперь жить? Думаю, все же мне придется убить себя самому. К тому же, я никогда не повторяюсь. Только маятники часов двигаются по одному и тому же пути. Должен тебя заверить, нам обоим я уготовил нечто исключительное...

Меррадль захлопал в ладоши и залился безумным смехом.

Сенор встал, держа руку на Мече. Меррадль оборвал смех.

– Темны пути этого оружия, – пробормотал Меррадль, только что увидев знаки на Мече Торра.

И добавил громче:

– Скажу тебе еще одно напоследок – после тех родов у Рейты не могло быть больше детей...

Смотритель Часов вел Человека Безымянного Пальца обратно по лабиринту своего жилища, держа в руках светящуюся жабу. Они шли, сопровождаемые мерцающими отражениями и нескончаемым боем часов.

Одна мысль не давала Сенору покоя. Он думал о том, почему все-таки умирающая жена Меррадля оказалась во дворе его дома.

Когда Смотритель Часов остановился у обитой металлом двери, Сенор посмотрел не нее и понял, что не смог бы сказать точно, через эту ли дверь он попал в этот странный дом. В последний раз он взглянул с отвращением на белое расплывающееся лицо Меррадля, по которому блуждала тень улыбки.

С невыразимым сарказмом Меррадль согнулся в поклоне чуть ли не пополам и сладчайшим голосом сказал:

– Счастливого пути!

Сенор молча открыл дверь, шагнул за порог и провалился в пустоту, сопровождаемый удаляющимся хохотом Смотрителя Часов.

И вот он оказался в Мертвых Временах.

Дьявольская месть Меррадля, проникшего в тайну Часов, но так и не сумевшего до конца овладеть ею, обрекла его на изгнание в странную Вселенную у самого конца Времен.

Он висел в пустоте, в которой не было ни тверди, ни небесных огней, ни расстояний, и которая даже не была черной, потому что здесь не было черноты.

Он не дышал, и кровь не струилась по его жилам. Только слабо пульсировало сознание, постепенно растворяясь в небытии. Он был один во Вселенной и поэтому стал здесь всем.

Впрочем, где-то внутри него гигантской иглой висел древний неизменяемый Меч.

Прошло сто миллионов лет, прежде чем с его самых дальних окраин пришла весть о том, что здесь есть еще кто-то. Сенор умирал долго и готов был ждать столько же. Он ничего не мог сказать об этом «нечто», появившемся внутри него; знал только, что «оно» в каком-то смысле живое.

Он собрал разбегающиеся нити сознания и попытался сосредоточиться на вторжении. Но познал лишь образы, ставшие его почти умершей памятью, – всех женщин, которых он любил и которые слились в одну; мужчин, дерущихся на мечах; разбегающиеся небесные огни; воюющих гиен и оборотней из Тени. Он забыл, что такое вопросы, и сумел исторгнуть из себя лишь их слабые подобия.

– Я Существо Суо, не имеющее пола, – ответило то, что пробудилось где-то и теперь текло сквозь него. – Я единственное сущее, тень всего, что жило. Я владею Мертвыми Временами. Ты из Срединных Миров, я помню такие, и помню пришедших оттуда. Все они умерли во мне, когда я было юным. Но мне было весело с ними. Я пришло, чтобы ты развлекал меня. Потом ты станешь тем, чем я было когда-то.