Мария Барышева - Говорящие с...

- Вы с ума сошли, - сказала Шталь и сказала еще много других всяких слов, после чего совершенно ошарашенная покинула разгромленную паучью ферму с террариу-мом под мышкой и указаниями по уходу за сидевшим в террариуме пауком. Паук имел умиротворенный вид. Шталь никогда не видела умиротворенного паука и поня-тия не имела, что с ним делать дальше. Наверное, сдаст в зоомагазин в ближайшем же городе.

- Значит, вы знали, что Колтаков... что он своих... и в общем... ага?

- Я догадывался, что это сделал он, - Ейщаров отхлебнул из бутылки и вручил ей. - Но точных доказательств у меня не было, достать тех монеток, что были при телах, нам не удалось, и уж точно я не знал, что Колтаков - зараженный. Он очень слабый Говорящий. Он решился затеять все это спустя почти год, решив, что вполне готов, но... - Ейщаров развел руками, несколько секунд наблюдал за тем, как Шталь пыта-ется затянуться незажженной сигаретой, после чего щелкнул зажигалкой. - В любом случае, вся схема была весьма зыбкой, вполне возможно, что затея вообще бы не со-стоялась. Мы знали их специализацию, мы знали, куда и к кому, мы знали, что они самоуверенны и рискуют - часто по-глупому... Но мы не знали их в лицо. И мы не знали, что эта безумная затея Влада действительно удастся. Он и раньше был со странностями, а после знакомства с этой компанией сильно сдал...

- Значит, я была вам нужна для того, чтобы затея Влада точно состоялась?! - мрачно спросила Эша. - Чтобы не было никаких отклонений, посторонних случайно-стей? Чтобы они пришли за ним... и чтобы они нашли его. Поэтому вам было доста-точно лишь моего постоянного присутствия рядом с ним.

- Ваш побег немного усложнил задачу, - Ейщаров забрал у нее бутылку. - И под-верг вас серьезной опасности, а нам пришлось разделять наблюдение на Колтакова и на вас. Мы не могли подходить близко, ведь таким образом можно было нарушить ваши разговоры с Судьбой. И по той же причине не могли рассказать вам все.

- Глупость какая-то! Вы постоянно твердите о моих разговорах с судьбой, но я по-чему-то о них ничего не знаю! А чего б вам теперь всех Говорящих так не ловить? Посадить меня куда-нибудь, и пусть сами ко мне приезжают!

- Во-первых, для этого нужно иметь много сведений о каждом из них. А во-вторых, Эша, это уже наглость.

Шталь потянулась за бутылкой, но та уже перекочевала к Михаилу, и она сердито отдернула руку.

- Вы знали, что они нападут именно в магазине?

- Он был в нашем списке. Но чтоб в точности - нет, не знал.

- Вы сволочь! - торжественно заявила Эша и откинулась на склон холма, роняя сигаретный пепел себе на голый живот. Олег Георгиевич, хмыкнув, протянул руку и аккуратно смахнул пепел.

- Сделайте так еще... - сонно пробормотала Эша, и Михаил отчего-то закашлялся.

- Я рисковал вашей жизнью, Эша Викторовна, - негромко произнес Ейщаров. - Я прошу у вас прощения.

- Вы использовали меня втемную, - Эша забросила руку за голову. - И знаете, я бы с удовольствием вам все-таки врезала, если б была не вынуждена признать все это до идиотизма хорошей стратегической операцией. Все попались в полном составе, да еще и злобный зараженный гангстер... М-да, не везет мне с мужиками!.. А эти Гово-рящие правда родственники?

- Да. Дедушка и внучки.

- Какая чудная история, - Эша приподнялась на локте. - А каким будет следующее задание.

- Следующего задания не будет.

Михаил снова закашлялся, а Шталь мгновенно на четверть протрезвела.

- Вы... как?.. чего?! Вы что - меня увольняете?!

- Ну почему ж так сразу - увольняю, - Ейщаров улыбнулся. - Если захотите ос-таться в моем штате - пожалуйста. Я подберу вам хорошую работу. Или посодейст-вую получить любую должность там, где вы захотите. Помните, я вам обещал...

- Нет! - отрезала Эша, потянулась и схватила бутылку.

- Не помните?

- Не хочу! Их нужно искать, а я их нахожу, не правда ли? Я... Олег Георгиевич, - заныла она. - Пожалуйста, не надо! Я ведь хорошо работаю! Я буду вас слушаться, и вы можете кричать на меня по телефону, как обычно! Я к этому привыкла!

- Вы с ума сошли, Эша? - в голосе Ейщарова послышалось легкое удивление.

- Я сошла с ума двадцать первого марта ровно в двенадцать двадцать, когда под-писала с вами контракт! - Эша запрокинула голову и огласила ночной воздух про-должительным бульканьем. - Поздно что-то менять! Я сумасшедшая, мне по паспор-ту двадцать четыре, моему телу двадцать шесть, а мне самой, как сказала одна крутая экстрасенша, четыре года! Чего мне терять?!

- Я подумаю, - сказал Олег Георгиевич с искренней озадаченностью, после чего подтолкнул Михаила. Тот встрепенулся, повел очами по сторонам, после чего сказал:

- Ах, да! Знаешь... Эша, я тут много думал над тем, что ты тогда сказала...

- Это большая честь для меня, - чопорно ответствовала Эша. Перегнувшись через Ейщарова они обменялись рукопожатиями и сонно покивали друг другу, после чего Михаил вытащил небольшой столовый нож.

- Ты опять за свое?! - возмутилась Шталь и нагнулась, прячась за ейщаровскую спину. Михаил отчаянно замотал головой.

- Да нет! Это насчет того... мол, хорошее... В общем, этим ножом что отрежешь, так на срезе это всегда будет на вкус как клубника. Ну... у меня воображение не очень... да и найти хороший милый... хм-м, забавный нож...

- Какая прелесть! - с чувством воскликнула Эша и приняла нож. - Спасибо, Миш.

- Да, - Михаил уткнулся в бутылку. Эша встала, бесцеремонно опершись на плечо Олега Георгиевича, с трудом подхватила с земли свою сумочку и сообщила Ейщаро-ву, который задумчиво смотрел куда-то вдаль.

- Совсем забыла сдать арсенал.

- Да-да, - рассеянно пробормотал Олег Георгиевич, затягиваясь сигаретой.

- Браслет, - Эша аккуратно положила на землю серебристый браслетик, - шумовка, - она аккуратно положила рядом шумовку, - и...

Ейщаров резко повернул голову и свистящим шепотом произнес:

- Не вздумайте!

- Ой! - сказала Эша, одновременно с его словами перевернув пакетик вверх дном, шарики просыпались из него и запрыгали по склону между сухой травой куда-то в темноту. - Я такая неловкая. Наверное много выпила. Ай-ай-ай!

Олег Георгиевич и Михаил, одарив ее свирепыми взглядами, вскочили и кинулись вслед за шариками, ругаясь на чем свет стоит. Эша поджала одну ногу и потерла ее о другую, улыбаясь во весь рот.

- Я вас прощаю, Олег Георгиевич! - крикнула она двум согбенным у подножия холма фигурам, шарившим по земле. - Звоните!

Повернувшись, Эша кинулась к своей машине, слыша за спиной невнятную ру-гань и - ей-ей, смех. Самый настоящий смех, каким смеются над хорошей шуткой. И смех этот принадлежал Ейщарову. Определенно. Наверняка потом он сделает ей ка-кую-нибудь гадость, но, черт возьми, сейчас слышать этот смех отчего-то было при-ятно.

Особенно в лунном свете.

* * *

- Она уехала, - сказал Михаил, на мгновение вздернув голову и тут же снова за-нявшись розыском шариков. Ейщаров тотчас выпрямился и посмотрел вслед унося-щимся фарам "фабии". - Эй, эй, не пользуйся своим положением! Помоги мне! Я до рассвета буду собирать эти чертовы шарики!