Антонина Ванина - Всё закончится на берегах Эльбы
- Название:Всё закончится на берегах Эльбы
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Антонина Ванина - Всё закончится на берегах Эльбы краткое содержание
Как тяжела жизнь в эпоху между двумя мировыми войнами, когда старый мир рушится, а новый болезненно зарождается. Ещё тяжелее оказаться на стороне проигравших и жаждущих реванша. Покинув Россию и перебравшись в Германию, Александра не знала, что некогда родной отец желал ей смерти. Не знала она, выходя замуж за жениха родной сестры, чем обернётся для неё этот брак, из которого приличной женщине вырваться будет решительно невозможно. Александра не мечтала вернуться на родину и старалась забыть язык, на котором некогда говорила её мать, вот только война и нацистские власти рассудили иначе. Тогда-то в гуще боёв Александра и узнала, что смерть для неё непозволительная роскошь, ведь погибнув однажды, нельзя умереть вновь. Потому что всё началось с неосторожного медицинского эксперимента и всё закончится на мосту через Эльбу.
Всё закончится на берегах Эльбы - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Раны Дирка зажили, но к службе санитарного пса он больше не годился. Даниэль с радостью согласился забрать пса себе, когда ему это предложили. Уж очень он не хотел расставаться с теперь уже трёхногим другом.
Пока люди возвращались от неоконченной войны к прежней жизни, события в стране нарастали со скоростью снежного кома. Предчувствия профессора Метца оправдались — настали новые времена, времена чудес, где всё искажалось как в кривом зеркале. Сквозь обыденную реальность уже стали проступать очертания нового мира, где стало возможным многое.
7 ноября, в первую годовщину большевистского переворота в России, Мюнхен охватили демонстрации против правящей династии Виттельсбахов в целом и короля Людвига III в частности. Виттельсбахи спешно сбежали из Мюнхена, прекрасно помня, как революционеры предпочитают поступать с королями и императорами, и на утро следующего дня Бавария проснулась независимой республикой.
Новоиспеченный премьер-министр Баварии Курт Айзнер клял Берлин во всех бедах, свалившихся на Баварию, и попытался заключить с Антантой свой, отдельный от Германии мир.
А в это время в Берлине новоиспеченный канцлер Макс Баденский заснул на двое суток и проспал выход союзников Германии из войны. И начало революции тоже. Кто-то говорил, что всему виной было снотворное, а может и простуда. Но кто-то считал, что никакого крепкого сна не было вовсе, а имперский канцлер просто предал национальные интересы, которые в силу должности обязан был защищать.
А в Киле вспыхнул мятеж революционных матросов. Проснувшийся канцлер тут же позвонил в ставку и предложил императору отречься от престола. Как это всё напомнило март 1917 года в России: всё те же бунтующие матросы, всё та же революция, всё тот же отъезд императора из столицы в ставку, всё то же отречение. Но теперь было известно, к чему привела покорность русского царя. Кровавые конец — все о нём помнили.
Макс Баденский объявил об отречение Вильгельма II от престола 9 ноября, но лишь через три недели император и вправду отрекся и покинул страну. Через два дня социал-демократы поспешили объявить Германию республикой, а марксисты из «Союза Спартака» и вовсе потребовали «всю власть Советам».
Новые власти поспешили подписать капитуляцию. Война закончилась. И снова происходящее напомнило о большевистской России: отныне в немецкой армии появились народные комиссары с собственным планом реформ. Больше не было знаков различия, а командиров выбирали солдаты, от чего армия стала похожа на балаган.
Макс Баденский пробыл у власти ровно месяц и успел совершить великие перемены. Солдаты союзников не ступили на исконно германскую территорию, не заняли города, не осадили столицу. Но их правители получи всё, что желали, не сделав для этого ровным счётом ничего. Предатели на чужом Олимпе власти обошлись куда дешевле пехоты и флота.
9
Европа окунулась в омут переворотов, свержений и революций. Четыре великих империй прекратили своё существование, и на их осколках появилось множество республик без твердой власти и внятного будущего. Казалось, будто незримый кукловод выбросил на политическую арену множество партий и союзов, и теперь наблюдает, кто же из них сможет одолеть конкурентов и взять всю власть себе.
На западе Берлина рабочие принялись требовать экспроприацию всех банков и конфискацию имущества толстосумов. Вслед за этим родилась идея учредить революционный трибунал и казнить бывшего императора, президента Эберта, а за одно и генералов Гинденбурга и Людендорфа.
Но всё это происходило далеко на севере, в столице. Лили и Даниэлю было совсем не до этого, ведь они обручились и с нетерпением ждали часа собственной свадьбы. Не проходило и дня, чтобы молодой человек не вырвался из затхлой комнатки на индустриальной окраине города и не навестил невесту в доме её отца.
Сандра радовалась и грустила, глядя на сестру и Даниэля — так отрадно было наблюдать за их нежными отношениями, и вместе с тем тревожно — а будет ли когда-нибудь нечто подобное у неё самой?
А в Берлине уже начались бои между коммунистами и властями. В Бремене образовалась советская республика, а в Гамбурге красный переворот не удался, да и советский Бремен быстро привели в чувства войска добровольцев.
Всё это казалось далеким и почти неправдоподобным, пока по Мюнхену не прокатилась тревожная новость — по дороге в земельный парламент был убит премьер-министр Баварии Курт Айзнер. Стрелял в него офицер-фронтовик граф фон Арко ауф Валлей.
— Ах, граф, бедный мальчик! — восклицала Гертруда фон Альнхафт, — какая глупость, губить молодость из-за какого-то вздора.
— Вы называете политическое убийство вздором? — пораженно переспросил доктор Метц.
— Да нет же, — всплеснула руками она, — просто графа Арко отказались принять в «Общество Туле», и он решил доказать свою верность их идеалам. А теперь его казнят!..
— Простите, но что за идеалы у этого общества, если ради них приходится убивать премьер-министра?
— Так ведь и министр не германский, — парировала графиня, будто одна её фраза была способна объяснить всё.
— Не германский? — сурово переспросил доктор Метц. — Еврейский, вы хотите сказать? И с каких пор вероисповедание стало весомой причиной для расправы?
— Ох, не преувеличивайте, — отмахнулась графиня. — Просто «Обществу Туле» не нужна независимая Бавария. Да и нам с вами, наверное, тоже.
— Вы действительно думаете, что Баварии не нужно восстанавливать свободу, какую она имела до Бисмарка?
— О, — закатила глаза графиня, — узнаю влияние профессора Книпхофа. Это он любил по поводу и без клясть борьбу за культуру и канцлера Бисмарка. Вот только именно в империи он и нажил себе и эту квартиру и регалии и почёт.
— Может вы не заметили, но империи больше нет, — заметил доктор Метц, — а северные земли всё больше скатываются в хаос. Что же, по-вашему, нам всем стоит пойти на дно вместе с тонущим кораблем?
— С тонущего корабля бегут только крысы, — гордо вздернув подбородок, ответила графиня.
Доктор Метц готов был поспорить с родственницей, но передумал, зная, что графиню невозможно в чём-либо переубедить. Даже профессор Книпхоф в этом не преуспел. А ведь он лелеял мечту, что однажды Бавария сбросит с себя оковы прусского рабства и заживёт лучше прежнего. Да, профессор Книпхоф был баварским националистом, и куда большим, чем доктор Метц.
Тем временем противоборство сторонников единой Германии и независимой Баварии усиливалось. После выстрелов в Айзнера левые не заставили себя долго ждать и в память об убиенном единомышленнике нанесли ответный удар — захватив земельный парламент. Месяц Баварию лихорадило от стачек, пока не наступила логическая развязка: законное правительство бежало на север, а Бавария осталась не только независимой — она стала советской республикой.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: