Мариэтта Шагинян - ДОРОГА В БАГДАД
- Название:ДОРОГА В БАГДАД
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:1935
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Мариэтта Шагинян - ДОРОГА В БАГДАД краткое содержание
«Дорога в Багдад» — третья книга серии «Месс-Менд» Джима Доллара. Серия «Месс-Менд» была задумана и начата Мариэттой Шагинян еще в 1922 году (как антифашистская приключенческая агитка. Судьба первого ее романа — «Янки в Петрограде» — общеизвестна: переведенный на несколько европейских и азиатских языков, роман обошел подвалы многочисленных коммунистических газет всего мира и вызвал горячие читательские отклики «Дорога в Багдад», третий роман серии, посвящен борьбе империалистов за колонии и в связи c последними событиями в Африке приобретает двойной интерес. Надо Только помнить, что романы Джима Доллара (таков псевдоним Мариэтты Шагинян для этой серии), преднамеренно фантастические и даже гротескные, сознательно пародируют стиль западноевропейского приключенческого романа.
ДОРОГА В БАГДАД - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Чёрт побери, подержите-ка лошадь, — шепнул он, хватая извозчика. — Я что-то не слышал, чтобы совы кричали среди песков!
С этими словами он выскочил из кэба и, прежде чем возница мог прийти в себя от ужаса, быстро, исчез за рытвинами. Прошло десять минут, еще десять минут, еще пять минут. Кучер весь вымок от холодною пота. Кляча его, тщетно пошарив по песчаной дороге губами, задремала, изжевав собственный стой язык. Выло уже совсем темно, когда седок возвратился. Он был молчалив, сгорблен, и шапка его была так низко надвинута на нос, что кучер не смог различить не только выражения его лица, но и самою лица.
— В Ульстер, — шепнул он хрипло, изменившимся голосом.
Если бы не радость от поворота в город, кэбмен уж наверное задумался бы над странным изменением этого голоса. Но тут он крепко хлестнул лошадь, возблагодарил судьбу и помчался со всех четырех пар колес и лошадиных ног в добрый старый Ульстер, подальше от чертовщины, привидений, криков совы и прочих ужасов, окружавших замою майора Кавендиша.
«Интересно, сколько он заплатит, подумал извозчик, уже въехав в город и приостанавливая лошадь.
— Эй, сэр…
Но все прочие слова замерли у несчастного на языке. Поворотившись к седоку, он увидел, что кэб был пуст. Там не было ни круглолицего парня, ни его кошелька, пи обещанных двадцати фунтов.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
В зыбучих песк
ах Ульстера
Между тем круглолицый парень, побежавший на крик совы, не успел завернуть за первую насыпь и нащупать в кармане револьвер, как чей-то кулак пришелся ему прямехонько до темени и вышиб у шею из глаз целый дождь падающих звезд. — Готово, — пробормотал кто-то, срывая с него шляпу, куртку и брюки. — Нечего тебе выспрашивать, да вынюхивать, да разъезжать. Наше дело, брат, нехитрое: за каждую шапку, — денег охапку. Понял? Передай-ка все это на допросе у господа-бога да кланяйся от меня покойным сродственникам
С этой в высшей степени радушной речью оглушенного парня легонько приподняли, поволокли и сбросили сверху вниз во что-то холодное, вязкое и дрожащее, как сто тысяч новорожденных лягушек.
— Погиб! — пронеслось в оглушенном мозгу, и парень тотчас же пришел в себя. Он был брошен в зыбучие пески Ульстера, засасывающие человека не хуже спички. Ноги его медленно уходили вниз плавным движением, точно он скользил по паркету или раскланивался на льду. Перед ним на песчаной насыпи, стоял коренастый человек, занятый стаскиванием с себя рубахи и, штанов. Стащив их, он сорвал с головы шляпу, сунул ее в узел, связал все вместе и бросил в пески. Потом натянул одежду, снятую с парня, нахлобучил его шляпу по самые брови, сделал — прощальный жест и повернулся к нему спиной.
— Семь минут, любезный, — хихикнул он зловещим голосом. — Через семь минут трясина дойдет тебе до макушки. Ты можешь утешаться, что подъехал к собственной своей кончине прямо на извозчике, да еще вдобавок не заплатив ему ни гроша.
С.этими словами он сгорбился, раскорячил ноги и пошел по направлению к проезжей дороге, подражая походке своей жертвы.
Парень меланхолически поглядел на небо. Известно, что небеса устроены именно таким образом, что в затруднительных случаях ждешь от них какой-нибудь подходящей оказии, хотя каждая гусеница знает, что свыше не дается ничего, кроме птичьего помета.
«Неужели крышка? — думал парень. — Мамаша, Мик Тингсмастер, прощайте. Менд-Месс, ребята! Боб Друк погиб, втяпался, опростово… Эге, это что такое?».
Небеса отозвались на усиленную декламацию, весьма интересной точкой. Не было никакого сомнения, что точка эта снижалась с быстротой, какая только доступна хорошему пилоту. Боб Друк молниеносно оглядел местность. Возле него торчал узелок, еще не всосанный песками. Друк — вытянул руку, вырвал из узелка шляпу и посадил ее на собственную голову с такой силой, что она покрыла ему глаза и нос. Шляпа была огромная, пробковая, с соломенными полями, прелюбопытной формы. Теперь надо было вопить и Махать руками. Если кто-нибудь когда-нибудь спасется из ульстерской трясины, так это он.
С аэроплана глядели в бинокль. Механик, сидевший с пилотом, внезапно опустил бинокль и пробормотал в ужасе:
— Ник Кенворти попал в трясину! Несчастный машет руками!
Тотчас же длинный канат с деревянной перекладиной, шипя, полетел в пустоту, раскачался и заходил, как цирковые качели, над каждым квадратным метром ульстерской трясины, покуда не пролетел над головой несчастного парня. Он был уже в песке по самый пояс. Тем не менее перекладина попала ему в руки, и через секунду грязный, вываленный в трясине, похожий на вяленую воблу Боб Друк был вырван у смерти и поднят в кабинку, где потребовалось всего десять минут, чтобы залепить тиной глаза механику, а пилота, набоксировав ему спину боковым ударом, уложить под лавку.
Боб Друк не умел управлять аэропланом и не желал делать вид, что умеет. Он добросовестно перепробовал все рычаги и ручки как раз для того, чтобы честно потерпеть аварию на самом берегу трясины и разбить аэроплан вдребезги. Выскочив из-под обломков, он возблагодарил ульстерскую тину, сделавшую его положительно непроницаемым, ни для каких ударов, и первым долгом, сунул руку к себе за Пазуху. Тина (не тронула его жилетки. Друк нащупал во внутреннем кармана то, что ему было нужно.
— Везет мне, — пробормотал он облегченно — экспедиция запоздает, но не будет отложена. Хорошо, что этот прощелыга, которого, по видимому, зовут Кенворти, как написано на его шляпе хорошо, что он не содрал с меня и жилетку.
Боб бросил шляпу в тину, убедился, что механик и пилот не нуждаются больше ни в чьей помощи, кроме той породы лошадей, что ходят шагом и носят па голове страусовые перья, и быстро побежал к проезжей дороге. Найти ее было нетрудно. Вечерний мрак уже давно озарялся такой крупной лунищей, что можно было бы не только читать, но при желании собирать на песчаных холмах местную флору для гербария. Боб поглядел по сторонам в бинокль, уцелевший от аварии аэроплана, И радостно вздрогнул.
Перед ним, в небольшой лощиле, озаренной полным! лунным светом, лежал мрачный маленький замок Кавендиш.
Он был построен в форме небольшого треугольника. Передний фасад выступал ребром, вдоль Которого шли две гладких каменных стены с двумя рядами окон, образуя острый угол. Наверху по обе стороны возвышались две башенки, украшенные старинной лепной работой. Фруктовый сад и парк лежали в стороне вокруг крохотного искусственного озерца. Все место казалось таким деланным, неуютным, нелепым, что только дворянский каприз мог заставить Кавендишей из поколения в поколение сохранять подобный ублюдок
Друк поискал глазами теневое место и осторожно пошел к замку. Через два Километра песчаные россыпи заменились меловыми, ослепительно белевшими в лунном свете. Здесь ему — пришлось выйти из тени. Он пересек белую дорогу, белые холмы, белый двор, не слыша ни единого звука. Собаки не было. Ворота не заперты.Никто не тявкнул, не крикнул, не выстрелил, не выступил. Он позабыл всякий страх И решительными шагами направился к дверям, сверкавшим медными украшениями. Схватив молоточек, по старинному обычаю еще подвешенный к английским джентльменским дверям, несмотря на то, что прочие нации давно уже употребляют гораздо более удобные «английские замки», Боб Друк только что хотел нарушить тишину смелым стуком! как внезапно замер и покрылся холодным потом!.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: