Владимир Тимофеев - Три кварка (из 2012 в 1982)
- Название:Три кварка (из 2012 в 1982)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Тимофеев - Три кварка (из 2012 в 1982) краткое содержание
Бывший физик, а ныне инженер-строитель Андрей Фомин случайным образом попадает из 2012-го года в 1982-й. В ту самую осень, когда умер Брежнев и, фактически, завершилась целая эпоха в истории Советской страны. Оказавшись в своем собственном теле, только моложе на 30 лет, Андрей не спешит. Мысль, что историю можно немного подправить, хоть и приходит в голову, но пока не является основной. Он просто желает вернуться. Назад. В привычное для себя время. А шанс на это имеется, и неплохой. Ведь там, в будущем, остались друзья, которые желают того же.
Однако жизнь – сложная штука. Войти в одну реку дважды и даже не попытаться изменить её медленное течение – почти невозможно. Вот только как отразятся эти изменения в будущем, герой романа не знает. Пока не знает. Тем более что и сам он не безупречен. Не рыцарь на белом коне. И, значит, ошибиться может на каждом шаге. Запутаться ненароком в желаниях. Разрушив тем самым как личное счастье, так и жизнь близких ему людей.
Три кварка (из 2012 в 1982) - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Добрался. Без потерь. Пришлось восхищаться.
– Ну, Шурик, ты прямо артист. Ни капли ведь не пролил.
– А то ж, – довольно ухмыльнулся Синицын, устраиваясь перед монитором, опуская чашу рядом с клавиатурой на самопальную, вырезанную из гофрокартона подкладку. Типа, чтобы столешницу не попортить. – Любой экспериментатор, Андрей, это своего рода псих. Но псих, заметь, аккуратный.
– Хм, а над чем трудится сейчас аккуратный псих? – не мог не поинтересоваться я, помешивая ложечкой индийский… пардон, ланкийский напиток, разгоняя по кругу быстро растворяющиеся крупинки сахара.
– Ну-у, как тебе сказать, чтоб покороче и поточнее. В общем, пытаюсь обнаружить свободные кварки.
– Ого. «Три кварка для мастера Марка»?
– Вот именно, друг мой. Вот и-мен-но.
Присказка про три кварка прилипла к Шуре давно. По окончании аспирантуры он шесть или семь лет проработал за рубежом, где в совершенстве овладел английским и прочитал в подлиннике «Поминки по Финнегану» Джейми Джойса. Чем зацепила его эта книга, сказать не могу, лично я не смог одолеть даже «Улисса». Но, тем не менее, факт остается фактом: Шурик вступил в клуб почитателей Джойса и постоянно принимал участие в разборах словесных ребусов покойного писателя, как по сети, так и вживую. Возможно, именно тогда он и проникся идеей поиска свободных кварков, существование которых никоим образом не противоречило современной теории, но практически… Практически на подобный поиск банально не хватало энергии: ведь те короткодействующие силы, что удерживают протоны и нейтроны в атомном ядре, являются на самом деле лишь слабым подобием настоящего «сильного взаимодействия», соединяющего кварки в элементарных частицах. Однако Шура был не просто талантлив – он был изобретателен и упорен. Раз задача не решается в лоб, значит надо искать обходные пути. И потому «здрасьте, пожалуйста»: доктор наук и лауреат Александр Григорьевич Синицын с удовольствием излагает бывшему коллеге и несостоявшемуся ученому Андрею Николаевичу Фомину основные тезисы своих изысканий. Прихлебывая чай, размахивая ложкой, подобно дирижеру-любителю, рисуя в воздухе сказочные картины квантовой хромодинамики:
– Если ты помнишь, Андрей, кварковая модель строения адронов в настоящий момент предполагает наличие шести типов фундаментальных частиц, отличающихся определенными квантовыми числами. То бишь барионным и электрическим зарядами, спином, изотопическим спином, а также странностью, очарованием, красотой и истинностью. Каждое такое число – это так называемый «аромат», присущий каждому типу и отличающий его от соседа. Помимо этого, согласно зарядовому сопряжению, существуют еще и антикварки. Пары кварк-антикварк образуют короткоживущие мезоны, а кварковые тройки – гораздо более устойчивые барионы. Что это такое, думаю, тебе объяснять не нужно.
С последним утверждением я был не вполне согласен, но кое-что все-таки помнил и, зная, что каждый лектор обожает вовремя заданные вопросы, заполнил образовавшуюся паузу:
– А как же тогда быть с принципом запрета Паули? Ведь три одинаковых кварка не могут находиться вместе в одном состоянии?
– Правильно. Но кто сказал, что кварки с одинаковым квантовым числом одинаковы? Цвет – вот что держит их привязанными друг к другу. Три цвета, три отличия, которые связывают воедино все во Вселенной и одновременно являются настоящим проклятием для тех кварков, что хотят получить свою маленькую, но очень фундаментальную свободу.
Шурик на секунду прервался, чтобы перевести дух, и мне опять пришлось вклиниться в монолог:
– Ну да, эффект антиэкранирования вроде бы не предполагает видимого распада адронов на свободные кварки.
– Ты абсолютно прав, Андрей. Асимптотическая свобода, нелинейное глюонное поле, этот «светящийся свет» моментально подбирает любому освободившемуся кварку антисобрата или парочку разноцветников, и чем дальше частицы друг от друга, тем сильнее их взаимное притяжение. Но при тех энергиях, что доступны здесь, на Земле, мы можем только наблюдать итоги встреч и расставаний самых «ароматных» частиц во Вселенной. Однако их самих – увы, сие нам не доступно.
– Но как же ты тогда собираешься их обнаружить?
– О, вот тут начинается самое интересное. В момент так называемого «большого взрыва» все фундаментальные частицы имели совершенно безумные, немыслимые скорости-энергии. По мере расширения и остывания нашей Вселенной сильно замедлившиеся кварки уже могли соединяться и образовывать пары-мезоны и троицы-барионы. Те мезоны, конечно, уже распались, а вот многие барионы и теперь составляют большую часть существующего ныне природного вещества. Но ведь вот в чем загвоздка, Андрей. Не все кварки смогли найти себе достойную пару или двух подходящих собутыльников, и потому они вынуждены вечно скитаться по пространству-времени. Причем, по самым скромным оценкам, их концентрация во Вселенной ничуть не уступает таковой, скажем, у платины или, например, золота.
Шура задумался, а затем решительно махнул рукой в опасной близости от своей чашки:
– Черт возьми, но почему же их до сих пор так никто и не обнаружил!? Ведь частица с дробным электрическим зарядом не может остаться не замеченной! Да и вероятность встречи двух или нескольких реликтовых кварков тоже не такая, блин, маленькая величина.
– Действительно. Странно, что их до сих пор не нашли.
– Странно, говоришь? Хм, по этому поводу, дорогой мой Андрей Николаевич, я тебе вот что скажу. Мы не можем их обнаружить по одной простой причине: свободные кварки вовсе не являются абсолютно свободными. Их обязательно должна окружать некая грань, некая область сингулярности, за которую не может проникнуть ни одна глюонная пара. А какие области сингулярности существуют в нашем мире? – мой друг артистично изобразил руками сжимающийся шар и вопросительно посмотрел на меня.
Подвести его было бы непростительно:
– Неужели… черные дыры?
– В самую точку. Только, конечно, не те черные дыры – астрообъекты, о которых пишут фантасты, а «кажущиеся черные дыры» – области пространства, которые поглощают любое излучение, но не скрывают навечно информацию о поглощенной массе. Поверь, Андрей, вакуум может спонтанно создавать такие чудеса, какие мы даже представить не можем. А наличие свободного кварка легко определяется за счет излучения одного из элементов в паре кварк-антикварк, ну или одного из двуцветных глюонов. Поскольку второй элемент при определенных условиях имеет возможность проникнуть за горизонт событий сингулярной области и для нас как бы исчезнуть. И вот здесь я как раз и пытаюсь удовлетворить свое любопытство, создавая эти самые условия.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: