Влад Нордвинг - Тонкая зелёная линия
- Название:Тонкая зелёная линия
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2018
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Влад Нордвинг - Тонкая зелёная линия краткое содержание
Тонкая зелёная линия - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
И вот только тут до меня доходит, что дышать в самом деле стало труднее! Воздух тяжёлый и жаркий, тягучий какой-то. То, что герметиком воняет, это наплевать… Кстати, этот герметик при цементации тоже часть кислорода съел!..
— Нам надо всем лечь на пол и не двигаться! — заявляет Юлька.
— Правильно, — опять подтверждает Эмма. — Сейчас вы подниметесь наверх и поможете нам всех уложить. Надо постараться, чтобы кто-нибудь заснул. Возьмите из холодильника бутылки с водой сколько унесёте, чтобы поменьше самим вставать. Объясните всем, что шутки кончились. Расскажите, как себя вести. Дышать очень мелкими вдохами. Расслабиться, не истерить, не болтать… Уильям слишком много кричит, я постараюсь его угомонить, поговорю с ним.
Эмма смотрит на нас, а мы смотрим на неё. Мы как будто здесь и сейчас, прямо в эту секунду вдруг стали взрослыми. Будто какое-то реле сработало — щёлк, и детство выключилось. Мы сейчас можем умереть. Всерьёз, без игры.
И вот мы лежим на полу, стараемся не шевелиться и дышать через раз. Мы уложили детей попарно — девочки на креслах, мальчики на полу под ними. Дети сами всё поняли; лежат молча, дышат мелко, никто даже не хнычет. Стараются уснуть, но мало у кого получается. Смотрят куда-то в пространство… Мне кажется, у каждого из них тоже какое-то реле сработало. Если кто-то после этого скажет, что дети существа неразумные, дам в рыло, если выживу!
Я периодически открываю свой телефон и проверяю прогноз парсера. Нехороший прогноз. Вот график движения вездеходов. А вот вторая кривая — уровня витальности воздуха, или не знаю, как назвать… Ну короче, насколько воздух ещё пригоден для хоть какого-то дыхания. Интегральная характеристика, вычисленная парсером. Я пытался вникнуть в формулу, но бросил, голова уже не работает. Они очень близки, эти две кривые, фатально близки. Между ними узенький зелёный зазор… Эх, умирать-то не хочется, знаете ли…
…В средних рядах салона кто-то давится надрывным, сухим кашлем. Я пытаюсь сообразить, где это, но Мира уже поднимается и плавно летит туда.
Мира красавица. Она у нас танцы преподаёт. Она, кажется, всю жизнь танцевала, поэтому даже ходит как балерина. Сейчас на себя не похожа — губы тонкие, веки припухли, будто плачет, и глаза круглые, большие. Кажется, куда-то внутрь себя смотрит, будто чем-то очень сильно испугана, только старается держаться… А обычно она общительная и приветливая, даже с такими, как Уильям. Большинство девчонок её боготворят. Её близняшки лежат обнявшись рядом с ней; они, кажется, только в этом году в школу пошли…
…Я медленно соображаю и борюсь со сном. На лбу испарина, футболка вся прилипла к коже — у нас тут как в бане, чёрт её дери! Пальцы холодные и плохо слушаются. Воздух уже явно сильно отравлен… В конце салона опять кто-то хрипит, и Эмма проплывает надо мной, направляясь туда. Она тоже в другом мире, где-то не здесь: смотрит, а будто не видит, взгляд какой-то внутрь себя. Губы кусает постоянно, и пальцы дрожат, я заметил. Да и Джек тоже; я столкнулся с ним недавно, когда вместе укладывали двух пацанов — зубы стиснуты, желваки на скулах играют. Весь как будто готовится к чему-то очень важному. Что это с ними? За малышню волнуются, это понятно. Но как-то странно всё равно…
…Просыпаюсь, оглядываюсь. В салоне темно, горят две-три аварийных лампочки. Вокруг звуки тяжёлого дыхания, дети ворочаются и сопят… Включаю телефон. И холодею, несмотря на жару: два графика сомкнулись полностью. Зелёного зазора между ними больше нет.
Никакой особой реакции, как я ожидал. Будто пофигу всё — помирать, так помирать. Наверно, я уже так наглотался этой отравы… А может, оно и лучше: просто заснуть, и всё?! Чтобы без мучений… Да, так лучше было бы. Только вот Юлька… Чёрт, почему так горько, а?…
…Опять выплываю из забытья — телефон вибрирует на запястье, хочет что-то сказать. Вот уж вовремя! Не всё ли равно? Прохладный женский голос тихонько в ухо: «Вакуумирование входного шлюза…» Мысли тягучие, как смола: в шлюзе-то был воздух! И кто-то догадался его стравить обратно в салон! Ну, может быть ещё немного протянем. А что там на графиках? А на графиках тонкий промежуток, только не зелёный, а красный! Значит, вездеходы не успевают, уже совершенно точно не успевают! Почему же отрицательная динамика?… Герметик, что ли, продолжает цементироваться, у него есть какие-то остаточные процессы… Наплевать, неважно теперь. Кажется, дети вокруг уже начали терять сознание. Мы с Юлькой чуть повыносливее из-за возраста, ещё держимся… Юлька, эх, как же всё-таки тоскливо!..
Опять вибрация на запястье и женский голос в ухо: «Открыта внешняя дверь шлюза…» Прикольно. Кто ещё такое придумал, зачем?… Внешняя дверь…
И я рывком полностью прихожу в себя. Что?! Открыта чёртова внешняя дверь?!..
Я в холодном поту, в полном, кристальном сознании медленно поднимаюсь с пола — и натыкаюсь на взгляд Юльки. Она внимательно смотрит на меня.
— Я сейчас… — лепечу я невинным голосом. — В туалет…
И лечу в конец салона. Двадцать две тысячи чертей, только не это! Все святые угодники, какие есть, только бы не это! Что я там сейчас увижу, долбанный ты, распротраханный Энцелад с твоими гейзерами!..
Мембрана в полу открывается, и я ныряю головой вниз. От самого люка смотрю на круглое контрольное окно на внутренней двери шлюза. Наружная дверь открыта настежь, просто настежь! Она косо освещена резким солнцем. Ещё там видно близкий горизонт, серые ледяные торосы, чёрные скалы… Чёрное небо…
Сзади щёлкает мембрана. Я оборачиваюсь.
Юлька спускается так же, как и я, и круглыми глазами смотрит на окно. Я загораживаю его спиной и раскидываю руки:
— Юлька, стой!
— Отойди! Дай посмотреть!
— Не дам! Отойди, не надо! Юля, пожалуйста, не надо! Не подходи! НЕ СМОТРИ ТУДА!!
— Отойди, отойди, придурок!.. — она вцепляется в меня, я хватаю её в охапку и оттаскиваю подальше от двери. Она бьётся, кричит, царапает мне лицо, кусается (больно между прочим!), но я прижимаю её к бугристой, чёрной стене.
— Отцепись, убери руки! Ай! Не хватай меня, вот тебе, убери, гад!..
— Юлька, пожалуйста, не надо туда! Не смотри…
Мимо нас кто-то пролетает, и я оглядываюсь. Уильям, прямо от люка — к двери, и смотрит в окно. Долго смотрит. Потом оборачивается…
Такого лица я никогда не видел. И надеюсь, больше не увижу. Это так страшно, что я даже Юльку отпускаю! Её, правда, уже не нужно держать. Она сползает по стене с глухим женским воем, вся в слезах, размазывает их по щекам и задыхается.
— Ну что?!.. Ну что, мразь, ты всё понял?! — какой-то клёкот пополам с бульканьем вылетает из её глотки. Она плюётся словами в лицо Уильяму, а капельки слёз разлетаются и медленно падают на пол. — Ты всё понял, а?! Весь этот ваш разум, вся ваша эволюция, скоты!.. Нам на*уй не нужна такая эволюция! Вам нужна, так и валите подальше от Солнца, подальше от нас!
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: