Иван Граборов - Гончая свора

– Дальше идти нельзя.

– Что случилось?! – прохлюпал к нему по грязи Флойд, поправляя штаны и куртку, чудом выдерживавшие косые заходы ливня. – Почему вдруг нельзя?!

– А ты глянь на это! – не отлипая от прямоугольного камня, Аттвуд развернул его за ворот к подножью.

Селевой поток непрерывно сходил с горы Зунгат. Бурные перекаты размыли травяной покров до песочного дна и обнажили под корнями уютные норы бакчибов, где те любили почёсывать свои К-образные копытца. Большого огня, если можно было бы так выразиться, подливал дождь, за счёт которого охват воды постоянно увеличивался в геометрической прогрессии, захватывая всё новые и новые области.

Адайн с Флойдом, доверив Валлуру и Гартвиту решать вопрос с мостом, взобрались на крутой утёс в двадцати ярдах от группы, образованный под бурлящими потоками, чтобы лучше оценить масштаб проблем.

Вода простиралась далеко вниз широкой лентой в тридцать один ярд и глубиной до тринадцати, считая редкие сужения потока. Сейчас они рассматривали самый удалённый сегмент. Неразбериха: древа скрыло грязью на десятую часть ствола, корни проглядывались совсем изредка, а обладатели счетверённых шиферово-алых крыльев, облепившие верхи древ, старались перепеть тревожащий ливень своим аритмичным гаканьем, безжалостным к вновь разболевшемуся уху Аттвуда. Кричащие топи, похоже, сменили надоевший дом.

– Аттвуду сказал? – спросила она, отпуская его сморщившуюся куртку после того, как раздвоенная пятка неудачно скользнула у самого края.

– Да, получилось. – они сидели теперь совсем вплотную и не нужно было надрывать глотки. – Остались Гартвиг с Экритом, но ловчие сейчас наверняка не верят никому из нас полностью. Это хорошо. Пока пусть так и остаётся.

– Так и не объясните им про Нолгвур, Клахар, Киртани и прочее с той стороны?

– Им, наверное, и не нужно знать. Подумай, мы сами запутались даже на кратком пересказе событий уже из вашего мира, а если упомянуть подробнее Землю, Зилдраан… Нет. Во Фракхе мы разделимся и они уйдут своим путём к Рохау. Пусть и Лэрда с собой забирают, как хотели. Если смогут.

– Флойд, знаешь… – она повертелась, перед тем как сказать, но он начал первым.

– Вы с Орно останетесь в Фракхе. Достаточно с вас. Дальше мы, думаю, справимся сами. Гартвиг уже пообещал начертить карту, так что всё в порядке, не волнуйся. А ещё мы придём к вашему совету прямо с кайгарльцами и расскажем им об остановленной армии Мулга. Тебе вернут право добиваться звания Гаату, обещаю. Ни Мектам, ни его свита ничего не смогут сделать. – он часто шмыгал из-за простуды. – Я безмерно благодарен вам с Орно. За всё. – Флойд нервно поджал нижнюю губу и поклонился ей. – Без вас это путешествие было бы полно душевного уныния.

– Он благодарен! – всплеснула она руками. – Ха!

– Это правда.

– Флойд, – Адайн мягко схватила его за куртку, – Нукум поняла сразу, а я лишь много дней спустя, по прошествии стольких дурных событий и смертей, но чем больше мне открывалось, тем явственнее я сознавала, что не хочу вас оставлять. Я не останусь во Фракхе. Это мой мир, но я не желаю быть его частью.

– Что ты говоришь? Ты в своём уме? Вас чуть не убили множество раз как и остальных, а кто знает, как там на тропах у Раппара. Да и вернуться мы сможем только к Земле, ведь других координат не знаем.

– Мне всё равно.

– Тебе жизнь, что ли стала не мила?

– Именно что мила! – фыкнула на него Адайн, показав зубы. – В любом селении от Верхнего предела до бескрайних степей юга всего то и знай, что ходи на охоту да приноси мясо к менным мостам, пока не состаришься. Ты раньше думал, что тут твоё новое начало, понимаю – новый, лучший мир, но оглянись! Жизнь здесь, пусть чуть другая для тебя, пока не приевшаяся, немногим слаще той, что ты оставил на Земле.

– Ты не знаешь, о чём говоришь, не видела.

– А ты знаешь, чего хочешь?

– Я знаю что там, – Флойд поднял над собой палец, направляя его к небу, – никто нам не рад. Здесь на Гирвалме не сладкий гелхээ, как вы говорите, сам вижу, наивность смыла с меня чужая кровь, но жизнь продолжается и…

– Да и что это вообще за жизнь, тем более тогда, когда я столько узнала о ней за эти дни с вами? Во мне буря желаний гремит почище этой! – она указала на небо вслед за ним. – Каково быть там, за облаками? Каковы они, лодки, кружащие среди звёзд? Я хочу увидеть миры, Флойд, во плоти цга`ла и ощутить их потоки своей ишалл. И теперь ничто меня не остановит.

– Адайн, твоё желание понятно, но не совсем разумно. Как ты себе это представляешь, а? Ты, с луком и стрелами, с одним желанием учиться там! – он не знал, кому сейчас лгал больше, себе или ей. Ему внутренне поплохело от переизбытка лицемерия. – Здесь останутся твои друзья, твои родные. И образ жизни тоже. Всё! Если и выживешь, если мы выживем – ты изменишься сильнее, чем того ждёшь.

– Нет у меня родных! – злее других слов прокричала она, а потом, удивившись собственному срыву, вся сошла до невозмутимого спокойствия. – Одиннадцать Эшту назад, по холодам их загрыз шалтийский чармалл, стоило ночью ступить со ступеней отчего дома на Ф`Ло.

У него поплыло в глазах и вовсе не из-за солоноватой дождевой воды, капавшей с взъерошенного хвоста светлых волос. Он делал то, что делал всегда – складывал очередной пазл. Никто и не подумал спрашивать про трофей и то откуда он. Флойд повернулся к ней и, едва не касаясь носами, они уставились друг на друга.

– Видишь кроющие перья? – похлопала она по сажевой гряде у ушных раковин справа, полуобернувшись. – Орно не знает, но быть охотницей я решила сама. На момент смерти родителей у меня не было ни талантов, ни знаний, меня не готовили и не выбирали. Дальнейшее было предрешено. Я плыла в омуте охоты, играла с этой пляской теней, тонула в ней, будто нерадивая девчонка в праздных удовольствиях. Идея Орно о спасении Фракхи мне понравилась тем, что она, как и я, искала выход из предопределённости. Хоть какой-нибудь выход. Я ухватилась за поданную мне соломинку и решила, что если стану Гаату, то изменю и себя, свою судьбу. И та охота… Она случилась за пять Эшту до вас. До прибытия. Того самого было тяжело выследить. Невероятно тяжело. В определённый момент я, как и любой, кто охотился на проклятие лесов, даже начала сомневаться в том, что хищник реален. Победить было много тяжелее, чем совладать с десятком горных хлусбов или плотоядных оккнумов. Но знаешь, когда я отомстила, когда сдёрнула с него шкуру и сорвала последние перья, то ничего не почувствовала. Словно…

– Словно тебя жестоко обманули, пообещав избавление, и ты потеряла последнее: связь с миром, смысл. – кивнул он.

– Помоги мне, Флойд. – она отчаяннее скрутила куртку у замка, до боли жалостно смягчив голос. – Ты пережил нечто подобное и знаешь, каково мне. Ты бежал из своего мира, усомнившись в истинности внушаемого отовсюду блага, а я желаю оставить свой. Разве то случайность? Разве не ту же закономерность ты ощущаешь в общем "механизме" собравшихся? – он повторял мысленно каждое сказанное ей слово и молчал, боясь оборвать того, кого впервые в жизни мог назвать близким по духу. – Звёзды, хоть и греют, холодны – я чувствую это. Но быть может, вместе нам удастся найти место, Флойд, третье место, верное место, где наши ишалл когда-нибудь скажут ему "да".