С Красновский - Катастрофа пространства

- Что я думаю насчет всей этой чепухи, басни деревенских олухов, галиматьи, сообщенной корреспондентом для развлечения таких же городских болванов?! - профессор весь покраснел от негодования. - Я думаю, что это чепуха, чепуха с самого начала и до конца!

- Но не можете же вы игнорировать самые факты, сообщаемые мистером Джонсоном, судьей из Т. Насколько я знаю, это вполне порядочный, добросовестный человек, - заметил синдик.

- Факты, сообщаемые судьей! Ваш судья такой же идиот и олух, как и все прочие!

- Но не может же быть, чтобы здесь не было никакого правдоподобия.

- С самого начала и до конца здесь нет ни капли правды!

- Хорошо! Но чем тогда объяснить самый факт появления птицы на ферме мистрис Хоу, затем вблизи фермы огородника Г., наконец, целый ряд появлений множества птиц, зверьков, среди которых есть и хищные, - задал вопрос Кобс.

- Чем объяснить! Скажите, неужели вы для объяснения столь простых явлений должны заражаться галлюцинациями какой-то истерички Хоу? Разве вам не известно, что очень нередко временами происходят от различных причин, не всегда могущих быть установленными, целые переселения животного мира…

- Положим, что все это так, но как объяснить выпадение птиц, усеявших собой целую площадь земли на ферме Г.?

- Но почему же, раз теперь вы трезво стали смотреть на вещи, не можете видеть здесь просто падения ослабленных, изголодавшихся птиц из стаи?

- …Гм, это как-то не соответствует действительности, птица, судя по сообщению, имела вид чрезвычайно сильный и откормленный! - вставил синдик.

- Слушайте, я вам категорически, понимаете, - категорически заявляю, что я не признаю, не хочу признать возможность чего либо неестественного, абсурдного! Не хотите ли уж вы, мистер Джонсон и мистер Кобс, признать здесь нечистую силу вместе с мистрис Хоу?!

- Хорошо, хорошо, мистер Брукс, - замял разговор сконфуженный полицейский, - но не считаете ли вы нужным дать знать в Лондон по начальству?

- Я не считаю не только нужным, но считаю, что они бы подняли вас на смех.

- Да, кажется, вы правы, я могу себя этим скомпрометировать перед начальством.

- Не беспокойтесь, мистер Кобс, судя по тому, что сообщает «Наша Газета», это в местечке Т. уже сделали и сообщили в Лондон. Я думаю, теперь у центральной прессы немало будет материала посмеяться над местными простофилями. Во всяком случае, что касается реальных мероприятий против появления множества вредных зверей и т. п., следует обойтись своими силами и передать это нашему «Обществу Любителей Охоты».

Вечерний выпуск «Нашей Газеты» не содержал в себе ничего более интересного, кроме сообщений собственного корреспондента из округа графства В. и целого ряда писем в редакцию от местных фермеров о небывалом появлении множества самой разнообразной дичи, причем везде резко отмечалось, что наряду с мелкими зверьками и птицами появлялись также неизвестные крупные хищники.

Но следующий выпуск газеты содержал следующее сообщение, заставившее профессора почти подпрыгнуть на месте от изумления:

СЕНСАЦИОННОЕ ОТКРЫТИЕ

«Нашим уважаемым согражданином, д-ром естественных наук, профессором Ок-го университета зоологом Римм, известным в научном мире своим первоклассным трудом «О птицах четверичной эры», при несколько странных обстоятельствах, о которых скажем ниже, обнаружен существующий в окрестностях Ок-да новый вид Anseridae т. е. гуся, считавшийся давно вымершим, и принадлежащий к распространенному в эпоху оледенения Земли.

Некоторыми научными педантами (От редакции: к сожалению, еще занимающими профессорские кафедры в нашем знаменитом университете, врагами ученого профессора и между прочим общепринятой теперь повсюду теории Эйнштейна) высказаны были сомнения (Замечание от редакции: Не наоборот ли?) насчет умственных способностей ставшего отныне знаменитым проф. Римма.

Упавшее с дерева яблоко позволило Ньютону высказаться о бессмертном загоне всемирного тяготения, кипящий чайник дал Уатту идею паровой машины, качающаяся лампада в соборе навела Галилея на мысль о законе маятника. В данном случае, почтенный зоолог, будучи добропорядочным семьянином и покупая по просьбе жены к обеду гуся в лавке, торгующей птицей, к несказанному своему удивлению и обнаружил новооткрытый вид.

В беседе с нашим сотрудником, который был любезно принят зоологом, последний сказал, что намерен дать (Замечание от редакции: какое редкое благородство и бескорыстие!) новооткрытому виду имя нашего города и тем самым сделать О-д бессмертным, увековечив его в мировой науке.

От «Нашей Газеты» первые приносим скромное поздравление славному деятелю знания, уважаемому профессору нашего университета и гражданину города Ок-да зоологу Римм! Да здравствует зоолог Римм! Да здравствует новооткрытый вид гуся имени города Ок-да! Да здравствуют граждане города Ок-да и читатели и подписчики нашей газеты! Долой наших врагов, противников теории Эйнштейна, консерваторов в науке».

Статья была, по-видимому, написана если не самим профессором Шнейдерсом, то, во всяком случае, кем-то из его близких сторонников.

Профессор в бешенстве смял газету и провел всю ночь, проворочавшись на постели, без сна.

После университета гордостью Ок-да было «О-во Любителей Охоты».

Туда входили самые уважаемые и почетные лица: местный судья, нотариус С., викарий городского собора Д., директор местного учебного заведения, школьный учитель математики, хозяин одной из двух гостиниц, профессор истории древней Греции и прочие самые именитые лица города.

Было весьма жаль, что студенты разъезжались летом на вакации, иначе означенное об-во пополнилось бы множеством отважных молодых людей.

Мы забыли упомянуть о самом главном члене, знаменитом мистере Дэвис-Дохерти, председателе названного учреждения. Невысокий, жилистый, военной выправки человек, в сапогах выше колен, во френче защитного циста, всегда тщательно выбритый, в тропическом шлеме, повязанном белой кисеей, и в дымчатых очках от солнечных лучей (несмотря на туманный английский климат), он производил непередаваемое впечатление, когда принимался рассказывать о своих приключениях в Индии, в его бытность там на службе, когда он собственноручно убил на охоте, устроенной индусским раджей, тигра. Шкура его, великолепного бенгальского тигра, была разложена в приемном зале названного об-ва, где устраивались торжественные обеды; она демонстрировалась наиболее уважаемым посетителям.

Обыкновенно, каждый раз, когда Дэвис-Дохерти начинал рассказывать свои приключения, он принимался уснащать их все новыми и новыми подробностями своей неисчерпаемой фантазии, так что жителям О-да никогда не надоедало их выслушивать в многосотый раз.