Итимото Дзёгэцу - Игры богов

Я стал обыскивать все подряд. Обшарив всю комнату, я остановился на одной вещи — красивом ожерелье, аккуратно лежащем в стеклянном футляре, который стоял на подставке на одной из полок. В центре сиял крупный рубин, а от него в стороны расходились более мелкие сапфиры, и все это обрамлялось бриллиантами. Не знаю, настоящие ли то были камни, но смотрелось изумительно.

Я осторожно взял футляр, положил в найденный пакет и пошел отлавливать Вику. Это стоило огромных усилий. Она никак не хотела прекращать погоню. Мне чуть не вывернуло руки, когда я умудрился ее схватить.

Трепыхаясь у меня в объятьях, Вика чуть ли не зашипела на меня:

— Ты что творишь, Юта? Отпусти, мешаешь! Я почти его поймала.

— Ага, я заметил. Вы уже с полчаса носитесь по всему зданию, но прогресс так и не наблюдается.

— Что?! Да я…

— Успокойся. Кажется, я нашел его слабость.

Вика тут же замерла и удивленно на меня уставилась.

— Слабость?

— Ага. Вот, гляди.

Я осторожно показал ей ожерелье.

— Вот это его слабость? — В голосе Вики чувствовалось сомнение.

— Есть у меня одна теория. Послушай…

Похоже, увлеченный игрой банник не сразу заметил, что погони больше нет, потому мы успели обсудить план, прежде чем он заявился.

— А? Уже устали, детишки? Уже не хотите браслетики и кое-что другое?

Банник демонстративно помахал лифчиком. Но ожидаемой реакции не дождался. Наоборот, он даже чуть стушевался от наших ухмыляющихся лиц.

— Ч-что такое?

— Знаешь, есть тут у меня догадка, что у тебя существует одна вещь, которая тебе дорога, — сказал я.

— Ч-что?

По его тону я понял, что иду в верном направлении, потому продолжил:

— И если с ней что-то случится, тебе будет очень нехорошо, верно?

— Неправда!

— Проверим?

Я достал из пакета футляр с ожерельем.

— Откуда это у тебя?! ОТДАЙ! — заверещал банник и попытался отнять украшение, но из-за нахлынувших чувств он уже не двигался как раньше, поэтому я увернулся.

— Ты оказался прав, Юта.

Я взглянул на Вику и содрогнулся. Ее злорадная ухмылочка пугала. Девочка подошла ко мне и взяла ожерелье.

— Ну что, чертов старикашка, сдаешься? Или мне сломать его?

Вика подняла руку, якобы готовясь швырнуть ожерелье об пол.

— Стой! Я… я… — Похоже, банник пытался пересилить себя.

— Знаешь, совершенно вылетела из головы одна вещь. Может, мне использовать железо ?

Банник содрогнулся.

— Я сдаюсь… Вы победили.

Он обессиленно осел на пол. Мы с Викой хлопнулись ладошками. Девочка подошла и забрала браслеты и лифчик, а в обмен поставила перед старичком футляр с ожерельем.

— А он точно не устроит свои игры снова?

— Точно. Если он дал слово, он его сдержит. Поверь мне.

— Ну ладно. Хотя мне вот что интересно — почему ты сдался из-за одного лишь ожерелья? Думаю, наши шансы на победу с твоими силами были крайне малы.

Банник посмотрел на нас и произнес:

— Оно принадлежало одной из хозяек этой бани. Лучшей хозяйке из всех, что были. Я любил ее. Под ее руководством баня процветала. Но потом она умерла, а это ожерелье — все, что от нее осталось. Я берегу его в память о ней.

— Вот уж не думала, что такой извращенец будет столь сентиментальным.

— Вика, мне кажется, или ты его и в грош не ставишь?

Мы немножко попререкались, но потом мне в голову пришел еще один вопрос.

— Скажи, банник, что особенного в этих браслетах? Ты согласился их отдать, едва услышал имя богини.

— Они не обычные браслеты. Пожалуй, их можно назвать «божественными».

— Божественными?

— В них заключена кое-какая сила. Но если эта Жива вам не рассказала, значит, и я не расскажу. Если будет надо, она вам сообщит.

— Что ж, пока хватит и этого.

— А теперь идите отсюда. Мне еще баньку в порядок приводить.

Мы последовали словам банника и отправились переодеваться. Победа была за нами, так что нас здесь больше ничто не удерживало. Банник напоследок даже помахал нам ручкой, хотя его жест не очень-то походил на привычный. Он точно нам махал на прощание?

— Кстати, а к чему ты упомянула железо? — спросил я по дороге домой.

— Просто банник боится его.

— Э? Но в бане же полно железа!

— Ну, полагаю, дело в том, что там не чистое железо, а сталь. Эффект может быть уже не тот. Но точно я не скажу.

— Тогда откуда ты бы железо достала?

— Видела парочку железных вещей, пока бегала за этим извращенцем.

— Вот как.

— Юта, меня тоже кое-что интересует.

— А? И что же?

— У вас есть аналогичные духи, как наш банник?

— Есть один. Зовется Аканамэ. Но он считается чисто зловредным духом. Считается, что он вылизывает грязь, накопившуюся в бане, но если ты пойдешь после этого мыться, чем-то заболеешь.

— Нда, на этом фоне тот извращенец куда лучше выглядит.

За разговорами время пролетело быстро. Но в какой-то момент в голову вдруг пришло осознание, что я иду рядом с девушкой, мы наедине и счастливы. Сразу стали появляться воспоминания о прошлом . Сердце застучало сильнее. Я замер на месте, пытаясь совладать со своими чувствами. Почему, почему это снова появилось? Я зажмурил глаза и начал думать о хорошем. Через минуту я кое-как пришел в норму. Но дыхание еще было тяжелым. Вика, видя все это, с тревогой спросила:

— Что с тобой, Юта? Ты в порядке?

— Д-да. Просто вспомнил кое-что.

Делая вид, что все хорошо, я поспешно зашагал вперед.

Когда мы добрались до дома, было уже поздно. Мы даже не знали, стоит ли ужинать. Хотелось прийти и лечь спать. Открывая дверь, Вика задумчиво склонила голову.

— Хм-м…

— Что такое?

— Да я вроде по-другому дверь запирала.

Мы вошли, не особо соблюдая тишину, включили свет, и…

— Ой… — чуть ли не пискнула Вика.

Я только собрался спросить, в чем дело, как девочка закрыла мне рот ладошкой. Ничего не понимая, я огляделся, как вдруг заметил висящую на вешалке куртку, которую прежде не видел, а также услышал шум, доносящийся из ванны.

Мы оторопело думали, что делать, но за нас все решили. Из ванны прозвучал женский голос:

— Вика, это ты?

Девочка сглотнула и ответила:

— Д-да.

— А чего так поздно? — вновь послышался голос. Мне он показался взрослым. — Так, а ну-ка иди сюда. Расскажешь, где шлялась, а заодно потрешь мне спинку.

— Ч-чего?! Я тебе что, маленькая девочка, чтобы мыться с тобой?

— И чего такого? Мы обе девушки, так что никаких проблем. Иногда можно и вместе помыться, вновь ощутить единство душ. Подумаешь, возраст какой-то.

— Не пойду!

— Вика, — произнес голос с нажимом. — Не вынуждай меня выходить и применять силу. Тащи свою милую попку сюда. Быстро!

Вика грустно вздохнула. Прошептав мне на ухо, чтобы я шел в комнату и помалкивал, она метнулась к себе, после чего ушла в ванную.