Итимото Дзёгэцу - Игры богов

Музей занимал обширную площадь, поэтому к входному холлу мы вернулись спустя больше часа. Впереди нас ждал второй этаж. Мы поднялись по широкой лестнице с резными перилами, и я замер, увидев, что представляли на этом этаже. Его целиком занимали оружие и изобретения всех времен и народов. Как и внизу, этаж разделили на залы, которые отождествляли определенную эпоху, начиная с древности и заканчивая прошлым веком.

Я восхищенно выдохнул и ринулся на осмотр. Сестры подивились моей реакции, но пошли следом. Я не мог не радоваться. Оружие нравилось мне с детства и увлекло еще сильнее, когда я подсел на истории о попаданцах — там авторы каждый раз придумывали настолько разнообразные предметы для лишения жизни, что я учитывался, представляя, как ими орудую. Вызывали немалый интерес и изобретения. Что люди придумали века назад? Как они до этого додумались? Где использовали? Все это я мог узнать здесь.

Так как в историях о попаданцах в основном фигурировало холодное оружие, я надолго застрял в залах с ним. Мечи притягивали взор, хотелось взять их в руки и что-нибудь разрезать. Я был не прочь пострелять и из луков, но навряд ли из этого вышло бы что-то дельное. Древковые оружия поражали разнообразием. Несмотря на похожесть, у каждого имелись свои плюсы и минусы. А еще кинжалы, ножи, шпаги, сабли, булавы, топоры и прочее колющее и рубящее оружие. У меня попросту разбегались глаза.

И тут меня ждала любопытная вещь. В зале, где были выставлены копья, отдельно в центре за стеклянной витриной стояло копье странной формы. Если точнее, то обломок, так как от древка осталось едва ли сантиметров пятнадцать. Тем не менее другая часть тянулась больше чем на метр, и именно она акцентировала на себя внимание. Сразу после остатка древка на копье словно насадили овальный обтекатель темного цвета. На верхней его части я заметил небольшую выемку, будто туда что-то вставлялось. Металлический обтекатель выглядел современно, что ставило в тупик и не вязалось с общими представлениями о копьях. После него уже шло лезвие с двумя выступами, как у протазана.

— Странная форма, — проговорила Рита.

— Оно словно и копье, и в то же время нет, — согласился я.

Вика же подошла к заметке об экспонате и вчиталась.

— Здесь ничего не написано о нем. Только где и как его нашли. Похоже, археологи и исследователи сами не решили, что же это такое.

— Но вообще интересно. — Я скрестил руки на груди. — Вот этот обтекатель не похож на то, что могли создать в древности. Но и всякое внеземное происхождение я тоже отметаю. Появляется вопрос, а не существовала ли в те далекие времена некая цивилизация, превосходящая нас технологиями.

— Еще скажи, что это Атлантида, — хмыкнула Рита.

— А почему нет?

— Потому что глупости все это и фактами не доказано.

— А, тебе лишь бы факты.

— Ну а как же. Факты ясно показывают, что правда, а что ложь. Без них же можно придумать что угодно.

— А как вы думаете, — поинтересовалась Вика, — не слишком ли сложно было им сражаться? Все-таки эта форма… громоздкая.

— Пожалуй, — кивнул я. — Нужно древко куда длиннее. А еще лучше — что-нибудь на другой конец для уравновешивания веса.

Тут в голове что-то промелькнуло, но не задержалось. Казалось, я только что выдал ответ на некий вопрос. Но я так и не понял на что.

— А, забейте, — махнула рукой Рита. — Мы можем строить догадки сколь угодно. Оставьте это ученым. Идемте дальше.

Как бы ни манило загадочностью это копье, все улетучилось, когда пошли залы с огнестрельным оружием. Первые модели порой вызывали ступор своим видом, не совсем походящим на то, к чему мы привыкли. А поздние поражали разнообразием и изысканностью отделки. Деревянные рукояти и приклады часто богато украшались, а иногда — даже дула. В залах представлялся широчайший выбор: от крохотных пистолетов до громаднейших кулеврин и аркебуз. Встречалось и именное, и парное оружие. Отдельно стояли и осадные орудия. Конечно, не в большом количестве, иначе они бы заняли не один зал, но в достаточном, чтобы четко и наглядно показать каждый тип. Особенно впечатляла мортира весом в тонну.

Было занимательно наблюдать, как произошел резкий скачок в создании огнестрельного оружия. Новинки следовали одна за другой, с каждым разом изменяя его структуру и внешний вид. Хотя забавляло, когда на глаза попадались ранние или альтернативные версии этих новинок, так как зачастую их применяли довольно несуразными способами.

Оружие из зала в зал становилось все современнее. Заряжающееся поштучно сменялось магазинным, последнее улучшалось и превращалось в автоматическое. И то, в свою очередь, модернизировалось и модернизировалось. В конце уже шли воистину устройства для тотального смертоубийства.

Но за оружием мы не забывали и о изобретениях. Много предметов придумали давным-давно, а использовались они до сих пор. Много все еще таили в себе загадку, которую никак не могли разгадать. Изобретения поражали воображение. Не раз я видел современные приборы, которые изначально выглядели до жуткого просто. Что-то казалось абсурдным, но тем не менее приносило пользу. По счастью, у каждого предмета имелась подробное описание, поэтому нам не пришлось ломать головы, раздумывая, для чего это служит.

Когда этаж был осмотрен, Рита и Вика утаскивали меня с него силком — я очень не хотел его покидать. Но пришлось. Остался лишь третий этаж.

Этот посвятили эстетическим искусствам — на стенах висели картины, вдоль стояли статуи и бюсты. Кроме того, встречались и фрески, и мозаики, и даже сотканные полотнища. Одно такое простиралось в длину метров на десять и изображало масштабное сражение. И в голову не приходило, сколько сил и времени потратил автор на создание этого шедевра. Конечно же, и данный этаж не отошел от правила остальных — экспонаты шли по годам их создания: от древнейших до нынешних.

Мы неторопливо ходили от стенки к стенке и пытались найти «глубокий» смысл в картинах.

— Вот здесь автора явно ударили обо что-то головой.

— С чего ты взяла?

— А ты видишь вот в этом двух акробатов? Я в упор не вижу.

— Нет, ну если включить немного воображения…

— Судя по всему, автор и включал, но что-то пошло не так.

— Рит, ты совсем ничего не понимаешь в авангарде.

— Пусть рисуют нормально.

— О, а вот тут кое-кто хотел покурить.

— А?

— Видишь, девушка маки собирает.

— И чт… а, стоп.

— Во-о-от. Теперь и ты поняла.

— Мой мир никогда не будет прежним. Я о таком и помыслить не могла.

— Ха-ха, страдай теперь.

— А это попахивает извращенством.

— Чего?!

— Ну, просто где вы видели, чтобы нормальный человек обнимает овечек с такой любовью. Точно неспроста.