Дмитрий Липкинд - IT AS IS [сборник]

Там, где раньше сидел голубь, теперь лежала бесформенная кучка розово-красной кашицы. Из неё торчали перемазанные кровью перья и крохотные белые кости. На этой куче сидела огромная серая ворона и монотонно, как заведённая, клевала останки голубя. «Тук-тук», — выстукивала она по жестяному карнизу.

Я пододвинул доску поближе к окну и сел на своё рабочее место, пытаясь сосредоточиться. Если бы жизнь была фильмом, то в этот самый момент стоило бы закончить сцену. Было бы крайне эффектно — останки голубя и изумлённое лицо главного героя. Но жизнь приходится проживать всю, каждое мгновение, секунда за секундой. Я сидел за компьютером, пытаясь сосредоточиться на работе, но всё, чем было занято моё сознание — это непрекращающийся аритмичный стук за окном.

«Тук-тук», — снова и снова раздавалось из-за маркерной доски. Казалось, этот звук издаёт нечто древнее и вечно голодное, находящиеся в заточении среди графиков и UML-диаграмм. И оно уже почти освободилось, почти расправилось с последней преградой на пути к нашему теплому и уютному, состоящему исключительно из бизнес-планов и техзаданий миру.

Я уходил с работы последним, и, закрывая кабинет, всё никак не мог попасть ключом в замочную скважину — так сильно у меня дрожали руки. Даже из-за закрытой двери я слышал удары птичьего клюва о стальной карниз: «тук-тук». Я слышал их, ожидая лифта на этаже, и внутри лифта, и в холле, когда ставил офис на охрану. И лишь когда я покинул здание, наваждение пропало. Вжав голову в плечи и стараясь не оборачиваться, я шагал прочь.

А ночью был сильный дождь, и на следующее утро подоконник был чист и пуст.

В офисе было тихо и темно, лишь стук клавиш и редкие щелчки мыши нарушали едва различимое жужжание кулера, да широкоформатный монитор освещал измождённое лицо regular developer'а Миши. Сторонний наблюдатель мог бы подумать, что идёт обычная рабочая ночь с пятницы на субботу. Так оно и было для тысяч других разработчиков по всему миру, но только не для Миши. Поставив очередную пустую бутылку под стол, он внезапно почувствовал, что граница, отделяющая его от гордого титула «senior developer», не так уж и далека.

«Я встаю не раньше полудня, работаю до двух часов ночи и выпиваю за раз три литра пива. Наверное, я становлюсь профессионалом», — подумал Миша, и в этот самый момент почувствовал на себе чей-то тяжёлый взгляд. То, что он увидел, подняв глаза от монитора, заставило его замереть от ужаса. Две фигуры в серых балахонах стояли по обем сторонам его стола. Лица, скрытые низко надвинутыми капюшонами, смотрели сурово и, в то же время, безразлично. Страшно было пошевелить хотя бы пальцем или вздохнуть, а сознание отчаянно отказывалось верить в реальность происходящего.

Миша узнал этих двоих. Старшие коллеги рассказывали ему, что всякий раз, когда кто-нибудь подбирается к мистической грани между простым разработчиком и старшим, к нему приходят эти двое, чтобы посвятить в свои мрачные тайны.

Миша сглотнул и тихо спросил дрожащим голосом:

— Тим-лид Коля? Проджект-менеджер Изя? Рабочий день уже давно закончился, что вы здесь делаете? И к чему весь этот маскарад?

— Михаил, ты и сам знаешь, зачем мы здесь, — бесстрастным голосом ответил Коля, — должность рядового девелопера стала мала тебе. Пришло твоё время, Михаил.

— Время инициации, — так же бесстрастно и сухо продолжил Изя. — Пойдём за нами, и мы покажем тебе две стороны разработки — светлую и тёмную. В эту ночь ты узнаешь достаточно, чтобы сделать выбор.

— Я покажу тебе светлую сторону разработки, о которой мечтает любой инженер. А Изя покажет тебе изнанку, тёмную сторону, от которой у программистов мурашки бегут по коже.

— Дарк-сайд, это называется дарк-сайд, — поправил его Изя.

— Да, многие родные слова на тёмной стороне заменяются транскрипцией иностранных терминов. Ну ничего, Миша, ты привыкнешь. Собирайся.

Сказав это, Коля и Изя развернулись и пошли по направлению к выходу. Собирать Мише было нечего, поэтому он поднялся со своего рабочего кресла и, с трудом переставляя ватные ноги, пошёл следом.

Когда Миша догнал их около лифта, Коля, не оборачиваясь, заговорил:

— Для начала тебе придётся принять горькую истину: цель разработки ПО — получение прибыли. Да, все наши архитектуры, базы данных, алгоритмы и фреймворки — это сайд‑эффекты бизнеса. К счастью, в чистом виде ни тёмная, не светлая сторона не встречаются. Иначе в первом случае ПО перестало бы существовать, потому что никто бы его не делал, а во втором — потому что разработка длилась бы бесконечно. Да, только не нужно приравнивать светлую и тёмную сторону к добру и злу. Ведь если разобраться, мы все служим одному и тому же…

— Любая организация существует только затем, чтобы её руководитель мог купить себе Порш Кайен, — перебил его Изя, и они оба дружно захохотали. Тут Мише впервые захотелось потихоньку слинять от этих двоих, но, словно прочтя его мысли, Изя обернулся:

— Оставь свой страх — сегодня тебе нечего бояться, ведь над землёй плывёт особенная ночь, мы её называем «Лель-Кодиим».

Миша мало что понял из этих слов, но желание убежать куда-то исчезло, тем более что лифт уже приехал.

Внутри лифта царил приятный полумрак. Откуда-то сверху лилась тихая ненавязчивая музыка. «Кажется, это Брайн Ино», — подумал Миша. Привычных кнопок с этажами не было. Вместо них на стене находилась небольшая панель из гладкого светлого металла. В верхней части был изображён силуэт надкусанного яблока, в нижней — единственная кнопка без каких-либо надписей.

— Какой странный лифт, никогда не видел таких, — удивился Миша, — Как же он узнаёт, куда мне надо?

— Миш, это очень современный лифт, — несколько раздражённо ответил Изя, — его создатели лучше знают, куда тебе нужно ехать.

С этими словами Изя нажал на кнопку, двери плавно закрылись, и лифт поехал. По слегка возросшей силе тяжести Миша понял, что поехали они вверх, и при этом с приличной скоростью.

Двери лифта открылись, и Мишу ослепил яркий свет. Такого яркого света он не видел ещё ни разу в жизни. Но раздался хлопок и свет погас.

— Блин, опять лампочка лопнула. Глянь там, остались ещё? — спросил голос из темноты.

— Ну сколько раз говорить, нет, и мы сейчас не можем себе это позволить, — ответил ему другой голос. — Вот когда запустим in-app purchase, тогда сразу лампочек купим.

— Смотри внимательно, Михаил, это стартап, — торжественно сказал Коля, выходя из лифта и обводя грязное полуподвальное помещение рукой. У дальней стены друг напротив друга стояли две школьные парты, на каждой из которых находилось по компьютеру. За первым компьютером сидел бородатый мужчина неопределённого возраста в потёртых брюках и старом свитере, по пятнам на котором можно было получить примерное представление о его диете. Человек за соседним компьютером выглядел чуть более опрятно — на нём были тренировочные штаны и малинового цвета водолазка. Вместо мышки у него был графический планшет. Рядом с лифтом стоял продавленный диван, на котором сидел третий участник стартапа. На нём были искусно порванные джинсы, клетчатая рубашка и очки в роговой оправе. На коленях у него лежал ноутбук.