Роберт Хайнлайн - Чужак в чужой стране
- Название:Чужак в чужой стране
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Эксмо
- Год:2003
- Город:Москва
- ISBN:5-699-04279-2
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Роберт Хайнлайн - Чужак в чужой стране краткое содержание
Роберт Хайнлайн является безоговорочно самым популярным и любимым автором-фантастом в США. По опросу журнала «Локус», Хайнлайн назван «Лучшим автором НФ всех времен», он — первый обладатель титула «Гранд Мастер», лауреат четырех премий Хьюго. А роман «Чужак в чужой стране» — безусловно, лучшее произведение Хайнлайна, ставшее культовой книгой для любителей фантастики всего мира.
Чужак в чужой стране - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Ну, разве что в этом случае.
— Хороши. Здесь бы считалось галлюцинацией, если я верно грокнул, что мы слоняемся среди живых после рассоединения. Но на Марсе либо имеет место всепланетная галлюцинация, либо верно более простое объяснение. То, которому меня учили и в которое заставлял меня поверить весь мой опыт. Потому что на Марсе «духи» — наиболее сильная и многочисленная часть населения планеты. Те, кто еще жив, соединенные, рубят дрова и носят воду для Старших. Они их слуги.
Джубал кивнул.
— О'кей. Никогда не буду больше пытаться лицемерно забывать о бритве Оккама [68] Бритва Оккама — положение философии и логики, которое упрощенно формулируется так: если имеется несколько объяснений одного явления, то наиболее правильное — наиболее простое.
. Хотя это и противоречит моему опыту, мой ограничен этой планеткой. Провинциален. Хорошо, сынок. Так ты боишься, что они могут разрушить Землю?
Майк покачал головой.
— Не совсем так. Я думаю… не грокаю, только полагаю… что они могут сделать одно из двух: либо разрушить планету, либо попробовать завоевать нас культурно, переделать нас по своему подобию.
— И тебя не тревожит, что они разрушат Землю? Забавный подход!
— Нет. Конечно, они могут сделать это. Видишь ли, по их меркам мы — сборище больных и калек. То, как мы ведем себя друг с другом, то, что мы не можем понять один другого, наша почти полная неспособность взаимного гроканья, наши войны, болезни, голод, жестокость… С их точки зрения мы душевнобольные. Я знаю . Поэтому я думаю, они могут уничтожить нас просто из милосердия. Но это только предположение: я-то не отношусь к Старшим. Но, Джубал, если они решат сделать это, пройдет… — Майк надолго задумался, — минимум пять сотен лет, скорее, даже пять тысяч, прежде чем они что-либо предпримут.
— Долгонько же нам ждать суда.
— Джубал, величайшее различие между двумя расами состоит в том, что марсиане никогда не спешат. Люди же — всегда. Марсиане предпочитают подумать лишнюю сотню-другую лет, чтобы увериться, что грокнули в полноте.
— В таком случае, сынок, стоит ли волноваться? Если через пять-десять столетий люди не смогут договориться со своими соседями, мы-то с тобой чем можем помочь? Хотя я думаю, они договорятся.
— Я тоже так грокаю, но не в полноте. Я говорил, что не это меня тревожит. Меня больше беспокоит второй вариант. Они могут прийти сюда, чтобы попробовать переделать нас. Джубал, они не смогут . Такая попытка убьет нас, причем смерть эта будет мучительна. Это было бы огромной неправильностью.
Джубал помолчал, прежде чем ответить.
— Но, сынок, разве не то же самое пытаешься сделать ты!
Майк поглядел на него с несчастным видом.
— Я с этого начал. Но сейчас я изменил свои намерения. Отец, я знаю, что ты был разочарован, когда я основал Церковь.
— Это твое дело, сынок.
— Да. Я должен грокнуть каждый узел сам… То же самое касается тебя… и любого другого. Ты есть Бог.
— Я не принимаю этой должности.
— Ты не можешь от этого отказаться. Ты есть Бог, и я есть Бог, и все, что грокает, есть Бог, и я есть все, чем я когда-либо был, что когда-либо видел, ощущал, испытывал. Я есть все, что я грокнул. Отец, я видел, в каком ужасном состоянии находится эта планета, и я грокнул, хотя и не полно, что я могу изменить ее. То, чему я должен был научить других, невозможно изучить в школах. Я был вынужден облечь это в форму религии, хотя это никакая не религия, и соблазнить рядового человека испробовать это самостоятельно, играя на его элементарном любопытстве. Частично все прошло так, как я задумывал. Учение так же доступно любому, как и мне, выросшему в марсианском гнезде. Наши братья научились (ты видел, ты разделил это) жить в мире и счастье, без слез, без ревности.
Одно это было триумфом. Деление на мужчин и женщин — это величайший дар из всех, что мы имеем. Романтическая физическая любовь может быть присуща только этой планете. Если это так, то Вселенная гораздо беднее, чем могла бы быть… и я смутно грокаю, что мы, кто есть Бог, сохраним это драгоценное открытие и разнесем его дальше. Соединение тел и единение душ, обоюдный восторг, процесс, в котором каждый и дает, и получает… на Марсе нет ничего даже отдаленно похожего, и я в полноте грокаю, что именно это — источник всего, что делает эту планету такой богатой и чудесной. И, Джубал, пока человек — мужчина ли, женщина ли — наслаждается этим сокровищем, купаясь в волнах обоюдного блаженства душ, соединенных так же тесно, как и тела, человек этот так же невинен, как если бы никогда не знал физической близости. Но я грокаю, что зря говорю тебе это: ты знаешь это сам. Твое нежелание довольствоваться чем-то меньшим доказывает это… И, кроме того, я имею прямое свидетельство. Ты грокаешь. Ты всегда грокал, не прибегая к языку. Доун сказала нам, что ты был так же глубоко в ее сознании, как и в теле.
— Леди преувеличивает.
— Для Доун невозможно говорить об этом что-либо, кроме правды. И… прости меня… мы тоже там были. В ее сознании, не в твоем… и ты был там с нами.
Джубал не стал говорить, что те немногие случаи, когда он чувствовал, будто может читать мысли, приходились как раз на такие ситуации… да и то речь, скорее, шла не о мыслях, а об эмоциях. Он просто пожалел (на этот раз без горечи), что невозможно стать на полвека моложе. В этом случае Доун избавилась бы от теперешнего «мисс» перед фамилией, и он рискнул бы на повторную женитьбу, невзирая на старые шрамы. Вчерашняя ночь стоила всех тех лет, что ему предстояло прожить. По сути Майк был прав.
— Продолжайте, сэр.
— Вот чем мог бы быть союз мужчины и женщины. И чем, как я не сразу грокнул, он редко бывает. Вместо этого ему сопутствуют обоюдное безразличие, механически выполняемые действия, насилие и попытки соблазнения — все как в игре, не лучшей, чем рулетка, но менее честной… проституция, безбрачие — добровольное и вынужденное, — страх, чувство вины, ненависть, дети, выросшие в убеждении, что секс — это плохо и стыдно, что это надо прятать, что ни в коем случае нельзя доверять партнеру. Прекрасный и совершенный дар — разделение людей на мужчин и женщин — поставлен с ног на голову, вывернут наизнанку и от этого безнадежно изуродован.
И любое из тех отвратительных явлений, что я перечислил, венчается ревностью. Джубал, я не могу в это поверить. Я так еще и не грокнул «ревность» в полноте, для меня это синоним сумасшествия. Когда я впервые ощутил этот экстаз, моей первой мыслью было, что я должен немедленно поделиться этим со всеми моими водными братьями. С женщинами — непосредственно, с мужчинами — путем более частого деления воды жизни. Намерение попытаться сдержать этот неиссякающий фонтан напугало бы меня, подумай я об этом. Но такая мысль мне даже и в голову не приходила. И как логическое следствие — я не имел ни малейшего желания разделить это чудо с тем, кому я не доверял, кто не был моим водным братом. Джубал, я физически неспособен любить женщину, которая не разделила со мной воду. И так каждый в Гнезде. Психическая импотенция… если души не гармонируют, как гармонируют тела.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: