Василий Гигевич - Полтергейст
- Название:Полтергейст
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Юнацтва
- Год:1992
- Город:Мн
- ISBN:5-7880-0691-0
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Василий Гигевич - Полтергейст краткое содержание
Белорусский прозаик Василь Гигевич в книге «Марсианское путешествие» повествует о необычных аспектах влияния научно-технического прогресса на судьбу человека и жизнь общества. Возможна ли жизнь общества под управлением искусственного интеллекта.
Контакт с внеземной цивилизацией — вот основной сюжет повести «Полтергейст» и романа «Помни о доме своем, грешник».
Полтергейст - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Слушаю, товарищ подполковник, — раздался в динамике голос заместителя — майора Андрейченко.
— Что там происходит у твоего кабинета? Это что за клуб веселых и находчивых? Может, еще одну оперативку провести?
— Сейчас выясню, товарищ подполковник, и сразу же доложу.
— Срочно, — Селиванов откинулся на спинку стула и почувствовал, как волна усталости и раздражительности накатывается на него, сковывает все тело. По горькому опыту он уже знал, что главное теперь — сжать зубы и терпеть, терпеть, не взорваться…
Спустя минут пять майор Андрейченко заглянул в кабинет.
— Разрешите доложить, товарищ подполковник?
— Слушаю.
— Тут такое дело, — Андрейченко, стоя перед столом Селиванова, вдруг повел себя вовсе не по уставу: переступил с ноги на ногу, покраснел и почему-то растерялся — видимо, не знал, что и как говорить дальше.
— Ну, что там? Почему молчишь?
— Николаенчик рассказывает такое… — выдавил из себя заместитель всего три слова и замолчал.
— Что-о? Опять Николаенчик что-то отчебучил? — Селиванов стал подниматься со стула, чувствуя, как наливаются тяжестью его кулаки.
— Да нет, пока ничего страшного не случилось. Просто он всерьез доказывает такое, от чего народ со смеху покатывается… Ему никто не верит, а он свое гнет.
— Что, работы нет на участке? Ни — тебе, ни — Николаенчику. Анекдотами заняты… Куда ты смотришь? Дорогой мой, если ты с Николаенчиком не можешь справиться, тогда я за тебя возьмусь. Совсем дисциплина разваливается. Еще от того происшествия не отмылись, на всю республику прославил…
За последнюю выходку участкового Николаенчика Селиванов едва выговор не получил. Случилось это во время серьезного республиканского совещания. Николаенчик раньше всех зашел в зал заседаний и занял целый ряд. Если кто-нибудь спрашивал: «Здесь свободно?» — Николаенчик, взглянув на человека, одним говорил: «Свободно», а другим: «Занято». Таким образом, он по своему усмотрению подобрал людей на весь ряд. Наконец, когда почти все расселись и прозвенел последний звонок, Николаенчик увидел пожилого майора, который опаздывал и крутил бритой головой во все стороны. Николаенчик смилостивился над ним: «Садитесь на мое место, товарищ майор. Меня почему-то на всех совещаниях склоняют. Думаю, на этот раз будет то же самое. Пойду-ка я на галерке спрячусь».
И сразу же смылся на галерку, уступив место майору.
Члены президиума заняли места за длинным столом на сцене. Докладчик пошел к микрофону. И вдруг безо всякой команды и разрешения в тысячном зале начался шум, а потом взорвался такой хохот, какого тут никогда не бывало. Поначалу члены президиума ничего не могли понять. И только потом, внимательно вглядевшись в зал, начальство заметило, что целый ряд занимают одни лысые — их блестящие головы сияли, как арбузы на солнце…
Серьезное совещание, считай, сорвалось. Два дня люди смеялись… А что смешного, если подумать?..
— Что он сегодня плетет, этот шалопай? — после недолгого молчания обратился Селиванов к растерянному майору.
— Я лучше самого Николаенчика позову. Пусть он сам все расскажет. Разрешите, товарищ подполковник? — сказал Андрейченко. — Тем более что он и мне клянется, что все — правда.
— Что — правда?
— Ну то, что он рассказывает, будто бы все это и на самом деле произошло…
— С ума сойдешь с вами… Ладно, зови гвардейца, — кивнул Селиванов в сторону двери.
Андрейченко вышел в коридор и тут же вернулся вместе с лейтенантом.
Есть люди, которых даже казенная форма не делает похожими на других. Именно таким был Николаенчик. Невысокий и полный, веснушчатое — и зимой и летом — лицо, небольшой курносый нос, голубые, удивительно чистые глаза. Николаенчик у всякого, кто его видел впервые, вызывал недоверие: как это наивное дитя берется за взрослые дела?.. То, что Николаенчик может что-либо сотворить — об этом и мысли не было. Казалось, Николаенчик — это что-то чистое и почти святое… Но Селиванов хорошо знал, что скрывается за этой святостью.
Николаенчик переступил порог кабинета и, щелкнув каблуками, вытянулся в струнку, как-то вкривь приставив ладонь к фуражке. Он не мигая смотрел выше головы Селиванова, как раз туда, где висел портрет строгого Феликса Эдмундовича. Потом по-ученически отчаянно и громко заорал:
— Товарищ подполковник, лейтенант Николаенчик по вашему приказанию…
Вот и на этот раз… Все, казалось бы, как нужно, если бы не эта вывернутая ладонь.
— Отставить, — прервал Николаенчика Селиванов и поморщился, как от зубной боли.
— Что там у тебя? Что за концерты происходят? Неужели работы на участке мало?
— Товарищ подполковник, позвольте доложить обстановку, — по-прежнему отчаянно и звонко орал Николаенчик, стоя перед столом, за которым, нахмурившись, сидел Селиванов. — Я не виноват, что народ смеется. Мне никто не верит. Я не знаю, что делать в такой обстановке. Короче говоря… На моем участке в одном из домов началась какая-то чертовщина. Подушки сами по себе летают. Из счетчика пробки падают на пол. Постель сама по себе разбрасывается. Жильцы нервничают, до истерики доходят. Вот у меня здесь даже заявление от гражданки Круговой, — Николаенчик полез в нагрудный карман, где, наверное, лежало заявление.
— Ты что-о?.. — забыв обо всем на свете, закричал побледневший Селиванов. Он поднялся со стула и был теперь почти вровень с Феликсом Эдмундовичем. — Еще и надо мной насмехаться вздумал? Мало тебе республиканского совещания, паразит? Во-оон!..
— Есть! — Казалось, Николаенчик козырнул даже с какой-то радостью и сразу же, повернувшись, выскочил за дверь. Словно нечистый дух испарился.
— А ты что стоишь? И ты заодно с ним? — уже не зная, как избавиться от жгучей злости, Селиванов обрушился на молчавшего заместителя.
— Виктор Петрович, не горячитесь. Позвольте, я возьму это дело под свой личный контроль, — дружеским голосом сказал Андрейченко. И этот тихий голос заместителя, по службе ни разу не подводившего Селиванова, как бы остудил начальника. И успокоил.
— Хорошо. Проверь его работу, — Селиванов почувствовал, как подгибаются колени.
Он опустил тяжелое непослушное тело на стул и только теперь заметил, как дрожат пальцы. Чтобы успокоиться, Селиванов повысил голос и одновременно стучал кулаком по столу:
— Займись срочно (стук). Разберись во всех тонкостях, напиши рапорт и сразу же мне на стол (стук). Хватит измываться над советской милицией. И без него журналистов на нашу голову хватает (стук-стук). Всю дисциплину разваливает, вся политработа к черту летит. А тогда я ему все припомню… И как кабель стратегический из земли вывернул… Все-е-е припомню (стук-стук-стук).
Два года назад Николаенчик повел пятнадцатисуточников копать на перекрестке яму, где планировалось поставить большое выпуклое зеркало. Было это зимой, мороз — градусов двадцать. Сжалившись над забулдыгами, Николаенчик остановил буровую машину, которая в этот момент ехала по дороге, и попросил шофера пробурить ямку. Приказано милицией — сделано. Беда в том, что машина не могла подъехать к отмеченному на карте месту. С разрешения Николаенчика отступили на полметра. Зарокотал мотор, завертелся бур, подалась мерзлая земля. А через пару минут с метровой глубины показались обрывки многожильного, в руку толщиной, экранированного черного кабеля…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: