Николай Аксион - Вселенная Неизбежности

— Здесь не предусмотрено автоматического режима. Кто-то должен стоять на управлении.

Смысл сказанного не сразу дошел до остальных.

— Значит… — начал Нокс.

— Один из нас должен остаться, — закончила за него Кейлин.

— Но это абсурд! — Лори тряхнула головой. — Надо задать компьютеру другую программу.

— Не выйдет, — уныло ответил Нокс. Это военный компьютер ТС-10. Все программы зашиты у этого монстра в матричном ПЗУ. Нельзя изменить ни одной команды.

В ответ Кейлин громко прокляла всех военных вместе с оборудованием, звездолетами и компьютерами.

— Проклятьями делу не поможешь, — заметила Лори. — Я останусь, и буду управлять компьютером.

— Ни в коем случае! — решительно возразил Нокс. — Я несу ответственность как член экипажа и…

— О чем вы говорите?! — с отчаянием в голосе вмешалась Кейлин. — Да меня в дрожь бросает от одной мысли, что кто-то останется здесь совсем один на верную смерть!

Разговор принял сумбурный характер. Каждый старался переговорить другого и уловить смысл в общем хаосе стало весьма непросто.

— Шансы примерно равны в обоих случаях…

— Ничего подобного!

— Бесконечно малая вероятность…

— …но величины разного порядка!

— …можно оставить двоих…

— Или троих!

— Чушь!

— Тихо! — резким окриком Нокс положил конец препирательствам. — Так мы ничего не сможем решить. Давайте попросим компьютер назвать случайное число и тогда…

Кейлин и Лори заговорили в один голос. На некоторое время опять возник словесный беспорядок.

— … и вообще этот компьютер не сможет назвать случайное число! Он не запрограммирован на это.

— Но, это ведь не единственный способ получения случайных чисел, — сказала Кейлин. — Я читала, что раньше, когда не было компьютеров, люди поступали по-другому.

— Например?

— Ну… например они подкидывали монеты…

— А что это такое?

— У нас нет ни одной!

— … тянули жребий

— Чего тянули?! Это как?

— … бросали кости…

— Жаль, мы не захватили частей того скелета!

— Да нет же! Вы не понимаете! — Кейлин попыталась объяснить. — Монеты, они такие круглые, их делали из золота…

— Ага, — догадался Нокс. Это чтобы было удобнее растягивать!

— Что растягивать?!

— Ну этот, как его… жребий! Они брали золото, оно ведь легко растягивается, и тянули из него монеты.

Кейлин имела весьма смутное представление о том, как изготовлялись монеты, и догадки Нокса окончательно ее запутали.

— Ладно, оставим эти моменты. Лучше я объясню как тянули жребий.

— Но ведь его тянули из золотых монет!

— Да нет ведь, не так! Или так? Не знаю! Просто ужас какой-то. Я должно быть взяла неудачный пример. Вот слушайте, я расскажу как бросать кости.

— Но у нас нет ни чьих костей!

— Это просто такое название. Нужно взять любой кубический предмет, отметить на его стороне числа и бросить. Потом посмотреть, какое число будет на той стороне, которой он упадет.

— Странный способ, — с сомнением проговорил Нокс. — Так можно получить только шесть вариантов.

— Нам больше и не надо. По две стороны на каждого. А в древности, для увеличения степеней свободы брали больше кубиков.

— Все равно, у нас нет ничего подходящего.

В этот момент Лори извлекла из кармана ровный кубик, который она когда-то захватила из трюмов с оборудованием.

— Сойдет?

Кейлин и Нокс замолчали. До сих пор они обсуждали идею как бы не всерьез, не веря в то, что кто-нибудь согласиться остаться, подчинившись случайному выбору, или что остальные позволят кому-то это сделать. Но теперь сумасшедшая мысль приобретала реальные очертания и оба в нерешительности смотрели на кубик в руке Лори. Каждый подумал про себя, что откажись они сейчас, и в результате упрямство и моральный долг вынудят остаться всех троих. Почему тогда не принять условия этой игры, тем более если шансы выиграть у каждого больше 0,6?

— Сойдет! — уверенно и жестко сказала Кейлин. — Надо только пометить чем-нибудь стороны.

— Можно воспользоваться лазером, — Нокс вытащил маленький прибор.

Не прошло и минуты, как все стороны были уже распределены и соответственно отмечены.

— Ну, кто будет бросать? — спросил пилот, выключая лазер.

Вновь возникло некоторое молчаливое замешательство.

— Ты нашла, ты и бросай! — Кейлин передала кубик Лори, и та зажала его в кулаке.

— Господь Бог не играет в кости. Теперь я понимаю смысл этого выражения, — слегка улыбнувшись Лори бросила кубик.

"The God casts the die, not the dice…" — пронеслось в голове Кейлин.

Прокатившись несколько сантиметров, кубик остановился. На верхней стороне оказалась буква "Л".

— Выбор сделан, — спокойно сказала Лори. Я остаюсь.

Дальнейшие события разворачивались очень быстро. Никому все еще не верилось, что Лори останется одна, управляя компьютером криосистемы. И Нокс и Кейлин все время хотели остановиться, но что-то все время толкало их на следующий шаг. "Это безумие", — думали они, — "Сейчас я откажусь и мы прекратим это". Но решительный отказ все откладывался и откладывался, до тех пор, и вскоре возражать уже было поздно.

Когда последний криоконтейнер отправился в систему хранения, Лори перевела компьютер в ждущий режим и огляделась. Ощущение реальности медленно возвращалось к ней, и одновременно приходили захлестывающие волны страха. Мысль о том, что она осталась одна на мертвом корабле, что все это происходит взаправду, оказалась слишком тяжелой. Все напряжение, весь ужас последних дней вдруг навалился на беззащитную девушку, и не выдержав этого, она потеряла сознание.

Нечто висело в пустоте. Вокруг не было ни времени, ни пространства. Момент ноль, когда нет ни прошлого ни будущего. "Кто я?" — спросило себя Нечто. Ответа не последовало, но вокруг произошло неуловимое, неосязаемое изменение. Что-то стало не так. Нечто поняло, что появилось Время.

Яркую вспышку бурлящего пространства, когда бесконечно плотное вещество переходило в новое состояние, Нечто восприняло с беспредельным спокойствием. Планковское время казалось для него вечностью — можно было размышлять и ждать. Нечто еще не знало того, что нет ничего короче вечности.

Когда первые 10–26 секунды истекли, Нечто стало обращать внимание на окружающую обстановку. Эта обстановка не понравилась ему. Для него здесь было слишком жарко — около миллиона Кельвинов. Впрочем само понятие температуры не имело сейчас смысла — пройдет еще немало времени, пока во Вселенной появиться области с термодинамическим равновесием. "Откуда мне это известно?" — удивилось Нечто.

Оно решило заглянуть вперед. Сначала на три минуты. Там было не лучше. Хотя вещество в основном остыло, оно все же никуда не годилось. Поэтому Нечто переместилось сразу на пять миллиардов лет вперед. "Так не пойдет", — сказал ему кто-то, — "ты не должна пропускать уроков"…