Виктор Сапарин - Однорогая жирафа (сборник)
- Название:Однорогая жирафа (сборник)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Отпечатано с матриц типографии Красное знамя изд-ва Молодая гвардия на Книжно-журнальной фабрике Главиздата Министерства культура УССР.
- Год:1958
- Город:Киев
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Виктор Сапарин - Однорогая жирафа (сборник) краткое содержание
Виктор Степанович Сапарин родился в 1905 году в Москве.
С 1926 года он работает в газетах и. журналах, печатая корреспонденции, очерки, фельетоны.
Научно-фантастические рассказы начал писать в 1946 году, публикуя их в журналах «Знание — сила», «Вокруг света», «Техника — молодежи».
В 1949 году вышли его первые книги «Исчезновение инженера Боброва» и «Удивительное путешествие», в 1950 году — сборник рассказов «Новая планета», в 1952 году — повесть «Голос моря».
Настоящий сборник составлен в основном из новых рассказов. В них нашли отражение научные проблемы сегодняшнего дня — новые строительные материалы, использование энергии луны, прибор, задолго предсказывающий шторм, новые пластмассы.
Герои рассказов — простые советские люди, — геологи, ученые, рыбаки, инженеры, студенты.
Рассказы разнообразны по тематике и читаются с интересом.
Аннотация издательства.Однорогая жирафа (сборник) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Я заявил, что он может делать, что угодно, но я не полечу обратно.
— Тогда… — пилот покосился на крючок, на котором висел брезентовый ранец, — остается только один выход.
— Прыгать с парашютом? Вы считаете, что спуск на парашюте не более рискован для пассажира, чем посадка в самолете?
— Абсолютно безопасно, — поспешил успокоить меня пилот. — Раскрывается автоматически. Скорость приземления такая же, как в лифте.
— Ну, хоть, по крайней мере, это интереснее, чем обычная посадка, — сказал я. — Я не возражаю.
Пилот облегченно вздохнул. Видимо, перспектива посадки в метель этой горы ящиков и бочек вместе с пассажиром ему на самом деле не улыбалась.
Но вдруг он помрачнел.
— А как состояние вашего здоровья? — тревожно спросил он. — Инструкция, знаете, на этот счет очень строга.
— Не беспокойтесь, — прервал его я. — Прыгать приходилось. Вообще вы имеете дело не с новичком на воздушном транспорте. Вот даже значок парашютиста, видите?
Я немного гордился своим значком парашютиста и специально прицепил его к пиджаку на время перелета. Но и человеческая слабость, оказывается, иной раз может пойти на пользу.
Пилот подвел меня к люку в полу кабины и, пока самолет описывал очередной круг, принялся объяснять мне, что я должен делать.
Он тщательно проверил, как я подогнал лямки парашюта, подтянул одну пряжку и поставил меня на крышку люка. Я попросил выбросить меня поточнее. Пилот заверил, что сбросит меня с точностью, с какой конверт опускают в почтовый ящик. Тем не менее он настоял, чтобы я надел на себя рюкзак с аварийным запасом продовольствия, и пристегнул к моему поясу лыжи.
— На всякий случай, — пояснил он.
В ответ я мог только пожать плечами. Видимо, этого требовала инструкция, а раз так, спорить было нечего.
Оглядев меня со всех сторон, пилот подошел к стене, где виднелась ручка, похожая на рукоятку тормозного крана в поезде. Он взялся за ручку, и я почувствовал, что пол подо мной проваливается. В следующее мгновение я уже летел к земле.
Сначала я окунулся в то, что мне сверху казалось серой рекой и что было на самом деле струящимся по равнине снегом. Я погрузился в эти струи по шею, снег стал бить мне в лицо, затем я почувствовал под ногами упругое поддающееся дно: это была земля.
… Светлый ореол просвечивал сквозь белую муть неподалеку от меня и выше моей головы. В косых струях снега световое пятно расплывалось, вытягивалось, трепетало, как флаг. От светлого пятна книзу шла узкая тень, в которой я, подойдя ближе, признал столб. Все вместе представляло собой фонарь.
Фонарь стоял в тундре один; вблизи я не мог рассмотреть никаких сооружений, сколько ни таращил глаза.
Возможно, что пилот высадил меня очень точно, в непосредственном соседстве с аэродромом, но мне от этого не было легче. Я видел один фонарь, а остальные, если они и существовали, безнадежно потонули среди метели. Я не знал даже, в каком направлении их искать. От фонаря не тянулось никаких проводов, которые могли бы послужить мне путеводной нитью.
Отцепив парашют и лыжи, я сложил их у столба. После этого я решил предпринять небольшую разведку. Я попробовал продвигаться в разных направлениях до пределов видимости фонаря — дальше отходить я не решался, чтобы не потерять ориентира. Всюду была голая тундра, и ни кустика среди снега.
В конце концов я вернулся к фонарю, боясь потерять и этот ориентир. Прислонившись к столбу таким образом, чтобы он защищал меня от ветра, я обдумывал положение. Очевидно, пилот радировал о моем спуске и меня ищут. Но попробуй найди человека в пургу, когда в двух шагах ничего не видно.
Сколько может продолжаться метель? Сутки? Неделю? Я представил на миг картину: замерзшее тело у фонаря, льющего холодный равнодушный свет всю полярную ночь напролет, и могильный холмик из снега среди арктического безмолвия. Затем передо мной встала другая картина: в ста шагах капитальное здание с натопленной печью, свет, люди… В Арктике можно замерзнуть буквально у порога дома.
Не знаю, какая бы еще картина явилась моему слишком живому, очевидно, воображению, но в дымчатых клубах метели, освещаемых фонарем, показалось вдруг нечто, до такой степени напоминающее обыкновенный московский троллейбус, что я ущипнул себя за руку. Мне показалось, что я уже замерзаю и все, что я вижу, мне чудится во сне.
Нечто большое, сверкающее стеклами и светом, выкатилось из туманной мглы, держа курс прямо к фонарю. Я невольно поднял голову, чтобы посмотреть, нет ли на столбе дощечки с буквой «Т», означающей троллейбусную остановку. На нем действительно была какая-то дощечка. Раньше я ее не заметил, а теперь не успел рассмотреть, так как троллейбус или то, что я принимал за него, уже остановился у столба.
Экипаж действительно походил на троллейбус, только лишенный троллов, поставленный на лыжи и снабженный винтом, вращавшимся сзади.
Некоторое время я стоял, чего-то ожидая и глядя на автоматически раскрывшуюся дверцу. Наконец я понял, что дверца открылась для меня, и полез в электросани. Мне сильно мешали лыжи, которые я счел долгом захватить с собой (парашют я еще раньше обвязал стропой вокруг столба и оставил его так). Наконец я очутился внутри, дверь захлопнулась, пропеллер снаружи образовал сплошной круг, и сани помчались среди снежного вихря.
В электробусе находилось три пассажира. Двое из них продолжали о чем-то беседовать друг с другом, не обращая на меня никакого внимания. Мое появление, очевидно, представлялось им событием вполне заурядным. Третий пассажир, молодая девушка, с улыбкой смотрела, как я барахтаюсь среди вороха имущества, которым снабдил меня заботливый пилот.
— Да вы снимите рюкзак, — сказала она наконец.
Один я в своем меховом наряде выглядел здесь «по-полярному». Прочие пассажиры были одеты в обычные костюмы. Честное слово, сядь я в троллейбус, идущий по улице Горького, я выглядел бы не более экзотичным.
— Куда мы едем? — спросил я девушку.
— Куда вам нужно, — ответила она, смеясь. — Мы ведь специально заехали на аэродром, чтобы вас захватить. Нам сообщили по радио с самолета, и мы заехали за вами, чтобы вам не ждать очередной рейсовой машины. Она придет только минут через двадцать.
Итак, то, что мне представлялось связанным с известным риском и чем я в глубине души гордился, было обыкновенной пересадкой с самолета в электробус!
Нет, не испытать мне здесь опасностей, не замерзнуть в тундре! Не допустят этого… Вообще любителям приключений в Арктике делать нечего. Я снял меховую шапку и вытер платком лоб. Конечно, экипаж отапливался. Мне было очень жарко.
Время от времени в снежной тундре возникал столб с фонарем. На двух или трех остановках вошли новые пассажиры. Водитель вел машину по курсоуказателю с таким спокойным видом, словно ехал по шоссе, хотя сани катили по открытой тундре.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: