Коллектив авторов - Полдень, XXI век (ноябрь 2010)
- Название:Полдень, XXI век (ноябрь 2010)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент «Вокруг Света»30ee525f-7c83-102c-8f2e-edc40df1930e
- Год:2010
- Город:Москва
- ISBN:978-5-98652-301-9
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Коллектив авторов - Полдень, XXI век (ноябрь 2010) краткое содержание
В номер включены фантастические произведения: «Вниз по кроличьей норе» Михаила Шевлякова (начало), «Лодочница» Евгения Константинова, «Отворотка» Евгения Акуленко, «Время человека» Татьяны Томах, «Петля» Василия Корнейчука, «Пигмалион» Татьяны Алферовой, «Письмо инопланетянам» Елены Кушнир, «Я и мисс Н.» Рината Газизова, «Нанолошадь Забайкальского» Алексея Рыжкова, «Старик» Сергея Уткина.
Полдень, XXI век (ноябрь 2010) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Как любителя фантастики с пятидесятилетним стажем, меня заинтересовала такая «статистика»: пятеро из шести интересующихся техникой (не только автомобильной!) любят фантастику! Книг они – дети века IT – не покупают, но e-book'и читают, аудио-книги слушают. Ну и, естественно, блокбастеры с анимэ смотрят, в «игрушки» играют. Предпочтения их, с моей точки зрения, странны, в мире фантастики они совершенно не ориентируются, но читают же! А вот «балласт» не читает вообще… (Тут надо признаться, что все шесть десятков молодых специалистов я по этому поводу не опрашивал). Получается, что вопрос – насколько связаны тяга к знаниям и уровень НТ-знаний с чтением НФ-литературы – совсем не странен и в начале XXI века.
Современный писатель – «техноромантик» Игорь Минаков пишет о 60-х: «Внимание научно-технической элиты к НФ объяснялось традиционной тематикой: тайны Мироздания, возникновение и эволюция Вселенной и разума, изменение человеческой природы и человеческого сознания, фундаментальные научные открытия и прорывные технологии». Правда, умнейший скептик Станислав Лем иронизировал по этому поводу ещё в 1972 году: «Ведь это чрезвычайно приятно – быть твёрдым в убеждении, что ценой скромных денег и небольшого мысленного усилия можно быть допущенным к самым могущественным тайнам Вселенной». Но это тридцать с лишним лет назад в России только с сарказмом можно было воспринимать ещё ранее выдвинутый лозунг «НФ должна звать молодёжь во ВТУЗы»! Тогда-то это было действительно смешно, совсем другие задачи стояли перед советской фантастикой, но вот сейчас смеяться совсем не хочется. «Фантастика новой эпохи не только не звала во ВТУЗы, но и вообще никуда не звала», – ещё одно высказывание пропагандиста НФ Минакова. Надо что-то делать! Ну конечно, Лем прав, заявляя, что «литература наверняка не может ни спасти мир, ни его изменить.» Но он же пишет и о том, что литература может быть «пробуждающим средством», а «отсутствие предложения является. абсолютной пустотой».
Культуролог Константин Фрумкин в одной из недавних статей ещё раз подчеркнул «познавательную» социальную функцию художественной литературы: «Роль средства познания художественное произведение играет во всех случаях, когда писатель выступает в роли эксперта, то есть человека, который знает нечто, что. неизвестно среднему читателю.»
Но телеящик и интернет привели к отдалению от литературы как источника, наделённого знанием о мире, даже в России разрушился режим «литературоцентрической» культуры, её «врагом» выступает «особая прагматическая культура, предпочитающая оценивать источники информации и выбирать приоритетные».
А вот в шестидесятые годы ХХ века частенько именно НФ и была «приоритетным источником информации» – научной (псевдонаучной), технической и социальной. НФ создавала, а затем упорядочивала информационный хаос – и не только в голове подростка! А уж в школьном классе обязательно находились несколько любителей НФ, и уже из них впоследствии выделялся школьный «знаток» физики, химии, математики. В институтской общаге на прочтение интересной НФ-новинки образовывалась очередь, скучную и глуповатую фантастику «разделывали под орех», но и её предварительно прочитывали. Как давно всё это было.
Тихое вторжение IT я наблюдал на примере собственной семьи: сын, выросший среди книжных стеллажей, запоем читал только до знакомства с возможностями компьютера. Со временем спорить бесполезно, безо всяких восторгов с моей стороны был приобретён PC, и тут чтению вообще пришёл конец. Но вот какая штука – первоначальный импульс к познанию всё же был получен от литературы, и развитие его (уже с помощью других источников) кое к чему «хорошему» привело. И ставший «руководителем среднего звена» сын никак не может понять, почему приходящие в его фирму молодые специалисты такие «тупые».
Вопрос «кто виноват?» даже не ставится – «бег часов не остановишь», но вопросом «что делать?» задаться придётся. «Общая ситуация с общеобразовательным уровнем молодой читательской аудитории ухудшилась настолько, что хоть возвращайся в XIX век», – пишет автор многих научно-популярных и научно-фантастических книг Антон Первушин, давно уже имплицитно ведущий борьбу за «возрождение НФ». Полностью согласен с ним, «что с учётом общего падения уровня культуры мы возвращаемся в ситуацию начала ХХ века, когда есть необходимость в разъяснении, как оно всё устроено…Лучшая форма для этого – «занимательная наука»…» Сам писатель предпочёл бы работать «на границе жанров, писать особую литературу, которая на заре ХХ века появилась в виде НФ-очерков, а ныне именуется научнопопулярной реконструкцией». Но дело-то в том, что «.ни издатели, ни критики в современной России пока не готовы встретить возрождение «занимательной науки»». Особенно не готовы читатели, и не «пока» – нынешний «балласт» читать вообще не заставишь! Необходима долговременная целевая программа возрождения прежде всего интереса к чтению (хотя бы «электронному»), возрождения сначала «занимательной» а затем уже «просто» науки. Короче – национальный проект «Чтение и жизнь»!
Константин Фрумкин
Ключи от Новосибирска
(План антиутопического романа)
Если бы я был писателем-фантастом, я бы написал мрачный роман, в котором России предстоит проигрыш в войне, может быть, не кровопролитной, но чрезвычайно серьезной по своим геополитическим последствиям, – скажем, в ходе этой войны стране предстоит утратить огромные территории, и она перестанет быть тем, чем была. Скажем, она утратит всю свою азиатскую часть, а может быть, еще и северный Кавказ – и вообще, результаты этой катастрофы многими будут восприниматься как полная гибель. Разумеется, это может быть война с Китаем, но лучше о противнике не говорить ничего определенного, пусть он будет некоей условностью – хотя всё равно все будут думать, что автор намекает на Китай.
В романе может быть и детективная составляющая, но все же главное в нем будет – разговоры, диспуты между героями, которые пытаются осмыслить надвигающиеся на них события. Потеря страны, потеря почвы над ногами, потеря перспективы, потеря источников всякого смысла – с этим надо что-то делать: найти способ «сбежать» от реальности или найти возможности и силы ей противостоять.
Разумеется, найдутся умники-космополиты, которые будут говорить, что именно теперь, когда принадлежность к своей стране становится сомнительной, мы должны осознать свою принадлежность к человечеству, осознать себя гражданами мира. Будут цитировать Шиллера, сказавшего: «Я рано лишился родины и предпочел человечество». Таким образом, будет преодолен соблазн национализма, делающего акцент на наименее конструктивных элементах национального – а именно на тех, где отечество противопоставляется внешнему миру.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: