Наталья Болдырева - Жаркое лето. Первый поток
- Название:Жаркое лето. Первый поток
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Наталья Болдырева - Жаркое лето. Первый поток краткое содержание
Татьяна Камнева — студентка педагогического университета Земли, отправляется на планету Акварис, чтобы распутать историю смерти своих родителей. В детском лагере отдыха "Аквамарин" ей предстоит провести три потока в качестве вожатой, решая детские проблемы, сталкиваясь с непредвиденными трудностями и открывая в этих столкновениях правду об окружающих ее людях.
Она узнает больше, чем хотела бы. Теряет одних друзей, но приобретает других, и с честью выходит из тех ситуаций, в которые ставит ее жизнь.
Жаркое лето. Первый поток - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— А где мы её вешать будем? — спросила светленькая хрупкая девчушка из младшего отряда.
— И главное, как, — подхватила я. — Вот что, вы заканчивайте тут сами, а я сбегаю в вожатскую за скотчем.
Когда я вернулась, с пальцами, заклеенными кусочками прозрачной липкой ленты, беседка стояла пустая, а готовая газета лежала в россыпи цветных карандашей, прижатая баночками с краской, лишней, никому не нужной вещью.
Когда я клеила разрисованный ватман на одну из зеркальных стен в холле, туда заглянула Елена Степановна.
— А где старший отряд? — спросила она.
— На веранде с той стороны здания, — ответила я, отдирая от пальцев скотч. Я была абсолютно уверена, что теперь они все собрались там.
И я не ошиблась. Елена Степановна вывела и построила десяти-одиннадцатилеток, а потом, скрывшись на минуту за корпусом, пригнала оттуда старший отряд в полном составе.
Я, отступив, полюбовалась на результат коллективного труда. Результат не вдохновлял.
Через пять минут "организованной толпой" мы подошли к столовой. Маргарита Михайловна обедать не пошла.
Глава 12
Столовая. Главный повар. Пропажа отряда
Детям накрывали за длинными столами, рядами выстроившимися по всему второму этажу столовой, а воспитатели и вожатые ели за столиками, стоявшими в торце каждого ряда, но отделенными от них широким проходом. Бесспорно, это позволяло без труда следить за детьми, но и с отрядами как-то не сплачивало.
Столовая оказалась просторным, светлым помещением с большими панорамными окнами, из которых открывался изумительный вид на весь лагерь. Я подумала, что когда-то это должно было быть местом встреч и торжеств первых колонистов. Было видно, что это не здание модульной сборки, как утопающие в яркой зелени корпуса, а капитальное строение. Узкие панели из розового ракушечника, разделявшие окна на секции, были стилизованы под длинные, изгибающиеся листья водорослей. Прозрачное насквозь, словно аквариум, помещение было пронизано солнцем, чьи лучи играли на дальней, сплошной стене, отделявшей столовую от кухни. С детальной точностью там были вырезаны барельефы океанических рыб. Причудливых, похожих и не похожих на земных, крохотных, и огромных.
И кормили в этой столовой необычайно вкусно. Чего-то подобного я ожидала бы от приличного ресторана Земли, но никак не от столовой заштатного детского лагеря. Простые блюда отличались изысканным вкусом. В них угадывались ароматы приправ: незнакомые, но приятные. Здешний кулинар сумел обогатить незамысловатое меню. А местная рыба сама по себе была дорогим деликатесом и самым дешевым здесь источником белка — одновременно.
Но дети ели без удовольствия. Вяло ковырялись ложками в тарелках с супом из криля, вилками чертили узоры на пшенной каше. Зато Артур быстро прикончил и первое, и второе, и ушел к стойке, за добавкой. Я с любопытством поглядывала на Елену Степановну, но та совершенно очевидно не испытывала желания общаться. Она казалась одновременно и старше, и младше своей подруги. Она выглядела на все свои сорок с лишним лет. Одновременно она не производила впечатления взрослого, самостоятельного человека. Гордая осанка и чувство собственного достоинства, сквозившее в каждом жесте, испарились вдруг куда-то, оставив немолодую, уставшую женщину один на один с собой. Она как-будто подтягивалась под свою подругу, а когда той не случалось рядом — исчезал и поддерживавший её стержень.
Поев, Елена Степановна бросилась суетливо подгонять ребят, и стала похожа на квохчущую наседку. Артур, закинув в топку последнюю ложку, принялся помогать ей, а я пристроилась к цепочке вожатых, выстроившихся у раздаточной стойки для получения полдника.
Здесь все уже были знакомы друг с другом. Многие летели вместе на одних кораблях из близлежащих систем, и все они свой последний прыжок к системе Аквариса совершили на одном судне — том же самом, которое привезло в "Водолей" моих однокурсников. Встав рядом, я прислушивалась к разговорам, но судя по всему никто в лагере не испытывал особых трудностей, налаживая отношения с отрядами. Да, сделать это вот так, в середине потока, было сложнее чем обычно, но вожатые, оставившие нам детей, справились со своей работой хорошо. Дети, воспринявшие систему необременительных лагерных правил как свою, теперь охотно следовали ей, и всё, что было нужно — войти в эту устаканившуюся жизнь, предоставив руководящую и направляющую роль ребятам. Они ведь и в самом деле были здесь старожилами, знающими и понимающими лагерь лучше нашего.
Уж лучше бы я попала в любой другой отряд, или действительно осталась с Ильсуром Айсовичем. Думаю, он смог бы научить меня многому. Ваня Железняк, тот самый молодой человек, который занял место замдиректора на первой планерке, стоял во главе очереди и весело шутил, флиртуя с девчонками. Именно его распределили к детдомовцам этим утром… Подумать только, всё это было всего лишь утром. Мне казалось, что прошла уже целая вечность.
— Невкусный обед? — спросили вдруг за спиной. — Чего стоишь такая хмурая?
Я обернулась и увидела плотного, невысокого человека в поварском колпаке. Судя по загару, пыльного, степного оттенка, был он не из местных, и прибыл на Акварис тоже недавно.
— Нет, что вы! — поспешила заверить его я, — очень вкусный! Просто изумительно.
— Да? — он улыбался, хитро щуря яркие голубые глаза. — Ну на тогда, выпей соку с булочкой, — и подал мне до краев полный стакан со сдобной булочкой, водруженной сверху.
— Спасибо, — сказала я, беря угощение.
— Кушай, — ответил он, — поправляйся. А то чего ты такая худая? В детстве маму не слушала, кашу не кушала?
— Типа да, — засмеялась я. Этот человек располагал к себе моментально.
— У тебя какие-то проблемы? — спросил он, облокачиваясь о стойку рядом. — Может надо чем-то помочь?
— Да нет, — ответила я, кусая булочку и запивая кисло-сладким гранатовым соком, — спасибо. Сама справлюсь.
— Ну, смотри, — улыбнулся он и, подмигнув, добавил, — а то обращайся, если вдруг. — И ушел, стягивая колпак, в кухню.
Навстречу оттуда вышла дородная женщина в таком же колпаке, несущая в руках по два пакета с булочками и соком в пластиковых бутылках. Наконец-то вожатым начали выдавать полдник.
Очередь задержала меня, и когда я вернулась в корпус, все уже спали. Солнце уже перевалило через полдень и медленно шло к покатым вершинам далёких гор. Но земля парила, отдавая тепло. Над белым камнем дорожек стояло едва различимое марево. Насекомые сели в траву, над лагерем разлилась тишина. Я внесла четыре полных пакета в беседку, оставила их там в относительной прохладе и прошла в холл. Из спален не доносилось ни звука. Дети утомились за день и морально, и физически. Мои коллеги, надо полагать, уложив их, тоже ушли отдохнуть. Было так тихо, что пугал малейший шорох. Стараясь не шуметь, я вынула второе кресло из высокой стопки и, вздохнув, умостилась на одном, взгромоздив ноги на второе. Мне до зарезу нужно было поспать хотя бы час.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: