Николай Чадович - Поселок на краю Галактики
- Название:Поселок на краю Галактики
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Юнацтва
- Год:1989
- Город:Минск
- ISBN:5-7880-0180-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Николай Чадович - Поселок на краю Галактики краткое содержание
Участковый милиционер Баловнев обнаружил в поселке, где он живет и работает, инопланетян — разумных существ, совершенно не похожих на людей. Оказалось, это своего рода могильщики Вселенной, появляющиеся там, где какой-либо планете грозит уничтожение.
Кроме повести «Поселок на краю Галактики» в книгу вошли такие остросюжетные произведения, как «Ад на Венере», «Телепатическое ружье», «Опасное лекарство» и другие.
СОДЕРЖАНИЕ:
Повести
Поселок на краю Галактики
Ад на венере
Телепатическое ружье (Повесть-сказка)
Опасное лекарство
Рассказы
Лес Ксанфы
Следы рептилии
Порядок регистрации
Против течения
Художник: Н. Д. Рыжий
На республиканском конкурсе на лучшее литературное произведение для детей и юношества, посвященном 70-летию Великого Октября, эта книга удостоена поощрительной премии.
Поселок на краю Галактики - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Оставив раскрытую тетрадь на видном месте, он потушил свет и вышел на улицу. Шофер, напевая что-то немелодичное, но бравурное, протирал ветошью ветровое стекло своего «газика».
— Заводи, — сказал Баловнев, садясь на переднее сидение.
Стартер заскрежетал раз, другой, третий, но скрежет этот так и не перешел в ровное гудение мотора.
— Что за черт! — Шофер выскочил из машины и поднял капот. — Бензин поступает… Искра есть… Ничего не пойму!
— Понять и в самом деле трудно, — сказал Баловнев, перелезая на водительское сидение. — Дай-ка я!
Он погладил руль, подергал рычаг переключения скоростей, несколько раз включил и выключил зажигание, а затем резко вдавил стартер.
— Во — видали! — закричал шофер. — И вас не слушается!
— У тебя жена есть? — спросил Баловнев.
— Ага!
— Ждет, небось?
— Ждет, зараза!
— Привет ей передай. А я один поезжу.
— Ну и ладно. Если не заведется, так здесь и оставляйте. Я завтра утром заберу. Удачи вам!
«Обязательно, — подумал Баловнев. — Обязательно удачи! Сейчас это мое единственное оружие!»
Через пять минут он без труда завел машину и, отъехав метров сто от опорного пункта, свернул в первый же попавшийся переулок — туда, куда увлекал его неосознанный внутренний приказ.
Ковш Большой Медведицы уже повернулся ручкой вниз, а указатель горючего приблизился к нулю, когда Баловнев, впустую исколесив все окрестные проселки, решил прекратить поиски.
Был самый темный предрассветный час. Ни одно окно не светилось в поселке. Дорога здесь резко сворачивала и спускалась к плотине, с другой стороны которой уже стояли первые дома. Справа, со стороны болот, наползал белесый туман. Слева, в низине, показались кирпичные руины старой мельницы. Напротив них, прямо посреди дороги, кто-то стоял.
Баловнев смертельно устал, и предчувствие на этот раз изменило ему. Он несколько раз переключил свет и просигналил, но фигура впереди не сдвинулась с места, лишь тогда участковый понял, что это «чужинец».
Короткая, лишенная шеи голова была по-звериному вдавлена в плечи. Он стоял к машине боком и, судя по всему, прятаться не собирался. Уступать дорогу — тоже.
«Волк, — подумал Баловнев. — Вот кого он мне напоминает. Волк, рыскающий в поисках поживы у человеческого жилья».
Он гнал машину, не убирая руки с сигнала. Никакие нервы не выдержали бы этого рева, несущегося сквозь мрак вместе с ослепительными вспышками света, но у «чужинца», возможно, не было нервов. Когда их разделяло не более шести метров, Баловнев повернул руль вправо. Тут же под передком машины что-то лязгнуло, и она перестала слушаться руля.
«Оторвалась рулевая тяга!» — успел сообразить Баловнев, вдавливая педаль тормоза в пол. Машину заносило прямо на «чужинца».
— Уходи! — заорал Баловнев, хотя вряд ли кто мог его услышать.
«Газик» тряхнуло, словно он налетел на пень, темная сутулая фигура куда-то исчезла, и в следующее мгновение свет фар выхватил из темноты стремительно летящую навстречу коричнево-красную, выщербленную плоскость стены. Осколки ветрового стекла хлестанули Баловнева по лицу, а что-то тяжелое, ребристое с хрустом врезалось в бок.
Очнулся он спустя несколько секунд. Тускло светил левый подфарник, хлюпала, вытекая из пробитого радиатора, вода. Задыхаясь от резкой боли внутри, Баловнев попытался открыть дверку, но ее заклинило. Кровь заливала глаза, и ему все время приходилось вытирать рукавом лоб.
Внезапно машина дернулась, словно кто-то пытался приподнять ее за бампер. Баловнев стал коленями на сидение и по пояс высунулся наружу. Что-то массивное, плоское снова шевельнулось под машиной. «Газик» начал сдавать задом, взрывая заблокированными колесами мягкую землю. Между капотом и стеной, вздымаясь, как опара, медленно росла какая-то плотная, округлой формы масс?. Из широких покатых плеч вылез обрубок головы — серый, глянцевый. Судорожно растянулся безгубый рот. Выпуклые рыбьи глаза совершенно ничего не отражали. Казалось, это вовсе не глаза, а две дыры, два черных провала, в которых угадывался бездонный равнодушный мрак, а может быть, что-то и похуже.
Через переднее сидение Баловнев выбрался на капот, а оттуда мешком свалился на землю. «Чужинец» был совсем рядом. Баловнев попытался вцепиться в него, но это было равнозначно тому, чтобы руками хватать дождь.
— Стой! — хрипел Баловнев. — Стой! Не уйдешь! Покуда я жив, не будет вам покоя!
— Ну что вы переживаете! Подумаешь — подвеска накрылась! У меня запасная есть. И фару заменим, и облицовку выправим. Нет проблем. Не такие дела делали. Главное — сами живы! — Шофер почесал голый живот. Под пиджаком у него ничего не было.
— Ты же знаешь, любое дорожно-транспортное происшествие подлежит регистрации и учету, — Баловнев закашлялся.
— Болит?
— Ноет.
— Это, наверное, от руля. Пройдет. Ребра, вроде, целы… Не пойму, чем вас так запорошило. Известь, что ли…
Он помог Баловневу стянуть китель, обильно осыпанный чем-то вроде серой пудры, и несколько раз встряхнул его. Пыль эта так и осталась висеть в воздухе, словно неподвластная закону всемирного тяготения.
Светало. Слышно было, как по всему поселку мычат коровы, покидающие стойла. Где-то рядом чирикала какая-то ранняя птица.
— Буксир найдешь?
— Спрашиваете!
— Тащи машину в гараж. Я туда через часок тоже подойду.
Не заходя на опорный пункт, он умылся водой возле колонки и прополоскал рот. Ключа в карманах не оказалось, но Баловнев вспомнил, что, уходя накануне, он не запер входную дверь. Сердцем ощущая смутную тревогу, он шагнул в темную, не успевшую проветриться за ночь комнату.
Все они были здесь, серые и неподвижные, словно надгробные памятники. Кто-то безликий, больше похожий на манекен для отработки штыковых ударов, шевельнулся и встал за спиной Баловнева, загораживая дверь.
— Ну, здравствуйте, — сказал Баловнев. — С чем пожаловали?
Никто не ответил ему. Стараясь не глядеть по сторонам, участковый прошел к столу и сел, пододвинув к себе тетрадь. Авторучки на столе не оказалось, он взял карандаш, но тут же сломал грифель. Уродливая беспалая лапа мелькнула возле его лица и уперлась в клавиатуру «Олимпии».
— Живьем сожрете или сначала удавите? — спросил Баловнев.
Резко щелкнула клавиша пишущей машинки. На листе бумаги, забытом в каретке, появилась буква. Еще щелчок, еще… Буквы складывались в слова.
«Человек, тебе не причинят вреда».
— Вот спасибочки! — Баловнев облизал пересохшие губы. — Хоть бы представились для начала. Кто, откуда, где родились, где крестились?
«Не родились. Были всегда».
— Бессмертные, что ли?
«Материя, из которой создан человек, тоже бессмертна. Но когда-нибудь она станет водой, землей, воздухом. Только не человеком. Материя, из которой создан я, даже рассеявшись по всей Галактике, когда-нибудь станет снова мной».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: