Кирилл Юрченко - Люди в сером 3: Головоломки
- Название:Люди в сером 3: Головоломки
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Кирилл Юрченко - Люди в сером 3: Головоломки краткое содержание
В стране победившего социализма принято считать, что черная магия, сношения с Сатаной, жестокие ритуалы исчезнувших народов — это все выдумка, плод фантазии древних людей, еще не знавших о мире всего того, что известно сейчас.
Но агенту «Консультации» Вольфраму и его коллегам не нужно объяснять, что в реальном, понятном до мелочей современном мире есть силы, извечно преследующие человека. Они способны дарить бессмертие, способны нести проклятие. Не только отдельному индивидууму, но и целому роду, многим поколениям.
Что может быть общего между молодым парнем, нашедшим странный инопланетный предмет, и могущественным кремлевским властителем, стоящим одною ногой в могиле? Как можно заложить в гены славу или гибель царствующей династии? Какая связь между текстом древнего тибетского свитка и всем известной сказкой о Лукоморье?
Агенту Вольфраму и его команде предстоит решить эту головоломку.
Люди в сером 3: Головоломки - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
— Да что произошло-то? — не понял, к чему она клонит, Павлюков.
— То самое, что происходит между… мужчиной и женщиной… когда они остаются одни, — красные пятна на скулах уже разошлись, расширились на все щеки, а кончил ее носа, напротив, стал пронзительно белым.
— Извините, Екатерина Семеновна, — сказал Павлюков, — но я не понимаю, зачем вы мне все это рассказываете. Что тут может быть важного? Конечно, — тут же исправился он, — для вас это важно. Но только для вас. И пусть остается с вами.
— Нет, вы не поняли, — она печально покачала головой. — Дайте досказать до конца. Эта реакция не просто идет сама по себе — я имею в виду, при анализе. Надо добавлять определенные вещества — компоненты. Регулярно, по часам. С точностью до минуты. От точности внесения добавок зависит результат анализа. Когда мы занялись… этим… Короче, я все забыла. Вернее, потеряла чувство времени. Но это уже не так важно. Я опоздала с добавкой. Намного. Минут на двадцать. И еще, как мне теперь кажется, второпях капнула не ту кислоту. Понимаете?
— Начинаю понимать, — медленно произнес Павлюков. — Вы хотите сказать, что сомневаетесь в результатах анализа.
— Нет, — сказала Миронова. — Не сомневаюсь. Теперь не сомневаюсь. Я просто уверена, что результаты былиневерными.
— А почему вы пришли ко мне? — спросил Павлюков. — Ну, пусть ваши анализы неверны и кости, которые мы обратили в прах, были не останками царя Николая, а значит, и не его детьми, если я правильно понимаю генетику. Но какое это имеет значение теперь? Все кончено, Екатерина Семеновна. Все кончено, история эта закрыта и сдана в архив. Не будет никакой правящей династии, никаких пассионарий. Понимаете, все кончено.
Павлюков уговаривал ее, как ребенка, говоря убедительным голосом, пытаясь смотреть ей в глаза, которые она все время отводила в сторону. Но сам он при этом далеко не был убежден, что все действительно кончено. «Не прошло еще время ужасных чудес», мельтешила в голове невесть откуда вычитанная фраза. И она, казалось Павлюкову, как нельзя лучше олицетворяла сложившуюся действительность.
Ну ладно, не получилось с пассионарной династией Романовых. Сорвалось. Вмешался кто-то непонятный Павлюкову, страшный, могущественный, который в одну минуту пустил насмарку результаты их трудов. И где теперь эта чаша? Чаша, генетический материал в которой не содержит никакой пассионарности? Да не все ли равно? Павлюков чувствовал, что ее больше нет в нашем мире. И еще он надеялся, что того, страшного, нет тоже.
Но остались те, кто заварил эту кашу. Те, кто в погоне не за властью даже, потому что они ужеимели полную власть на одной шестой части земной тверди, а в стремлении укрепить эту власть еще больше, сделать ее нерушимой на долгие века, эти люди — или один человек? — остались на своих местах. И кто может сказать, что им придет в голову в следующий раз?
Династия Романовых была абсолютистской, но хотя бы не изуверской. Романовы не уничтожали население подвластной им страны в массовом масштабе. Но ведь были другие, тоже пассионарии, но такие пассионарии, о возрождении которых нельзя было думать без содрогания. И за их генетическим материалом не надо было далеко ходить, искать и сомневаться. Вот он, лежит тут, в Москве, на всеобщем обозрении — бери, сколько хочешь…
Павлюков внутренне содрогнулся, на сей раз от мысли, что он, коммунист, член партии, можно сказать, с горшка воспитанный в духе идей коммунизма, может такое подумать о столпах и опорах, о самом святом…
— Все кончено, — твердо сказал он еще раз, — и больше не надо ничего ворошить. И я все же не понимаю, зачем вы пришли ко мне с этой историей?
— Не знаю, — вздохнула она. — Наверное, просто мне нужно было выговориться, поделиться. Мне просто больше некому было все рассказать.
— Ладно, — сказал Павлюков. — Забудьте вы все это. Займитесь семьей. Погрузитесь в прежнюю работу, наконец. Время все лечит, излечит и это.
— Работу? — Она рассмеялась коротким и совсем невеселым смехом, так можно смеяться на похоронах. — О какой работе вы говорите? Семьи у меня нет, одна я, а с работы меня уволили без всяких объяснений. Просто поперли, понимаете? И я думаю, мне будет проблематично найти хоть что-то по специальности. Наверное, придется пойти преподавать биологию в школе…
Прежде Павлюков никогда бы такого не сделал, но то ли он изменился в результате последних событий, то ли чувствовал себя в той же лодке, только над ним еще не грянуло, но ему захотелось как-то помочь этой несчастной и, как оказалось теперь, одинокой женщине.
— Успокойтесь, Екатерина Семеновна, — сказал он, боясь, что она сейчас расплачется. — Все будет в порядке. Я что-нибудь придумаю. У меня, знаете, много друзей, знакомых… Вот!
Он сбегал в соседнюю комнату, нашел листок бумаги, ручку и написал свой домашний телефон. Поколебался, но рабочий писать не стал. На всякий случай. Да и не ходил он еще на работу. Вернулся в гостиную и протянул листок Мироновой.
— Возьмите, Екатерина Семеновна. И позвоните мне в начале следующей недели. Можете прямо в понедельник. — Он постарался улыбнуться. — Все будет хорошо.
Конфитюр в вазочке был доеден, чай допит и проводы не оказались долгими. Уходя, Миронова вроде бы даже слегка успокоилась. Телефон ей Павлюков дал не для отвода глаз. Он действительно хотел что-то сделать для нее. И даже знал, к кому нужно обратиться.
На следующий день все устроилось. Миронову были готовы принять в Институт биотехнологий, и не лаборанткой какой, а полноценным мэнээсом. И тут Павлюков сообразил, что телефона Мироновой у него нет, и адрес он тоже не знает. Оставалось ждать понедельника, когда она должна была позвонить. Павлюков был уверен, что она позвонит. Но она не позвонила. Ни в понедельник, ни позже. Никогда.
Можно было, конечно, найти адрес по справочной, но Павлюков не стал этого делать. Хотя сам не мог понять, почему. Но точно, что не из-за лени.
А потом ему стало совсем уж не до помощи другим, самому бы кто помог…
(«СС ОП»)
Второе Главное Управление КГБ СССР.
Из донесений от 01.07.1983 г.
Из записи допроса Павлюкова Н.А. (продолжение)
«— … значит, вы не помните в деталях, что с вами произошло там, в Ольденбурге?
— Кое-что помню, но не все.
— Советую вам хорошенько подготовиться к нашей следующей беседе и что-нибудь обязательно вспомнить.
— Но ведь я и так стараюсь…
— Плохо стараетесь! Вы, наверное, думали, что вами никто не заинтересуется?! Запомните, у нас повсюду свои глаза и уши. Даже у черта лысого. И если группа Сорокина каким-то образом очутилась в ФРГ, то неужели вы не полагали, что за этим стояла могущественная сила нашей организации?.. Кстати, по поводу силы. Наш источник сообщает, что в ту ночь в небе возле Ольденбурга замечен был объект мощной световой силы. Что вы на это скажете? Или по-прежнему считаете, что это был божественный экипаж?.. Что молчите?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: