Raptor - Тенебрариум

Он даже не обернулся.

— Что это за чванливые пижоны? — спросил я у Райли. — Кем они себя возомнили?

— Не сердись на них. Им нельзя с нами общаться. Пока нельзя.

— Кто им запретил?

— Никто. Таково правило. Пока нас не признали Верховные, мы здесь чужаки.

— Сюда, пожалуйста, — провожатый подвёл нас к лестнице, покрытой чем-то вроде мягкого светящегося ковра.

Лестница уходила вниз на много этажей. Основная часть центрального здания Апологетики располагалась под землёй. Круг за кругом, мы спустились вниз на два уровня.

— Теперь сюда.

Открылись стеклянные двери, и мы вошли в белоснежный холл, исписанный неведомыми письменами. Здесь тоже были статуи, но теперь, как я догадался, принадлежали они Верховным Апологетам. Два пьедестала оказались пустыми. На них было выбито: 'Водзорд' и 'Латуриэль'. Последнее имя затёрто, но его всё ещё можно прочитать. В торжественной обстановке наша группа дошла до закрытых дверей. На украшавшей их арке, обвитой чем-то вроде лавровых ветвей, было начертано: 'Размышление, Уравновешенность, Философия, Справедливость, Терпение, Свобода'.

— Конклав уже в сборе. Скоро вас позовут, — сообщил наш проводник. — Держитесь перед Верховными достойно и почтенно. Отвечайте на их вопросы лаконично, с полной искренностью. Талангеш Флаурата Ве Ловак.

Все поклонились ему, я тоже. После чего, оставив нас стоять возле дверей, апологет удалился.

— Что он сказал? — осторожно просил я у Райли.

Та открыла рот, чтобы ответить, но её опередил Гудвин, — 'хочу увидеть вас на этой стороне'.

— Что это значит?

— Апологет Викрисит выразил надежду, что Верховные нас признают.

И вновь ожидание. На этот раз в полной тишине. К нам постепенно подходили любопытные апологеты, и просто стояли в сторонке. В отличие от встреченных на верхнем уровне, эти уже не делали вид, что мы им безразличны. Они скромно разглядывали нас, как будто стеснялись подойти и что-то спросить. Скоро их набралось около десяти. Видимо, простые зеваки, решившие от скуки посмотреть, признают новеньких, или нет.

Дверь открылась, и к нам вышла похожая на эльфа пышноволосая девушка-апологет, одетая в длинное синее платье.

— Образец Z-345/7-30, -серебристым голоском позвала она, и Гудвин тут же вышел вперёд.

— Я.

— Иди за мной. Конклав ожидает тебя.

Вместе они скрылись за дверями. Я прислушался, но не смог различить ни единого звука.

— Как думаете, Гудвина признают? — тихо спросил я.

— Обязательно признают, — ответила Райли. — Здесь не может быть никаких сомнений.

— Его-то признают. А вот я всё равно что-то волнуюсь, — признался Флинт. — Мне кажется, Апологетике нужно больше, чем я нашёл.

— Ничего страшного, — улыбнулась Тинка. — Подумаешь, не примут. Станешь как 3-16. Таким же свободным и грязным…

— Помолчи уже. Скажи спасибо, что мы в Апологетике, иначе бы я тебе…

— Утихомирьтесь, — Райли болезненно сморщилась. — А то вообще никого не примут.

Вскоре Гудвин вышел. Его лицо сияло.

— Свершилось, — произнёс он.

— Поздравляю, апологет Гу… Эм… — Райли запнулась. — Тебе же теперь присвоят новое имя, да?

— Не-а, — засмеялся он. — Сначала Верховных очень удивило, что я уже обрёл имя. Но они не нашли в этом ничего противозаконного. И позволили мне его оставить.

— Здорово, — кивали Тинка и Флинт.

— Я очень рад за тебя, друг, — пожал я ему руку. — Кому там следующему заходить?

— Не знаю. Пригласят.

Тут к Гудвину вдруг подошли счастливые апологеты, до этого стоявшие от нас поодаль, и стали по очереди его обнимать.

— Приветствуем тебя, апологет Гудвин!

— Спасибо за Суфир-Акиль!

— Мы рады тебе.

— Выбери себе комнату в реабилитационном блоке, я провожу тебя…

— Погодите, — остановил их Гудвин. — Я бы хотел остаться и посмотреть, как признают моих товарищей.

— Да, да, — отступили радушные апологеты. — Конечно. Нам тоже очень интересно.

— Образец Z-345/7-36, -позвала девушка в зелёном.

— Уф… — заартачился Флинт.

— Смелее, пират! Ни пуха, ни пера! — подтолкнул его я.

— Да к чёрту… — он отмахнулся, и пошёл за служительницей.

Двери закрылись.

— Они очень строгие? — спросила Тина у Гудвина. — Верховные Апологеты.

— Они справедливые. Они видят нас насквозь. Общаться с ними одно удовольствие.

— Сейчас этот дурень там что-нибудь ляпнет, разозлит их, и нам не поздоровится.

— Брось, Тинкербелл, — Гудвин опять рассмеялся. — Это же Верховные Апологеты! Они непоколебимы, как гранитные скалы.

— Сколько их? — спросил я.

— Семеро: Фарлах, Артехог, Сегленда, Фюриэль, Кэсадат, Эвилон и Нибилар.

Двери открылись. Флинт вышел очень понурым. Мы тут же бросились к нему.

— Ну что?! Признали?!

Он покачал головой.

— Как? Почему?

Нас охватило замешательство. Даже Тинка сменилась в лице.

— Я как чувствовал, — Флинт скорчил плаксивую гримасу. — Я как знал… Я знал, что вы купитесь! Как я вас разыграл, а?! Ха-ха-ха! Попривествуйте апологета Флинта, детишки!

— Вот ты козёл. Ну разве так можно? — Райли покачала головой. — Даже поздравлять тебя не хочу.

Тинка отвернулась и сердито отошла в сторону. К Флинту потянулись апологеты, но он, протиснувшись между ними, подобрался ко мне.

— Писатель…

— Хоть ты и подлец, Флинт, но я тебя поздравляю, — я протянул ему руку.

Он не ответил на моё рукопожатие, вместо этого сграбастав меня в охапку.

— Др-ружище! Я так счастлив! Сбылась моя мечта! И ты это… Ну-у… Прости меня.

— За что?

— За то что наговорил тебе недавно. Я был на взводе. Переживал, что меня не признают, ну и…

— Да понимаю я… Ты был злым, потому что у тебя велосипеда не было… Забудь. Кто старое помянет — тому глаз вон.

— Образец Z-345/5-55, -пригласила 'эльфийка'.

Тинкербелл послушно пошла за ней.

Тинку мурыжили дольше всех остальных. Я очень за неё переживал. Всё-таки якшание с суларитами и воровское прошлое могли вылезти ей боком. Оставалось надеяться, что она припасла достаточно козырей, чтобы выкрутиться из щекотливого положения.

Почему же до сих пор не вызвали меня? Может быть и не вызовут? Я же не изгнанник. Тут я понял, что апологеты вызывают нас не по своей прихоти, а согласно последовательности записей, оставленных нами у входа. Если моё предположение верно, то следующая пойдёт Райли, а уж за ней — я. Зря я написал цифровой идентификатор вместо имени. С этим могут возникнуть проблемы…

Тинка выскочила из-за дверей, подпрыгивая от счастья. Мы сразу поняли, что её тоже признали. С визгом, она подбежала и прыгнула на меня, обхватив руками и ногами. Из её глаз катились слёзы. Долгие годы мытарств наконец завершились. Я искренне её поздравил, а вслед за мной и остальные присутствующие.

— Видел бы ты их лица, когда я им преподнесла свой Суфир-Акиль, — прошептала она мне на ухо. — Это похлеще разорвавшейся бомбы. Будь очень осторожен, общаясь с ними.