Raptor - Тенебрариум

А ещё со мной сумеречный корпус!

Нибилар восторженно обернулся к строю, и по толпе апологетов пошла волна одобрительных возгласов.

— Со мной Триумвират! — громче произнёс я, и апологеты взвыли сильнее.

— А еще, — я набрал в грудь побольше воздуха, и, выбросив вверх кулак, крикнул. — Со мной Апологетика!!!

Десятки рук подняли сжатые кулаки. Рёв апологетов продолжался не меньше минуты. Это были самые прекрасные мгновенья из тех, что я пережил.

— Слэрго Скрибелар! Слэрго Райли! — ещё долго скандировали в моих ушах их громкие голоса.

Нас провожали как настоящих героев. И за нас поклялись отомстить со всей жестокостью. Ради такого не грех и погибнуть, скажу я вам честно.

Мы шли в самый опасный район города в необычайно приподнятом настроении. От моей недавней депрессии не осталось и следа. Самоубиство превратилось в чудесный поход. И меня более ничего не тревожило. Даже страх перед встречей с Латуриэлем и Хо превратился в волнующее предвкушение.

— Ты говорил очень проникновенно, — призналась Райли. — Как будто бы готовил речь заранее.

— Ничего я не готовил. Я вообще не ожидал, что Нибилар за одну ночь поднимет в ружьё всю Апологетику. Ай да сестрёнка Елизавета! Сдержала слово, как обещала. Поставила на уши всех этих снобов.

— А может быть они сами?

— Хм… Возможно. Во всяком случае, Тинка с Гудвином и Флинтом уж точно явились самостоятельно… Чёрт, а почему я, собственно, не верю в искренность остальных? Может Лиза и дала им пинок под зад, но дальше-то они пошли сами. Согласись, это было шикарно! Такая поддержка! Как я понял, 'Скрибелар' означает 'Писатель'?

— Не совсем. Это же альгершатах, милый. Тут всё гораздо сложнее. 'Люскрибль' — это действительно можно перевести как 'Писатель', а точнее, 'Автор', 'Сочинитель', 'Начертатель'. Ну а 'Беллари' — это 'Будущее', 'Грядущее', 'Перспектива'. В вульгарном переводе, 'Скрибелар' означает 'Автор будущего'.

— То есть, меня так прозвали потому, что в будущем я должен стать писателем?

— Нет. Тебя так прозвали потому, что ты сам пишешь будущее. Своё и наше.

— Звучит весьма пафосно. Но всё-таки, почему мы оружие с собой не взяли?

— Мы же не воевать идём, а на переговоры. Парламентёры приходят без оружия. Даже если бы оно у нас было, то не помогло бы нам. Только проблем бы создало.

— И чё? Выходит, что нам снова придётся ползать перед этими засранцами на коленях?

— Не-ет. Этикет изгнанников здесь не потребуется. Мы должны говорить с суларитами как апологеты. С чувством собственного достоинства. Но без лишней заносчивости.

— Ты знаешь, куда нужно идти?

— Примерно.

— Странно, что сулариты до сих пор не вышли нас встречать.

— Они не беспокоятся об охране. Знают, что Апологетика не нападёт.

— У меня появилась идея.

— Какая?

— Давай разыграем 'спектакль'. Преподнесём всё так, будто бы ты тащишь меня насильно. Тогда они подумают, что мы не заодно, и не станут тебя подозревать. Как тебе такой план?

— Не знаю. Можно попробовать.

— Тогда иди позади меня, и делай вид, что конвоируешь.

— Хорошо, — она неуверенно толкнула меня в плечо. — Давай, двигай-двигай…

— Чего так неуверенно? Давай грубее.

— Как скажешь. А-ну, шевелись! — Райли отвесила мне пинок от которого я едва не упал.

— Полегче.

— Ой. Прости.

— Нет-нет, всё нормально. Продолжай в том же духе.

Так мы прошли пару пустынных кварталов.

— Ну вот и добрались, — вдруг шепнула мне подруга. — Сейчас начнётся.

Я попытался обнаружить наблюдателей, но не смог.

— Чего встал! — снова пнула меня Райли, с нарочито громким окриком. — Вперёд!

Мы прошли ещё несколько десятков метров, и тут я наконец-то заметил суларитов, выходящих из ближайших домов. Их было четверо. Двое шли справа, двое слева. В руках у них было оружие, но в движениях не прослеживалось никакой угрозы. Словно они вышли к нам просто из любопытства.

— Стоять! — окликнул Райли один из них.

— А-ну, стой! — та схватила меня за шиворот и дёрнула к себе.

Сулариты остановились.

— Ты… — начал было тот, что требовал остановиться.

— Апологет Райли. Z-345/7-37 субкод 2.

— Апологет? — они переглянулись.

— Да.

— А этот, с тобой, кто?

— Он — человек.

— Человек? — сулариты встрепенулись. — Настоящий?

— Вполне настоящий. Латуриэлю ведь нужен живой человек, верно?

Сулариты явно были шокированы таким неожиданным поворотом.

— То есть ты привела его для мастера Латуриэля? — всё ещё не верил своим глазам их начальник.

— Да. Я слышала, что он готов хорошо за него заплатить.

— Верно. И что же ты хочешь за этого человека?

— Этот вопрос я буду обсуждать только с Латуриэлем.

На какое-то время воцарилось полное молчание. Видимо, сулариты пытались 'прочитать' Райли, но та употребила талукан сразу как вышла за ворота Апологетики, и сейчас он уже должен был вовсю действовать.

— Апологеты не имеют права ступать на священную землю Суллара, — произнёс главный. — Только свободные изгнанники вхожи сюда. Те, кто жаждут присоединиться к Братству.

— Поправьте меня, если я неправа, — расматривая свои ногти, ответила Райли. — Но, по-моему, апологеты ещё как ступали на эту землю. Более того, основали ваше Братство. И ваш лидер — Латуриэль был одним из них. Не так ли?

— Да как ты… — дёрнулся было один из суларитов, но начальник остановил его.

— Тише, брат. Успокойся. Она права. Наш мастер действительно был апологетом, и основал наше любимое Братство. Я не услышал в её словах оскорбления. Ведь так, апологет Райли?

— Я и не думала никого оскорблять. К Латуриэлю у меня претензий нет, — ответила та. — Мне лишь нужно продать ему этого… Примата. Если честно, мне насрать и на Апологетику. Там сейчас творится полная жопа. Нибилар окончательно спятил. Поэтому, если ваш мастер предложит мне хорошую плату, я пошлю этих тщеславных индюков куда подальше, и присоединюсь к Братству.

Райли явно увлеклась своим блефом. Даже мне на секунду показалось, что она говорит правду. Чего уж говорить про суларитов.

— Ладно, пойдём.

Нас обступили со всех сторон, и повели дальше по улице.

Территория суларитов занимала довольно большую площадь: от набережной и до самого Призрачного района. Латуриэль основал свою резиденцию в здании бывшего УФСБ. Как водится, неспроста. Чтобы дойти до него, нужно было пройти жилые кварталы. Сулариты жили не разобщёно, а концентрировались на улице Первомайской — центральной улице своего района. Там располагались жилые дома и тренировочные площадки. Здание городской мэрии было превращено в храм Даркена Хо. Стены были покрыты бесчисленными надписями на латыни и альгершатахе. Центральное УВД с прилегавшим к нему следственным изолятором, сектанты переделали в бойню. Из-за забора доносились страшные крики заживо разделываемых существ, а мясники, покрытые кровью с ног до головы, равнодушно таскали освежёванные туши из открытых ворот через дорогу — на склад. За этими воротами я успел разглядеть, как живодёры сдирают шкуру с ещё дёргающегося, подвешенного гиппотрагуса. Тем временем, в стороне, группа особо измождённых грязнуль синхронно натачивала ножи, тесаки и топоры. Это был непрекращающийся процесс. Сулариты работали как муравьи. Одни занимались продовольствием, другие — ремонтом, третье — укрепляли оконные ставни, четвёртые — собирали урожай каких-то овощей, выращиваемых на бывшем газоне, а пятые — надзирали за выполнением их работы. Это был непрерывный цикл. У каждого было своё задание. И никто из занятых в этом труде не отвлекался на нас. Далее, в бывшей хоккейной коробке, группа боевиков тренировалась отрабатывать приёмы рукопашного боя. Ещё дальше — вздёргивали на колючей проволоке какого-то, очевидно провинившегося, 'братка'. С этого момента мой боевой энтузиазм начал быстро спадать. Мы были безоружными среди этой варварской, непредсказуемой толпы шизанутых религиозных фанатиков, почитающих лишь один единственный кумир. Молю тебя, Хо, только бы ты существовало в реальности!