Григорий Адамов - Тайна двух океанов (Изд. 1941 г.)
- Название:Тайна двух океанов (Изд. 1941 г.)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издательство детской литературы ЦК ВЛКСМ (Детиздат)
- Год:1941
- Город:Москва, Ленинград
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Григорий Адамов - Тайна двух океанов (Изд. 1941 г.) краткое содержание
«Тайна двух океанов» — самое известное произведение Г.Адамова, экранизированное еще в 1956 году. В центре повествования — захватывающие, полные опасностей приключения команды разведывательной подводной лодки и чудом спасшегося после кораблекрушения подростка.
Орфография 40-х сильно отличается от современной. Я, разумеется, не стал изменять написание слов, и в тексте файла всё осталось так же, как в бумажной книге: «шопот, чорт, итти, притти, нехватало, темносиний, попрежнему» и т. д.
Это НЕ ОПЕЧАТКИ. Так писали в 40-е годы…
Данный файл представлен исключительно в ознакомительных целях. После ознакомления с содержанием данного файла Вам следует его незамедлительно удалить. Сохраняя данный файл вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено.
Публикация данного документа не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все авторские права принадлежат их уважаемым владельцам.
Тайна двух океанов (Изд. 1941 г.) - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
— Ну, и это не страшно, бичо. Не трусь, голубчик! Стой на месте и никуда не ходи. Я сбегаю к Скворешне, помогу ему, а потом — к тебе. Через пятнадцать-двадцать минут я вернусь.
— Хорошо, Арсен Давидович…
— Ты только стой неподвижно, и. никто тебя не тронет. На всякий случай надень перчатки.
У Павлика сжалось сердце от этих слов.
— Хорошо, Арсен Давидович… на…надену…
— Помни, как обращаться с ними. Включи ток. Лучше всего, обнимай врага обеими руками, обеими ладонями, плотно… Я уже бегу к Скворешне, говорю с тобой на ходу и буду говорить, чтобы тебе не было скучно одному. Если увидишь что-нибудь подозрительное, скажи мне.

Пока зоолог продолжал разговорами развлекать Павлика, мальчик снял сверток с пояса и с трудом не сгибающимися от страха пальцами развернул его. В руках у него оказались две белые резиновые перчатки не совсем обычного вида: каждая состояла из трех пальцев — для большого, указательного и одного общего для трех остальных. На вздутой ладони была видна выпуклая металлическая пластинка, а широкие длинные раструбы должны были далеко заходить за кисти рук. Павлик натянул перчатки на руки и пристегнул раструбы особыми кнопками к рукавам скафандра.
«Обнимай врага обеими ладонями», повторил он про себя.
Он оглянулся вокруг. Он готов был заплакать от страха. Какие враги? Кто они? Это, должно быть, что-то ужасное… Барракуда… Акула… Кто еще тут бывает? Барракуда… Акула… Обнять акулу…
Почти не слушая зоолога, Павлик с замирающим сердцем следил за каждой тенью, появлявшейся вдали, в зеленом сумраке.
Проплывали то в одиночку, то целыми стадами разноцветные нежно пульсирующие медузы. Мелькали рыбы, сверкая яркими красками. Проносились огромными стаями маленькие крылоногие моллюски с широкими плавниками и почти совершенно прозрачными, тонкими и нежными, как хрящ, раковинами. Креветки — изящные и тонкие морские рачки — стремительно охотились за ними и исчезали вместе с ними. Вдали мелькнула голубая искорка, скакнула вверх, упала вниз, встретилась с красной, синей, зеленой… Уже их сотни, тысячи, этих разноцветных, как драгоценные камни, скачущих вверх и вниз, во все стороны искорок. Вот уже все вокруг исполосовано, исчерчено миллионами и миллиардами сверкающих и горящих нитей и точек. Как будто густой дождь из крошечных пурпурных, сапфировых, изумрудных, золотых искр вихрем носится кругом. Это был танец сафирин, крохотных рачков из отряда веслоногих.
Раскрыв рот от восхищения, забыв и страх и одиночество, Павлик смотрел кругом, ослепленный чудесным зрелищем, машинально отвечая иногда на вопросы зоолога.
Внезапно из песка на дне возле ног Павлика взвилось огромное четырехугольное существо, бархатисто-черное, плоское, как железный лист. В одном его углу видна была большая раскрытая пасть, над ней, на бугорке, два сверкающих глаза. Два других угла волнообразно и быстро, как крылья, изгибались. С четвертого угла свисал тонкий, как хлыст, хвост с торчащим кверху длинным острым шипом. Это был скат. Он на лету поймал проплывшую слишком близко от его убежища на дне рыбу, проглотил ее и упал на дно. Там он быстро в несколько приемов взметнул тучу песку, и, когда она осела, скат исчез под ним.
Павлик этого уже не видел. Появление двухметрового чудовища было так неожиданно, что, подняв руки, в смертельном испуге, он кинулся в сторону, к высокой, как скала, отмершей колонне кораллов.
Едва лишь он успел отскочить, как что-то огромное, длинное, заостренное спереди взметнулось из-за большого соседнего куста и бросилось на него со стремительностью артиллерийского снаряда. Павлик почувствовал страшный удар в грудь, под его протянутой рукой пронеслась ужасная пасть, полная зубов, и огромные холодные глаза. Мелькнула мысль: «Обнять…»
Руки сомкнулись вокруг какого-то скользкого толстого бревна. Павлик почувствовал еще более сильный, потрясающий удар, затем все исчезло, провалилось в тьму…
Глава III.
ПОСЛЕ СРАЖЕНИЯ
— Швыдче, швыдче, товарищ Лорд! Я держу ее за хвост, чтоб ее черти держали! Силы мои кончаются, будь она проклята!
— Скворешня! Что это такое?
Зоолог выбежал из чащи водорослей. Он увидел необычайную картину. На открытой поляне, в ярком зеленоватом свете, возле нескольких машин, работавших под прозрачными, как будто из стекла сделанными колпаками, стояла гигантская фигура человека в металлическом скафандре и огромном шлеме. Изогнувшись в виде огромного, мощного лука, он одной рукой держал петлю из толстого гибкого кабеля, соединявшего два колпака с работающими машинами. В петлю вцепилась зубами небольшая, двухметровая акула, которую человек держал рукой за тонкую часть тела, у самого хвоста. Рыло акулы далеко выступало над широкой пастью, ее темносерая жесткая шкура была похожа на напильник, большие круглые глаза, тупые, бессмысленные, горели белесовато-розовым огнем бешенства… Зоолог сейчас же узнал сельдевую акулу, баснословная прожорливость которой приводила в изумление еще древних наблюдателей. Обычную пищу этой акулы составляют сельди, когда они тучами поднимаются из глубин и идут к берегам для нереста. Но она преследует и других рыб, каких только в состоянии одолеть.
Своей знаменитой родственнице, прославленной разбойнице морей и океанов — обыкновенной акуле, или мокою, — сельдевая акула уступает лишь по размерам и силе.
Акула, которую гигант с невероятным напряжением сил держал за хвост, извивалась, сгибалась и разгибалась, но не выпускала из пасти захваченного ею кабеля.
Ноги Скворешни по щиколотку ушли в песок. Красное от усилий лицо было покрыто потом. Акула с бешенством дергала кабель во все стороны, но не в состоянии была вырвать его из рук гиганта.
Выхватив из ножен кортик, зоолог бросился к акуле.
— Перчатки, перчатки, Лорд! — завопил Скворешня, мотаясь вслед за бешеными движениями акулы. — Кортиком ничего не сделаете!
Зоолог остановился. В одно мгновение перчатки были натянуты на руки, кнопки застегнуты, и в следующий момент две ладони слегка сжали акулу с обоих боков. От удара электрического тока акула вздрогнула, судорожно свилась почти в кольцо, затем с неимоверной силой распрямилась, отбросив Скворешню и зоолога, как котят, в разные стороны. Потом она разжала пасть и, вздрагивая, опустилась на дно.
Зоолог сейчас же вскочил на ноги, но Скворешня поднимался с грунта медленно, с усилием.
— Как это произошло, Скворешня?
— Фу-у-у… Дайте отдышаться… Если бы вы опоздали на две-три минуты, плохо было бы… машинам. Эта сумасшедшая рыбина с голоду приняла кабель за что-то съедобное и вцепилась в него. Понимаете, Арсен Давидович, что было бы с агрегатами, если бы она вырвала кабель из-под колпаков?! Давление ворвавшейся воды уничтожило бы эти нежные машины. Я сделал из кабеля петлю в том месте, где она его схватила, и пружинил, принимая на свою руку все удары акулы. Сначала я эту скаженную скотину бил по морде, по глазам; она только мотала головой, но кабель не выпускала и страшно дергала его, работая хвостом. Тогда я поймал другой рукой хвост. Ну и силища!
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: