Ирина Ванка - Секториум

На скандальной волне имя Сириуса впервые попало в прессу, а вместе с именем некоторые подробности биографии. К нему стали приезжать репортеры столичных изданий, телевизионщики и просто любопытные. Всем хотелось знать, действительно ли этот человек пропустил через свою грешную душу все религии мира, обошел по экватору земной шар и теперь, сидя на скамье подсудимых, искренне не понимает, как можно обвинять человека в том, что он воспринял естество суетного мира таким, каково оно есть.

В тот год звезда Сириуса стала восходить над горизонтом. Он получил срок, но вместо того, чтобы отправиться по этапу, занял одиночную камеру и посвятил себя написанию книги, которая разошлась сумасшедшим тиражом. У тюремных ворот его встречали поклонники. Сириус впервые приобрел квартиру в доме с охраной. Его день отныне был расписан по минутам. Из толпы почитателей стали выделяться сторонники и сподвижники. Сириус вкусил славы, о которой не мечтал, и приступил к деятельности, к которой стремился с юных лет, — к интерпретации религиозных учений. Только теперь ему никто не смел заткнуть рот, ибо все, что делалось Сириусом, делалось во спасение человечества.

Шло время, в окружении Сириуса наметилась иерархия. Появился администратор, приблудился откуда-то коммерческий директор, группа товарищей с подходящими навыками образовала штат бухгалтеров, была привлечена к сотрудничеству охранная фирма. Дело приобретало нешуточный размах. Чем шире становилась аудитория, тем больше способностей открывалось у Сира. Он научился двигать взглядом предметы, читал с закрытыми глазами, исцелял, приписывая себе силу творящей природы. Для Сириуса арендовали залы, в партере сидели узнаваемые лица, папарацци дежурили у подъезда. Сириус не стеснялся просить гонорары поп-звезд. Когда его лимузин с баром и телевизором напоролся на «дырокол», Сириус отказался пересесть в другую машину. Чтобы не сорвать выступление, спецрейсом из Европы был доставлен такой же лимузин, и эта история попала в прессу. Я лично читала статью, рассматривала фотографии и думала, что на месте администратора, вывалила бы этого прохиндея в ближайшую помойку.

— Не было такого, — оправдывался Сириус по прошествии лет, — мне хотели подсунуть автомобиль, набитый шпионской аппаратурой. В тот день я ехал к публике на такси.

Секториум хохотал, представляя, как городское такси в сопровождении эскорта мотоциклистов едет по улицам; но Сириус уверял, что не пользовался даже услугой шофера, потому что с детства привык все делать сам и отвечать за свои поступки. Он утверждал, что в жизни не ездил в лимузинах, и что не собирается оправдываться за ерунду, которую сочиняют журналисты.

Звезда Сириуса вошла в зенит свой славы. Нельзя было сказать определенно, что за религию проповедует этот чокнутый священник, только на его проповедях дамы худели, джентльмены мужали, слепые прозревали, а у калек отрастали конечности… Теология не интересовала никого. Общественное мнение смирилось с тем, что это не религия вовсе, а психотропное оружие, используемое умело и во благо. Из Сириуса делали чудо и вкладывали деньги, потому что чудеса продавались дорого. За отдельную плату, Сир заглядывал в прошлое и предсказывал будущее. Он выходил к аудитории для того, чтобы научить людей управлять судьбой, но люди ждали чудес. Им надо было только прикоснуться к святыне, еще лучше оторвать от святыни пуговицу. Для большинства прихожан он был всего лишь живым Богом, но Сириус ждал от себя большего.

Феноменом этого человека заинтересовались ученые, когда поняли, что люди на его проповедях сходят с ума отнюдь не на религиозной почве. Что не фанатиков он плодит, а несчастных существ, разочаровавшихся в жизни, ни к чему не способных. Социапатов, которыми интересовался Секториум. Потому что процент социапатов в населении планеты превысил допустимые нормы еще до рождения Сережи Басирова. Вега не занимался проповедниками. Никто из нас ему не намекал, что эта персона самим провидениям послана нам в тему. Сириус не привлек к себе внимания, пока не пришел сам, но до этого он прожил жизнь и убедился, что загробного царства не будет.

Устроители сенсации не пытались понять, с кем имеют дело, и загребали деньги лопатой как можно быстрее, потому что чувствовали, — однажды кландайк закроется. Так и случилось.

Дух вольного странника, присущий Сириусу от природы, не мог, да и не хотел уживаться с обязанностями шоу-звезды. На этот раз он повздорил не с церковным чиновником, а с влиятельным «денежным мешком», не сошелся в интерпретации «понятий» так сильно, что поставил под удар не только карьеру, но и жизнь.

Озарение посетило отца Сириуса в нужный момент. Не медля ни секунды, он ударился в бега, и бегал так быстро, что много раз был объявлен покойником. Его финансовыми делами заинтересовалась налоговая полиция, Сириус из царства мертвых был переправлен в списки лиц, разыскиваемых Интерполом. Сириуса искали все: братки — за то, что он задолжал каждому из них по миллиону; налоговики — за то, что открылся реальный размер его заработков; и правоохранительные органы — за то, что по отцу Сиру давно плачут нары. В то время мы думать забыли о Сереже Басирове. О Сириусе же знали то, что читали в прессе, не сомневаясь, что это фальсификация века. Даже странное имя «Сириус» никого из секториан не насторожило. Контора занималась технической разведкой ментосферного фона. Я часто уезжала. Мне бы в голову не пришло, что во время моего отсутствия в сарае поселится виновник Вселенских скандалов, и будет смиренно ждать, когда в окнах появится свет.

Как Сир выжил в осенние холода, он объяснить затруднился. Вероятно, медитировал. Не исключено, что практиковал йогу. Только соседка пришла пугать меня заранее:

— У тебя на огороде черт завелся, — предупредила она. — Грязный, страшный. Днем в сарае сидит, ночью яблоки гнилые подбирает. Сама туда не ходи, милицию вызови.

— Разберусь, — пообещала я.

Соседей давно раздражало запустение моего участка. Семена сорняков летели с него по всем огородам. Только черти еще не мерещились.

На всякий случай, я вооружилась Мишиной «хлопушкой» и встретила в сарае не то бомжа, не то неандертальца. Никакая экспертиза не признала бы в этом существе отца Сириуса. Никакая интуиция мне не подсказала, что он и есть наш пропавший Сережа. В свои двадцать семь он выглядел на сорок. Без крыши, без денег и документов, без биографии и лица. Из моего сарая ему совершенно некуда было деться.

Вскоре милиция стала ходить по району, заглядывать в лица жильцам. Сириус перебрался из верхнего дома в модуль, но даже там прятался от каждого шороха.

— Мне лучше уйти с Земли, — просил он, но вопросы такого уровня решал только шеф, поэтому возвращение Сережи в Секториум было неизбежным, неминуемым, неотвратимым.