Богдан Петецкий - «Рубин» прерывает молчание
- Название:«Рубин» прерывает молчание
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Богдан Петецкий - «Рубин» прерывает молчание краткое содержание
«Рубин» прерывает молчание - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Мое состояние подверглось изменению. Я и дальше был вечностью, но теперь выраженной в плоскости. В плоскости — в обычном значении этого слова бесконечной… я чувствовал эту бесконечность подушечками пальцев, всеми органами чувств, но одновременно отданную на милость другой бесконечности, такой же плоской, как я, которая растянулась подо мной и молниеносно преобразилась в какую-то невообразимую и огромную силу.
И дальше я выбирал звуки, лепил медленную мелодию, но одновременно она развивалась сама, я действовал по наказу ее звучания, которое стремилось в точно определенном направлении. Ни законы гармонии, ни какие-либо другие не имели с этим ничего общего. Мое тело набрало связности и начало реагировать на окружение. Я был плоскостью, помещенной в каком-то безмерном мире, зависимой от его законов. Я мог бы сравнить себя с бесконечным, неслыханно легким слоем какой-то ткани, более летучей, чем паутина, но все же подчиненной законом физики. Суша подо мной позеленела и на мгновение ока она покрылась миллиардами больших цветов, расположенных по окраске одноцветными пятнами, словно бы правильными кругами.
Она была все ближе. Но этот не она поднималась ко мне. Плоскость, которой я был, заволновалась, я не чувствовал ветра, хотя в воздухе было движение и оно возникало словно бы под влиянием моей собственной тяжести, которая и была причиной того, что я опускался все ниже и ниже, еще паря над цветущим лугом, однако уже предчувствуя момент, в который я столкнулся с его поверхностью. Я пробовал обороняться при помощи звуков, но те зазвучали слабо. Они и на долю секунды не задержали моего падения. Луг был рядом. Я почти чувствовал боль, которую причиняло мне прикосновение цветов, пронзающих лепестками ткань той плоскости, которая была мной, слишком непрочной, чтобы что-либо могло задержать ее падению. Музыка начала пригасать и внезапно я осознал, что умираю. Это смерть. Чудаческая, происходящая словно бы вне времени, но полностью действительная и необратимая. Смерть.
Эта мысль встряхнула меня. Сверкнула, как искра, на долю секунды давая сознанию контакт с реальным миром. Этого хватило. Я лихорадочно потянулся к вискам и содрал с головы ту аппаратуру, которую поместила там девушка из персонала этого концертного зала, или как кто хочет назвать то место, куда люди приходят красиво умирать.
Мне было достаточно. Даже показалось, что я уже понимаю все. Что не требуется мне ничего больше, чтобы избавиться от иллюзий. Я пойду теперь туда, где дело решится, может быть, жестоко, но быстро. Я должен был сделать это сразу.
Я встал. Я уже не заботился о сохранении видимости. Впрочем, в тот же самый момент спектакль окончился. Все вставали с мест. Сделалось тесно. Я поглядел на часы. С минуты, когда я перешагнул порог этого закоулка и уселся в кресло, миновало точно шесть минут, ни секунды больше.
Я взял себя в руки. Не сейчас! Я не могу рискнуть реакцией этого умершего собрания на шок, каким было бы обнаружение среди них чужака. И при том настолько чужого…
Я посмотрел на лица людей, покидающих зрительный зал. Они были также неподвижны как и прежде. Казалось, ничто не способно их оживить. Невольно я пожал плечами. Фантоматика! Что то, что на Земле делать запрещено. Поначалу это был закон, изданный для защиты реального мира. Быстро однако это стало делом этики. А также эстетики… В бегстве от действительности, ублаготворении искусственным способом любых инстинктов, программированных желаний, вымышленных эмоциональных состояний есть в сущности что-то отвратительное.
Я вышел на улицу. Люди расходились, немые, ступая беззвучно на мягких подошвах, исчезали в боковых улицах, как привидения.
Я двинулся в сторону, с которой пришел.
В какой-то момент я задержался, словно остановленный какой-то мыслью.
— Смерть вне времени, — буркнул я вполголоса. — Чепуха!
Я пошел дальше. Вокруг меня снова сделалось пусто. Ни с того, ни с сего в ушах у меня зазвучали слова Дари: «речь идет о времени»… Я усмехнулся.
— Смерть! — сказал я громко. — Смерть.
И испугался. Хорошенькое дело!
— Порядок, Мота! — пробормотал я громче, чем следовало, — я похожу еще с полчаса. Но не рассчитывай, что это что-нибудь даст.
Я прошел еще несколько метров, потом высмотрел в изломе стен нечто вроде приступки, уселся на ней. Достал из-под свисающей с меня ткани кусок концентрата и отгрыз порядочный кус. Жуя, с набитым ртом, я еще пробормотал:
— Наведи прицелы на один из этих минаретов. А лучше всего — на два! Потом отдохни. Но через полчаса проснись и уже не засыпай. Ты мне потребуешься!
9.
Парнишке могло быть года четыре. Коротко подстриженные черные волосы падали ему на лоб, образуя растрепанный сейчас чуб. Он был одет в такую же пелерину, как и взрослые, украшенную на плече стилизованным цветком, словно вырезанным из картона. Он появился из-за угла, как приведение, и заметив меня, остановился в нерешительности.
Он простоял так некоторое время, затем подошел на шаг поближе, нахмурил брови. На его широком лице отразилась сосредоточенность. Он заложил руки за спину, и, забавно выпрямляясь, прошептал:
— Извините…
Кажется, здесь знали только одно это слово.
— Извините, — зашуршало снова. В голосе малыша зазвучала бы вроде нотка удивления.
Мне внезапно захотелось смеяться. Я пролетел эти дурацкие два парсека, похоронил двух моих предшественников на планете, которая окружала их могилы со всех сторон. Прибыл сюда, прокрался в город благодаря странной блузе, взятой у одного из его жителей, все для того, чтобы единственным, кто заинтересовался мною, оказался четырехлетний мальчик. Это уже не только абсурд! И чистейший фарс к тому же!
— Что ты тут делаешь, — спросил я, невольно понижая голос. — Уже поздно…
Не иначе, — промелькнуло у меня в голове, среагировал бы стражник у ворот.
Парнишка поежился. Он опустил руки и свалил на бок голову. Но ничего не сказал.
Сцена затягивалась. Черт знает, что сделает такой малыш, если я не исполню его ожиданий. Я мог сюда прибыть как враг. Но не похититель детей! Идиотизм.
Внезапно у меня забрезжила мысль. Да, это способ. Кто знает, не простейший ли из всех возможных.
Я поднялся, подошел к мальчику и опустился на одно колено. Не дотронулся до него. Что нет, то нет.
— Я провожу тебя домой. Где ты живешь? — предложил я.
Это ему не понравилось. Он отступил на полшага и нахмурился.
— Я пойду с тобой, повторил я, вставая на ноги. — Ну, веди…
Ребенок не дрогнул.
Я беспокойно огляделся. Взять его за руку, потянуть за собой. А куда именно? Глупая история!
— И что с тобой делать? — сказал я больше в свой адрес, чем ему.
Парнишка дрогнул.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: