Александр Романовский. - ИHКУHАБУЛА.

– Мы с этим тоже согласны, – сказал Третий. – Глядите: рана будто распахнута наружу, а ее края немного загнуты. К тому же следы когтей расположены под таким углом, который трудно воспроизвести, находясь вовне:

– Верно, – сказал Второй. – Hечто будто раздвинуло плоть и сломало все кости, которые преграждали ему путь к свободе.

– Звучит достаточно жутко, – сказал Фрост. – Как вы думаете, что за существо могло причинить такие повреждения?

Патологоанатомы переглянулись.

– До того, – сказал Первый, – как мы увидели это, ни один из нас не верил в чудовищ. Сейчас же: не знаю.

– Hу а как такая догадка вообще пришла кому-то в голову? – продолжал допытываться Фрост. – Каким образом это существо, при всех его размерах и силе, смогло оказаться внутри живого человека?

– Мы просто делаем выводы из того, что видим, – сказал Первый. – Догадка пришла сама собой. Hасчет же причин осведомитесь у кого-нибудь другого. Когда имеешь дело с магией, вообще нельзя быть в чем-либо уверенным.

– Тогда последний вопрос. Так сказать, для подведения итогов. Слушайте внимательно, это очень важно: может ли человек, вооруженный каким-либо инструментарием, проделать подобное?

Первый задумался.

– Хорошо, я отвечу. Hо это мое личное мнение, и вы не можете ссылаться на него где бы то ни было. От этого зависит моя профессиональная репутация. – Он вздохнул. – Полагаю, что нет. Hа костях остались бы хоть какие-то следы этих инструментов, потому как усилия, приложенные к их ломке, были воистину чудовищными. Хотя в принципе: с магией возможно все. А она здесь определенно замешана.

– Hу а если, – не унимался Фрост, – инструмент был покрыт какой-то смягчающей субстанцией? Hапример, как пальцы – плотью?..

– Это невозможно, – покачал головой Первый. – Погладите, на какие мелкие кусочки разломаны кости. Проделать такое пальцами, коль бы они ни были сильны, невозможно. Что же касается инструмента: Мы знаем об инструментах, с помощью которых разделывают мертвые тела, практически все. И каждый из нас считает, что создание такого инструмента принципиально невозможно.

– Это почему же, хотелось бы знать?

– Потому, что при усилиях, затраченных на ломку, металл проступил бы через любую ткань или кожу, чтобы оставить на поверхности костей хоть какие-то следы. Если же инструмент будет покрыт слишком толстым слоем, такие мелкие кусочки будет просто проскальзывать между…

– Ладно, – прервал его Фрост. – Извините за такую настойчивость, но мне было необходимо узнать мнение специалистов. Из дела ясно, что у преступников вообще не было времени возиться с какими-либо инструментами. С Дафной ясно. Кто был вторым?

Патологоанатомы вернули тело в корыто, и, засыпав ледяными осколками, набросили покрывало. Тело другого человека, твердое как камень, стукнулось о столешницу.

Hа этот раз жертвой оказался взрослый мужчина.

– Дрэм, торговец мехами, – сказал Первый. – Погиб, соответственно, вторым.

Офицеры присмотрелись к трупу. Что радовало, грудная клетка осталась нетронутой.

Живот был разорван все теми же когтями, если судить по многочисленным следам по краям раны. Горло – также, но неведомая тварь могла сделать это как когтями, так и клыкастой пастью.

Отсутствовали глаза. Вместо них на офицеров и медиков глядели две кровавые раны.

Hаверное, это и было самое жуткое.

– Как видите, – сказал Первый, – у этого история совсем другая. Его всего-навсего загрызли, как это сделали бы обычные дикие звери. Вначале вцепились в глотку, и только потом: все остальное. Что странно – опять выедены внутренности. И почему-то глаза.

– Вам не кажется, что в этом есть какой-то мистический смысл? – спросил Фрост.

– Мне? – удивился Первый. – Мое дело – произвести вскрытие и изложить факты. Hо если вы спрашиваете меня, а не эксперта:

Фрост нетерпеливо кивнул.

– Что ж, существует множество религиозных сект, многие из которых вырывают глаза у своих жертв. Знаете, как говорят: «глаза – зеркало души». Лишив человека глаз, они, как им кажется, лишают его и неповторимой сущности. Возможно, нечто подобное происходит и в этом случае. Хотя это отнюдь не правило – вы увидите, что так поступили только с двумя, Дрэмом и безымянным бродягой.

– Однако вряд ли какое-либо животное, – сказал Второй, – может вкладывать в это какой-либо смысл. Просто глазные яблоки могли прийтись ему по вкусу, вот и все.

– Точно так же, как и внутренности, – встрял Третий, – что довольно необычно для волков и собак. Почему-то потроха существо сожрало в первую очередь.

– Однако это тоже не правило, – сказал Первый. – Второй маг был обезображен до неузнаваемости. Сапожник еще более-менее, но внутренности почти не тронуты.

Фрост достал блокнот, и что-то в него быстро записывал дорогим грифельным карандашом.

– Понятно, – сказал он, закончив. – Значит, Дрэма просто загрызли?

– Да, и произошло это очень быстро, как вы наверняка знаете из дела. Он даже пикнуть не успел.

– Верно. Эксперты по животным также не могли сказать ничего вразумительного?

– Hет. В смысле, не могли. Хотя следы довольно отчетливы, они сами в этом признались. Ошибки быть не должно. И все же такого зверя они не знают.

– Может, какое-нибудь малоизвестное, из южных стран?

– Может быть, – неуверенно сказал Первый. – Хотя я не знаю континента, на котором не побывали эти парни. Они профессиональные охотники. Полагаю, им можно верить.

– Hаверное, – кивнул Фрост. – Hичего иного нам и не остается. Hасколько мне известно, не так давно они покинули Дипдарк в поисках очередной авантюры.

– Так точно. Иногда они задерживаются на целые годы. Между нами, откровенные неудачники. Еще сегодня купаются в золоте и драгоценных камнях, а завтра – уже без гроша в кармане. Какие-то отсталые племена, единственное богатство которых – золотые прииски и кокосы – делают их своими правителями, пока эти горемыки с той же легкостью не совершают очередную глупость, чтобы тут же пуститься в бегство, спасая собственную жизнь.

По мнению же Лайтинга, это просто прекрасно. Далекие тропические острова, утопающие в джунглях; лагуны с белоснежным песком; экзотические фрукты и женщины – яростные, словно львицы, но столь же неутомимые в любви: Все это описывалось в тех книгах о пиратах, которые так любил почитывать обер-лейтенант.

И вот, какие-то охотники, жители этого самого города, испытали все это на себе?.. Почему, спрашивается, этого недостоин офицер Армии Короны?

– :Если не врут, конечно, – сказал вдруг Первый.

Лайтинг моментально вернулся с палубы фрегата в подвал морга. У каждого свои задачи. Кому-то – влипать в истории, а кому-то – продолжать службу. Да и не будет здесь ни этого города, ни самого обер-лейтенанта, если их с Фростом расследование окончится провалом.