Джон Ринго - Дорога на Дамаск

— Нет, нет и еще раз нет! Я уже все сказал вам, когда вы звонили мне из Мэдисона…

Двое громил, сопровождающие президентского советника, приходят в ярость. Они краснеют и сжимают огромные, как кувалды, кулаки. Стоит им сделать хоть шаг к моему командиру, и я… Но они остаются на месте, и я тоже ничего не предпринимаю.

Сар Гремиан цедит сквозь зубы:

— Вы отказываетесь выполнять приказ президента? У Саймона на скулах заиграли желваки.

— Вы пока еще не президент Джефферсона. Советники президента не имеют право распоряжаться линкором.

— Сейчас вы получите приказ лично от президента. — С этими словами Сар Гремиан берется за коммуникационное устройство.

— Не трудитесь. Я откажу Жофру Зелоку точно так же, как отказал Джону Эндрюсу, когда тот потребовал от меня похожей услуги. Сухопутные линкоры не предназначены для подавления беспорядков среди гражданского населения. «Блудный Сын» создан для борьбы с тяжелыми боевыми машинами противника, а не для того, чтобы давить безоружную толпу.

Поразмыслив, Сар Гремиан решает не беспокоить пока президента.

— Давайте я растолкую вам ситуацию, Хрустинов. Толпа протестующих перед зданием Объединенного законодательного собрания отказалась разойтись, несмотря на неоднократные приказы отправляться по домам. Демонстранты блокировали улицу Даркони. Сейчас нельзя пройти ни по Парку имени Лендана, ни по Парламентской площади. Они распоясались до того, что воздвигли баррикады у всех входов и выходов в здание парламента. Депутаты и сенаторы заперты в здании, а президент Зелок не может покинуть свою резиденцию.

Саймон пожал плечами:

— Это ваши проблемы. Для их решения в Мэдисоне полно полиции. На базе «Ниневия» ежегодно обучается пять тысяч курсантов в течение пяти лет. Если я еще не разучился считать, в вашем распоряжении должно быть двадцать пять тысяч полицейских. Вот и пусть они отрабатывают деньги, на которые вы их кормите, поите и одеваете.

— Не заговаривайте мне зубы, Хрустинов! — злобно рявкнул Сар Гремиан. — Президент Зелок требует, чтобы эту толпу преступников и агитаторов разогнал линкор.

— Так, значит, это «преступники и агитаторы»? — Саймон говорит спокойным ледяным голосом, как всегда, когда он вне себя от ярости. — А ваши джабовские бандиты — ангелы?

— Вы пожалеете об этих словах, полковник! — с побагровевшим лицом просипел Сар Гремиан.

— Это вряд ли! — невозмутимо ответил Саймон.

Сар Гремиан сжимает и разжимает кулаки, явно пытаясь взять себя в руки. Наконец он приходит в себя настолько, что в состоянии вернуться к прежним рассуждениям:

— Эти безумцы угрожают расправиться с сенаторами и депутатами! А все из-за какого-то несчастного закона по борьбе с преступностью. Президент Зелок не потерпит, чтобы его шантажировала толпа погромщиков. Немедленно отправляйте туда ваш линкор!

— Вы так ничего и не поняли, Гремиан! Сложнейшую боевую машину весом в четырнадцать тысяч тонн не применяют для разгона проводимой на законном основании политической демонстрации. Согласно конституции Джефферсона, вы вообще не имеете право приказывать демонстрантам разойтись, пока они не закончили выражать свой протест. Так что эти люди не обязаны расходиться по вашей команде. Использование же сухопутного линкора в качестве угрозы и средства для разгона мирной манифестации незаконно и представляет собой посягательство на собственность Конкордата. Кроме того, это вообще глупо. Если вы бросите линкор против безоружных людей, ваше правительство утратит доверие, и протестующих станет еще больше.

— Более того, — саркастическим тоном добавил Саймон, — такой поворот событий может даже воспрепятствовать принятию закона, который, кажется, вам очень нравится. Хотя я нахожу, что предусматриваемые им меры не понизили уровень преступности ни в одном из населенных людьми миров.

— Хватит болтать! Мы и без вас решим, что нам делать. Выполняйте приказ! Немедленно отправляйте линкор в Мэдисон!

— И не подумаю!

Сар Гремиан опять побагровел и вышел из себя:

— Ах, вот ты как! Что ж, сам напросился! Ты уволен, бездельник!

Саймон рассмеялся. Сар Гремиан явно этого не ожидал, и у него на лице появилось озадаченное выражение.

— Ты думаешь, что можешь меня уволить?! Это не имеет права сделать даже ваш Жофр Зелок. Да и вообще никто на вашей жалкой планете. Я нахожусь здесь по условиям договора с Конкордатом и уеду отсюда только по приказу моего командования. Так что руки коротки… И ради всего святого, постарайся не путаться у меня под ногами! — Саймон произнес последние слова с таким глубоким презрением, что советник президента рассвирепел, как бык.

— Тебя, щенок, скоро с позором отправят в отставку! — прорычал он. — И я лично провожу доблестного полковника Хрустинова пинками до первого грузового корабля, пришвартовавшегося на «Зиве-2». И не надейся, что мы отпустим с тобой жену и ребенка!

Лицо Саймона побелело, как лист бумаги. Нет, он не испугался, а тоже пришел в бешенство. Таким я не видел своего командира со времен нашего первого сражения на Этене. Он поднял пылающие ненавистью глаза на Сара Гремиана с таким выражением лица, что президентский советник даже попятился.

— Если с моей семьей что-нибудь случится, — негромко проговорил мой командир так, словно зачитывал смертный приговор, — я тебя из-под земли достану. Ты, кажется, забыл, что имеешь дело с офицером Кибернетической бригады, ублюдок!

Сар Гремиан окаменел. Наверное, с ним никто еще не разговаривал таким тоном. Потом ошеломленное выражение у него на лице сменилось яростью. Выругавшись, он схватился за рукоятку короткоствольного пистолета у себя за пазухой. Но прежде, чем он успел сжать ее в пальцах, я пришел в полную боевую готовность.

Все мое носовое оружие со зловещим шипением пришло в движение. Стремительно описав в воздухе полукруг, стволы моих орудий нацелились на Сара Гремиана, подчиняясь командам системы наведения, готовой открыть огонь. Лицо Сара Гремиана, как будто изрытое оспой, посерело. Он оцепенел и невольно разжал пальцы, схватившиеся было за рукоятку пистолета. Советник президента замер, глядя прямо в закопченные жерла моих орудий, ожидая, что они вот-вот разнесут его на куски.

Я наконец нарушаю молчание:

— Ваши действия представляют собой угрозу для жизни моего командира. Мои орудия готовы к бою и наведены на вашу черепную коробку. При малейшем подозрительном движении я уничтожу вас раньше, чем вы извлечете пистолет из кобуры.

Сар Гремиан предусмотрительно замер. Мои датчики сообщают, что внутри штанины по левой ноге у него стекает струйка жидкости температурой тридцать шесть и шесть десятых градуса по Цельсию. Полагаю, что президентский советник смертельно напуган.